Шкварка стабильности

Отпраздновав День Независимости, грех не вспомнить ключевой идеологический концепт первых лет существования белорусского государства. Да, я про чарку и шкварку. Точнее, про шкварку: чарка опять планово дорожает, но с ней проблем нет.

А со свининой — есть. Да, это не тотальный дефицит, но недостаток предложения и резкий (до 80% с начала года) скачок розничных цен в столице. Ранее свинина и говядина торжественно покинули список социально значимых продуктов, цены на которые регулирует государство. Еще ранее крупнейшие мясокомбинаты страны по итогам 2013г. сработали с убытком.

Лишенный социально значимой шкварки налогооблагаемый люд был поддержан в своем безутешном горе главой государства: "Это уже политическая проблема. Мало того что цены выросли — свинину не найти". Перевод проблем АПК и пищепрома в разряд политических связан с тем, что 29% затрат среднестатистической белорусской семьи на собственный прокорм составляют затраты на приобретение мяса. Если эта цифра увеличится, увеличатся и социально-политические последствия шкваркодефицита. Поэтому Александр Лукашенко и осуществил памятную экспедицию на Слуцкий мясокомбинат с публичной передачей виновных в порче мясного сырья в руки компетентных органов, а затем распорядился к зиме наполнить пустеющие свинарники заливисто визжащим молодняком.

Причиной проблем со свининой официально принято называть африканскую чуму свиней (АЧС). Увы, эта версия слишком простая и слезоточиво-фольклорная: "Люты вораг прыйшоў на зямлю Беларусi" и т.п. АЧС, изрядно опустошившей белорусские свинарники, во всем мире предшествовало падение цен, вызванное удорожанием кормов из-за неурожая 2012г. и массовым убоем свиного стада в ЕС, где сердобольные евробюрократы запретили содержание беременных свиноматок в стойлах. В России на основном экспортном рынке наших свиноводов цены опустились из-за вступления в ВТО в 2012г. и внутреннего перепроизводства. Ценовые потери что в Беларуси, что в других странах производители отыгрывают на объемах, и это тоже внесло свою лепту в сегодняшнюю ситуацию. АЧС просто увенчала нагромождение внешних негативных факторов.

В формировании сегодняшней конъюнктуры активно поучаствовали и факторы внутренние — от пребывания свинины в списке продуктов с регулируемыми ценами до общего характера госполитики по отношению к животноводству, смежным сегментам АПК, пищепрому и пр. Все это может стать благодатным объектом анализа, но не на пустой желудок и не в формате газетной колонки.

А на бытовом уровне — это когда гражданин склоняется над морозильным ларем в магазине и пристально вглядывается в предлагаемые ему мослы и кости — все выглядит еще интересней. Поставки мяса в Минск в январе-апреле не сократились, напротив — выросли на 5-10% по разным позициям. Лишь по одной рост оказался рекордным: мясных полуфабрикатов за эти 4 месяца в столицу завезено 6,9 тыс. т, или 193% к аналогичному периоду прошлого года. Недаром президент и премьер столько лет уговаривали аграриев и пищевиков наращивать добавленную стоимость за счет глубины переработки сырья. Заставь крепкого хозяйственника богу молиться — не обойдется без черепно-мозговой травмы открытого типа. Нарастили, видимо, в т.ч. за счет дорогой сердцу домохозяек и пенсионеров свинины II категории. Перцу и пряностей ситуации добавила привычка ритейлеров перерабатывать в полуфабрикаты силами собственных кулинарных цехов мясо и мясопродукты с истекающим (иногда даже истекшим, если верить результатам проверок) сроком годности. Чувствуете, как причудливо меняющийся характер предложения при неизменном спросе отражается на потребителе?

Вынесем за скобки последствия замещения неудовлетворенного спроса на свинину мясом птицы. Пример классический, его обычно помещают в учебники маркетинга: если подорожала свинина, то и курятина подорожает. В нашем случае — уже.

Страсти вокруг шкварки как фактора социально-политической стабильности вскрывают одну из самых сокровенных болячек существующей у нас системы хозяйствования. Система точно знает, как добиться выполнения спущенных сверху показателей, но совершенно бессильна в оценке конъюнктуры внешних рынков и даже внутреннего, не в состоянии заблаговременно прогнозировать изменения этой конъюнктуры и оперативно реагировать на них. Потому-то наша шкварка (даже из польского, а не автохтонного сала) неизменно оказывается или волюнтаристски перемолотой в фарш, или сиротливо гниющей в складских помещениях завалившего модернизацию мясокомбината — в ожидании, пока примчится президент, объяснит политическую значимость вопроса и жесточайше накажет виновных.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции