Война "по понятиям"

Методы ведения гибридных войн доказывают свою эффективность и все шире применяются во всем мире.

Методы гибридной войны, которые Россия применила в Украине, оказались неожиданными не только для украинских военных, но даже для натовских генералов.

Так, в частности, считает журналист The Financial Times Сэм Джонс. С его точки зрения, по своему масштабу тайная война России в Крыму, Луганской и Донецкой областях не только очень высоко подняла планку военного искусства, она еще обнажила и "слабость окостеневшего военного сдерживания НАТО - центрального элемента международной безопасности" в условиях реальной гибридной войны, под которой сегодня понимается широкий диапазон агрессивных действий (военная сила - лишь малая их часть), выполняемых согласованно в рамках гибкой стратегии с долгосрочными целями.


Все ходы давно прописаны

Сэм Джонс отметил, что концепция ведения гибридной войны была изложена еще в феврале 2013 г. начальником Генштаба ВС РФ генерал-полковником Валерием Герасимовым в материале, опубликованном в еженедельнике "Военно-промышленный курьер" (http://vpk-news.ru).

Доклад весьма интересен и позволяет хотя бы отчасти понять скрытый механизм процессов, происходящих сейчас не только в Украине, но и во всем восточноевропейском субрегионе. Как отмечает генерал Герасимов, в XXI веке прослеживается тенденция стирания различий между состояниями войны и мира.

Опыт последних военных конфликтов свидетельствует, что вполне благополучное государство за считаные месяцы и даже дни может превратиться в арену ожесточенной вооруженной борьбы, стать жертвой иностранной интервенции, погрузиться в пучину хаоса, гуманитарной катастрофы и гражданской войны. По масштабам жертв и разрушений, катастрофическим социальным, экономическим и политическим последствиям такие конфликты вполне сравнимы с последствиями самой настоящей войны.

Существенно изменились правила и способы ведения войны. Все более широко применяются невоенные методы противоборства с использованием политических, экономических, информационных, гуманитарных и других невоенных мер, реализуемых с задействованием протестного потенциала населения.

Все это дополняется военными мерами скрытого характера, в том числе информационным противоборством (которое открывает широкие возможности снижения боевого потенциала противника) и действиями сил для проведения специальных операций. К открытому применению силы, зачастую под видом миротворческой деятельности и кризисного урегулирования, переходят только на последующих этапах, в основном для достижения окончательного успеха в конфликте.

Фронтальные столкновения крупных группировок войск на стратегическом и оперативном уровнях постепенно уходят в прошлое. Широкое распространение получают так называемые асимметричные действия. К ним относится использование сил для проведения специальных операций и внутренней оппозиции для создания постоянно действующего фронта на всей территории противостоящего государства.

Отметим, что сам генерал Герасимов не приписывает себе авторство основных положений ведения гибридной войны, а ссылается на советского военного теоретика комдива Георгия Иссерсона, который еще в 1940 г., несмотря на господствовавшие тогда в военном искусстве взгляды, изложил ее основные признаки в книге "Новые формы борьбы".

В частности, он предсказал то, что сегодня происходит в Украине: "Война вообще не объявляется. Она просто начинается заранее развернутыми вооруженными силами. Мобилизация и сосредоточение относятся не к периоду после наступления состояния войны, как это было в 1914 г., а незаметно, постепенно проводятся задолго до этого".


Партизаны как ноу-хау

О том, что все вышеизложенное отнюдь не абстрактное теоретизирование, говорит статья другого российского генерал- полковника, доктора военных наук Анатолия Зайцева, опубликованная в еженедельнике "Военно-промышленный курьер", № 32 (550) за 3 сентября 2014 г. Она посвящена некоторым особенностям будущих войн малой и средней интенсивности и подготовлена на основе анализа локальных и региональных вооруженных конфликтов последнего десятилетия, включая бои на юго-востоке Украины.

По мнению автора, в настоящее время методы диверсионно-партизанских действий, перед началом и в период проведения наступательных операций уже разработаны в армиях стран НАТО, прежде всего США. Накоплен и необходимый опыт их применения.

В стратегических разработках многих современных военных теоретиков диверсионно-партизанским методам противодействия уже сейчас отводится важная, если не сказать первостепенная, роль. В этом же направлении ведется практическая подготовка войск в вооруженных силах многих государств.

Российская армия идет тем же путем, так как в современных условиях многие этапы боевой подготовки войск к проведению наступательных операций уже нельзя осуществлять по-старому. В частности, стало практически невозможным скрытное сосредоточение и оперативное развертывание войск, не говоря уже о выдвижении сколько-нибудь крупного резерва.

Как отмечает генерал Зайцев, с первых дней формирования группировки ВС РФ вблизи юго-восточного участка украинской границы в марте 2014 г. разведка НАТО располагала исчерпывающими данными о количестве орудий, танков и бронемашин, отслеживала перемещение авиации, вела подсчет живой силы с точностью если не до взвода, то до роты наверняка. И все это в режиме реального времени.

Создать в таких условиях крупную войсковую группировку, например уровня усиленной дивизии, на направлениях нанесения главного и отвлекающего ударов нереально.

Не менее сложно, кстати, организовать перемещение соединений, частей и даже сравнительно малочисленных подразделений через иностранную территорию, если это потребуется. Таким образом, наиболее приемлемым способом пересечения границы является ее переход более мелкими группами с последующей концентрацией сил уже на противоположной стороне.


Время "зеленых человечков"

Как считает российский военный ученый, в данном контексте весьма поучительными для планирования наступательных операций выглядят отдельные аспекты применения контингентов ВС РФ в Крыму. Прежде всего это относится к методу внезапного блокирования возможных очагов сопротивления вероятного противника.

Если шире посмотреть на действия блокирующих подразделений в Крыму, станет очевидным их сходство с тактикой диверсионно-разведывательных групп средней и малой численности, конечная задача которых состоит в уничтожении критически важных объектов противника, дезорганизации или разрушении систем обеспечения его войск.

Проведение диверсионных операций методами партизанских (в указанном выше смысле) действий станет одним из главных компонентов наступательных операций в будущих войнах малой и средней интенсивности. Если говорить об эффективности такого вида вооруженной борьбы, то полезно оценить опыт боевых действий на юго-востоке Украины. Наряду с оборонительными боями противники центральной киевской власти широко применяют диверсионно- партизанскую наступательную тактику. Ее характерная особенность - высокая маневренность мелких групп. Участвующие же в АТО украинские войска в основном полагаются на методы дальнего огневого поражения позиций противника и очагов их сопротивления. Однако в случае недостатка или отсутствия точных разведданных работа артиллерии и авиации неэффективна. Она не дает силовикам значимого огневого превосходства перед противостоящими им высокоманевренными группами, которые оснащены в основном только носимым вооружением.

Пользуясь факторами скрытности и внезапности, такие группы производят быстротечный огневой налет на запланированные цели на выгодном для себя расстоянии и отступают по заранее намеченному маршруту на легких транспортных средствах.

Малоразмерность и маневренность таких групп не позволяет эффективно применять против них ни авиацию, ни артиллерию, ни тем более системы залпового огня. Более того, угрозе с воздуха они могут противопоставить действия двух-трех операторов ПЗРК, с помощью которых низколетящая цель будет гарантированно уничтожена.


И медведь прыгнул

Как считают многие эксперты, такую тактику Россия применяла на протяжении ряда месяцев, сдерживая украинские войска (которые к ней оказались не готовы) и постепенно накапливая силы для решающего удара.

После долгих хождений вокруг да около В. Путин перешел к делу: тонкий ручеек российских войск и техники, который просачивался в Украину, превратился в мощный поток. При этом, как утверждает The Financial Times, сложилось впечатление, что нападение России на Восточную Украину началось не как полномасштабная, открытая атака, а как "ползучее, труднозаметное для радаров наступление".

По мнению директора Центра реагирования на кризисы при НАТО бригадного генерала Нико Така, "конечная цель России - смягчить давление на бойцов-сепаратистов, чтобы заморозить этот конфликт". Таким образом, крупные части Восточной Украины останутся под контролем пророссийских сепаратистов, а Киев будет вынужден объявить прекращение огня и годами вести с Москвой переговоры. Тем самым Россия лишает Украину шансов на членство в НАТО, что, собственно, сегодня и является одной из самых главных целей В. Путина, который уже довольно далеко продвинулся по пути ее достижения.

...Таким образом, методы ведения гибридных войн доказывают свою эффективность и все шире применяются во всем мире. На этом фоне военные теоретики вынуждены в срочном порядке искать эффективные средства противодействия им. Но пока безуспешно.