Мыльный пузырь лопнул

Крах иранского нефтяного проекта дает основание делать определенные выводы по поводу внешней политики Беларуси вообще, модели взаимоотношений с другими странами.

Проблема в том, что с самого начала своего правления Лукашенко отказался от рыночных реформ, а значит, от идеи создания эффективной экономической системы, способной работать в условиях глобального рынка. Экономика Беларуси, в отличие от СССР, не самодостаточна, она открытая, сильно зависит от внешних факторов. Но, чтобы сохранить в стране социальную стабильность, нужно было найти какую-то модель, которая позволяла не менять социально-экономическое и политическое статус-кво.

Выход придумали простой до гениальности: надо найти внешнего спонсора, который бы по каким-то политическим, геополитическим, идеологическим причинам согласился субсидировать Беларусь. Сама идея обмена общности идеологии и политических целей на экономические дивиденды — не новая. Например, во время "холодной войны" многие страны "третьего мира" кормились от СССР благодаря социалистической риторике. Долго искать не пришлось. Рядом находилась Россия, которая после распада СССР переживала постимперский синдром, ностальгировала по статусу великой державы. И тут появляется Лукашенко, который всячески продвигает идею реинтеграции, объединения, реанимации империи. Это был бальзам на наболевшую душу российского общества и элиты.

Модель "газ в обмен на поцелуи" исправно работало более десяти лет, обеспечивая экономическую и социальную стабильность Беларуси. Но всякая дармовщина рано или поздно кончается. С 2007 года Россия значительно уменьшила экономические субсидии Беларуси. Это случилось на самом пике потребительского бума в Беларуси. Только начали хорошо жить, как кончились деньги. Что было делать в этой ситуации? Единственным правильным решением было проведение рыночной трансформации экономики, модернизации с помощью иностранных инвестиций. Но Лукашенко пошел другим путем. Вывод, который он сделал из сокращения российских субсидий, был такой же простой, как и в начале его правления: когда закончилась одна халява, надо найти другую. Начался флирт с Китаем. Но без особых результатов. Обещанные 15 млрд долларов китайских инвестиций так и не появились. Китайцы оказались очень прагматичными, за льстивую риторику денег не дали. Кредиты Китая все связанные, в одном пакете с китайским оборудованием и китайской рабочей силой.

Частые визиты Лукашенко в богатые нефтью страны Персидского залива (Катар, Объединенные Арабские Эмираты и др.) также не дали притока капитала в таком объеме, чтобы спасти больную белорусскую экономику. Кого еще можно было "развести на бабки"? Правильно, международных "изгоев", которые находятся в непримиримых отношениях с США, жадные до антиимпериалистической риторики и к тому же имеют нефтедоллары. Тогда и началось активное сотрудничество Беларуси с Ираном и Венесуэлой. Обратите внимание: несмотря на идеологическую близость, Лукашенко ни разу не посетил Северную Корею. Ведь там нечего ловить, сами голодают. А Иран и Венесуэла щедро спонсируют идейно близкие режимы и политические движения. Халява, сэр.
Поначалу казалось, что "разводка" удалась. Бесконечным обменам визитами, заявлениям о взаимной политической поддержке, разговорам о создании некой антиамериканской оси сопутствовали разработки совместных экономических проектов. Белорусские государственные СМИ их прекрасно пиарили. Говорили о мощном прорыве Беларуси и в Латинскую Америку, и на Восток. Мол, появилась альтернатива российской нефти и др.

Но все эти проекты строились на шаткой основе. Они базировались не на экономическом интересе, не на коммерческом расчете, а на политических договоренностях. Экономика подгонялось под экономическую целесообразность. Во время первого визита Лукашенко в Венесуэлу в 2007 году он, выступая на митинге в Каракасе, заявил: в ответ на твой подарок (разрешение на добычу нефти), друг Уго, мы в долгу не останемся.

А там, где страны обмениваются политическими подарками, деньги никто не считает. Под шумный пропагандистский аккомпанемент проекты начинаются. Через некоторое время выясняется, что за членство кто-то должен платить. Начинают считать деньги. И тут выясняется, что экономических расчетов никто не делал. И все эти политические соглашения не имеют под собой серьезной экономической основы. Поэтому надутый пузырь лопнул. Сначала рухнула авантюра со строительством завода в Обчаке под Минском по производству иранских автомобилей "Саманд", так как на эти машины нет спроса. Следом скончался и проект по совместной добыче нефти на иранском месторождении Джофейр. Потихоньку умирает проект поставок венесуэльской нефти, который сделал значительный вклад в дефицит внешнеторгового баланса Беларуси и вместе с другими факторами причиной нынешнего валютного кризиса. Практически прекратились поставки белорусской промышленной продукции в Венесуэлу. Сейчас белорусскому руководству надо каждый день ходить в костел и молиться за здоровье Уго Чавеса. Ведь без него все белорусско-венесуэльские экономические договоренности повиснут в воздухе. Главный недостаток бесплатного сыра в том, что его можно съесть только один раз.

поделиться

Новости по теме

    Неудобная поза

    Эксперты в один голос утверждают, что агрессивные действия России против Украины, курс Москвы на пересмотр результатов распада СССР должны сильно повлиять на белорусско-российские отношения. Другой вопрос, в каком именно направлении они будутподробности

Последние новости