Гонка со временем

Время - плохой союзник (Уинстон Черчилль)

Челночные перемещения А. Миллера между Минском и Москвой по принципу "вернись, я все прощу" неожиданно приоткрыли завесу тайны над политической кухней режима А. Лукашенко. Обнаружился поразительный беспорядок – отсутствие как каких-либо реалистичных и долгосрочных стратегий, так и применимых в настоящее время внятных политических планов; проявилась склонность к неожиданным импровизациям и поискам своеобразного "философского камня", способного разрешить все проблемы республики буквально одним махом; отмечается многослойное и запутанное конструирование неких "простых решений"… А также мечты, надежды и грезы руководства республики на фоне все убыстряющейся гонки со временем.

Время – самый коварный и неподкупный враг А. Лукашенко, окруженного в настоящий момент целым комплексом серьезных проблем, промедление в решении которых на фоне быстро нарастающих рисков усугубляет и без того их противоречивую природу.

Прежде всего необходимо отметить, что именно сейчас, в конце сентября, а не в феврале текущего года, как заявляло в начале белорусского экономического кризиса руководство республики, возник риск втягивания белорусской экономики в неожиданно появившийся гребень "второй волны" мирового экономического кризиса. Общая нестабильность, охватившая мировые финансовые рынки на последней неделе и отразившаяся не только на котировках акций крупнейших корпораций, но и на курсах евро, иены и рубля, не может не сказаться на Беларуси. Реакция может несколько запоздать, но обязательно будет.

Подход "второй волны" кризиса может совпасть с провалом валютной авантюры белорусского руководства, приступившего с 14-15 сентября к решению проблемы валютного дефицита в "ручном режиме". Наблюдение за действиями властей на валютном рынке республики позволило прийти к выводу, что руководство страны, убедившись в выгодности бизнеса "черных менял", решило их заменить и самостоятельно удариться в валютные спекуляции. Сейчас уже вполне очевидно, что был использован, в ущерб рыночному, в большей степени административный механизм снижения курса доллара, рассчитанный на ликвидацию различного рода схем обращения валюты с использованием "черного рынка" и нескольких валютных курсов. Необходимо признать, что валютный механизм оказался вполне остроумным ,построенным на использовании ряда психологических особенностей белорусского населения, с одной стороны изрядно измученного постоянными финансово-экономическими экспериментами белорусских властей, а с другой стороны, успешно развившего в себе способность предугадывать очередные валютные проблемы.

Осуществляя в ручном режиме на Белорусской валютно-фондовой бирже плановое снижение курса доллара, власти пытались сыграть на опасениях населения потерять часть своих накоплений в свободно конвертируемой валюте. Люди должны были броситься сдавать валюту, менять ее на белорусские рубли. Проще говоря, власти, не имея реальных валютных ресурсов, "гнали волну", создавали ажиотаж уже вокруг белорусского рубля, рассчитывая "под шумок" изъять валюту у населения.

Невозможно не оценить с точки зрения масштабности проекта размах замысла новых белорусских Остапов Бендеров, организовавших настоящий валютный лохотрон для целой страны. Тем более, что 15 – 18 сентября народ реально пошел сдавать валюту. Но, как всегда, властей погубила жадность и публичное паясничанье А. Лукашенко.

Вместо того, чтобы очень аккуратно и не спеша, пусть и с использованием административных методов (практика ограничения участников торгов сохранилась) регулировать курс, увязывая его с курсом "черного рынка", что и было, судя по всему, заложено в основу валютного механизма, власти стали снижать курс буквально рывками. К концу минувшей недели курс доллара упал ниже "психологического" уровня 8 тыс. рублей. Население РБ, наблюдающее рост курса доллара на большей части планеты, уловило подвох и воздержалось от дальнейшей сдачи валюты в банки и обменники. Люди поняли, что поддерживать падение курса доллара власти продолжительное время не смогут. Скачок курса доллара по отношению к белорусскому рублю неминуем.

К тому же подал радостный голос А. Лукашенко, который всегда почему-то уверен, что если он публично анонсирует что-то фантастическое, то оно обязательно сбудется (как к примеру, зарплата в 800 долларов у белорусских доярок или "толпящиеся в приемных западные инвесторы"). 23 сентября, когда ситуация на валютном рынке уже почти вернулась к стадии начала месяца – пустые обменники, люди обращаются к менялам, белорусский президент вдруг заявил, что "люди - молодцы, они сразу сориентировались, что курс высокий и надо быстрее обменять на белорусские рубли". Как говорится, "сдал с потрохами".

Но, мало того, что А. Лукашенко практически публично сознался в том, что вся эта псевдорыночная курсовая деятельность направлена исключительно на выкачивание валюты у населения , так он еще попытался в свойственной ему "медвежьей" манере подстегнуть процесс сдачи валюты: "Михаилу Владимировичу Мясниковичу и Надежде Андреевне Ермаковой надо работать так, чтобы этот доллар не обвалился ниже пяти установленных тысяч". Особенно это относится к Н. Ермаковой, которая, как шепчут очень злые языки в Национальном Банке, до сих пор держит в ящике своего письменного стола деревянные счеты.

На фоне вновь вернувшегося валютного дефицита традиционные самовосхваления белорусского президента выглядели несколько комично: "Я предупреждал, что эти неурядицы, которые у нас были на валютном и ,как следствие, на потребительском рынке возникли, ничем иным нельзя было объяснить, как паникой отдельных групп населения". Хорошо, предупреждал, но, как говорится, а дальше то что?

А дальше, чтобы продолжить валютную авантюру, нужны деньги, внешние деньги, так как закрутить внутренний валютный рынок, используя исключительно финансовые ресурсы населения, не удалось. Рынок необходимо накачивать валютой, и здесь лицемерными похвалами в адрес людей, сдающих валюту в банк, не отделаешься. Отсюда и столь истеричная реакция А. Лукашенко на провал переговоров между А. Миллером и М. Мясниковичем.

Риск газового кризиса реален для Минска. Проблема в том, что позиция белорусской стороны носит весьма субъективный характер: публично озвученные 15 августа на Союзном Совмине договоренности о "понижающем интеграционном коэффициенте", но так и не воплощенные в жизнь; неозвученные договоренности с Д. Медведевым в Сочи (12 августа), которыми А. Лукашенко попытался воспользоваться на встрече с А. Миллером; принцип "равнодоходности" и равенства условий деятельности для всех субъектов хозяйствования в рамках Таможенного Союза или Единого экономического пространства, почему-то подразумевающий свободу доступа к российским энергоносителям, но исключающий доступ, например, к белорусским производственным активам, подлежащим приватизации. Получается, что доступ к газу по внутрироссийским ценам пародоксально дополняется доступом того же Китая к Беларуськалию. Логичным было бы в этом случае Минску добиваться дешевого газа не от Москвы, а от Пекина.

Между прочим, с Китаем все не так радостно и просто, как кажется. Понятно, что посещение Минска спикером китайского парламента едва не вылилось в национальный праздник с закреплением красной даты в белорусском календаре - все-таки иногда у белорусского руководства теряется чувство меры.

Присущий белорусскому истеблишменту истерический страх перед перспективой экономического, а следом и политического провала приводит к тому, что в каждом забредшем в Минск зарубежном "ходоке" власти видят ожившую надежду на "помощь", "поддержку", "инвестиции", "кредиты" и другие блага цивилизации, от которых они были в свое время отлучены по причине плохих манер (бесконечные президентские сроки, подавление гражданских свобод и прав человека, расправы над оппозицией, клоунады на международной политической арене и т.д.). Китай, по мнению белорусского руководства, когда–нибудь должен заменить Россию в качестве безусловного и неограниченного спонсора и покровителя Республики Беларусь под несменяемым руководством А. Лукашенко.

"Посадить" Китай в Беларуси для белорусского президента означает сохранение власти в собственных руках и передачу ее по наследству. То, что в этом случае Беларуси уготована роль Мьянмы, не очень волнует не только А. Лукашенко, но и белорусский политический класс. Между тем, расовые изменения в авторитарных странах не являются чем-то новым. В свое время, еще в 60-х годах, Куба была вполне "белой" страной, но за пять десятилетий нахождения у власти Фиделя Кастро, между прочим, выходца из весьма аристократичной и обеспеченной испанской по корням семьи, Куба ощутимо "почернела". "Белая" Куба перебралась в эмиграцию.

Нечто подобное уже происходит в Республике Беларусь, из которой миграционные потоки, прежде всего молодежи и гастарбайтеров, растут буквально на глазах, сопровождаясь постепенным заполнением юга республики этническими украинцами, западной части - грузинами и представителями других кавказских народов, стремящимися использовать Беларусь в качестве "трамплина" на Запад, а на улицах белорусских городов все чаще мелькают китайцы. Старательно предрекая соседней России превращение ее в будущем в огромный Чайна-кантри, белорусы всеми силами уже сейчас сажают собственный Чайна-таун на белорусской земле. Просто нужны деньги. Сейчас и почти на любых условиях.

Понятно, что Минску нужны деньги. Но как же в таком случае относиться к словам жеманного Сергея Румаса, который на прошлой неделе говорил о новой миссии МВФ в РБ, как о команде, присланной для оформления кредита ("Миссия МВФ начнет свою работу 5 октября, и ее состав позволяет говорить о том, что фактически миссия будет работать над новой программой"), но и тут же заявил в отношении кредита от Сбербанка (1 млрд. долларов), что в нем нет необходимости: "Мы рассматривали этот кредит как некую подушку безопасности по выходу на единый курс. Вот неделя прошла, и острой потребности в такой подушке сегодня нет".

Если опираться исключительно на слова белорусского руководства, то получается, что Беларусь - несчастная страна, которой каждый норовит всучить пару-тройку миллиардов долларов, в которых и необходимости то нет . И кредит от МВФ не нужен, хотя белорусские власти, как бы мимоходом заявили, что планируют получить от фонда до 7 млрд. долларов –12,5% годового ВВП республики (!), и кредит Сбербанка лишний и т.д.

А времени на все эти кривлянья остается все меньше. Пора определяться, так как запущенный валютный лохотрон уже простаивает без валюты.

А. Лукашенко понимает, что кредит МВФ возможен только в случае быстрого выхода на диалог с Западом. Решение проблемы с политическими заложниками – обязательное условие для начала нового "европейского флирта" официального Минска. Литва с Грузией, публично подвергнув остракизму белорусскую оппозицию, уже прошли у А. Лукашенко "аккредитацию" в качестве посредников между Беларусью и Европой.

Однако зачем официальному Минску, в очередной раз возвращающемуся в "европейскую цивилизацию", российский природный газ по цене Смоленска? Достойней было бы по цене Варшавы. К декабрю, с учетом суеты белорусского МИДа на европейских перекрестках, цена российского природного газа вполне может стать "польской"… Вот почему так суетится А. Лукашенко, буквально хватает за рукав главу Газпрома. Надо успеть, перехватить, обмануть…

поделиться