Крепость-герой и город-трус

Сегодня поговорим о самой священной занозе в нашей стране — о второй мировой войне (крупный эпизод которой у нас называется Великой отечественной).

Я не ошибусь, если скажу, что все, что нам рассказывают об этой войне — тотальная фальсификация, обман, пропаганда и ложь. Просто пока об этом не говорят, а через сто лет удивятся, как мы были такими дурачками.

Война — это всегда плохо, это поле для худших человеческих проявлений и качеств. Победитель на войне, разумеется, всегда приукрашает в сотни раз свою доброту и преувеличивает в сотни раз животное поведение врага.

Обычно после войны ну поставят пару памятников (от слова "память", куда ж их много-то? Память-то одна) и живут дальше. Но не у нас. У нас сразу надо падать на землю и целовать ее, целовать родную, потому что она родная. А если уж памятник поставят, то относиться к поводу, по которому его поставили, без слепой веры — уже кощунство.

Возьмем Брест. Удивительный город. Каждый век по две-три войны, город постоянно разрушают и уничтожают. А живет. И вот начинается вторая мировая. 1939 год. СССР и фашистская Германия подписывают соглашение о разделе Европы, согласно которому кусок с Брестом уходит нам. Ничего страшного — это же мы, добрые красные воины, мирные советские люди. Город к тому времени был совершенно польским.

Проходит два года. Фашисты вероломно (это самое удивительное слово во всей советской военной пропаганде) нападают на нас. Так как Брест — первый на границе, его первым и захватывают. Что делает население? Население плевать хотело на советскую власть, защищать "родину" совершенно не желает. И сваливает в полном составе. Остается только одна Брестская крепость. Почему остается? Потому что там расквартирован советский полк с семьями военных. Куда им деваться, они защищаются.

Именно поэтому Брест — не город-герой (единственный из городов-героев), а крепость-герой. Это официальное наименование: Брест — крепость-герой. Потому что город Брест — не герой, а трус, если раздавать оценки.

Надо заметить, что русский солдат очень гордый, поэтому "врагу не сдается наш гордый Варяг". Мы в этих словах слышим гордость, а весь мир — пример странного самоубийственного отношения. (Подробнее об удивительной истории Варяга в моей заметке про Шотландию)

Машина пропаганды невероятно преувеличила значение этой битвы. Битвы за город, который мы получили из рук фашистов в качестве куска польского пирога всего за два года до того. Что примечательно, о штурме брестской крепости стало известно только в начале 1950-х. Нашли факт, придумали миф, преувеличили его, и поставили в 1965 году памятник. В том же году был придуман День победы (до этого 20 лет он был просто одной из дат истории).

CNN решила сделать юмористический обзор уродских памятников. И включила в него памятник защитникам Брестской крепости (уточнив: "It may not be beautiful but there's no denying its scale and significance" ("он, может быть, некрасивый, но это не отрицает его величия и значимости" — UDF.BY), это совершенно невинный обзор, да и памятник не самый страшный).

"Факты политического авантюризма особенно болезненно воспринимаются в нашей стране. Господа, которые дают такую оценку монументу, не знают, что представляет из себя настоящее лицо фашизма. В Беларуси во время Великой Отечественной войны погиб каждый третий. Наше отношение к Брестской крепости – особое", — подчеркнул Н.Чергинец,

— сообщил белорусский Интерфакс.

Сегодня, когда бывшие кгбшники учат русских людей верить в бога, особенно важно напомнить, что надо отделять мух от котлет. Отдельно — подвиг людей, отдельно — качество памятника.

Об этом — мой старый регулярный пост про память и памятники.

Памятники Великой отечественной войне один другого безвкуснее. Площади, оформленные вечным огнем — апофеоз брежневской школы архитектурно-градостроительной деградации и непрофессионализма. Стелы, стоящие в каждом районе, ужасны. Самое главное, что стела из обычного никчемного бетона тут же становится священной — ее нельзя ни тронуть, ни снести. Хотя по сути она — кусок бездушного конъюнктурного говна. Но все боятся об этом сказать вслух, потому что "наши деды воевали за нас".

Мой дед воевал за то, чтобы не было войны, а не за то, чтобы при виде уродского памятника я падал на колени и плакал. И я об этом всегда помню.


*Текст автора приведен с некоторыми коррекциями: нецензурные выражения заменены цензурными. Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.