"И эти люди контролировали страну?"

Вопрос о том, может ли человек с чувством вкуса занимать должность генпрокурора Украины при президенте Викторе Януковиче, до прошлой недели не имел очевидного ответа.

А уж после того как толпа победителей захватила правительственные резиденции и содрогнулась, увидев, что там, с новыми донецкими элитами как-то сразу стало все понятно. Вспомнилась фраза из фильма "Жизнь других" — там, где немецкий интеллигент после падения ГДР встречается со следившим за ним офицером "штази" и восклицает: "И эти люди контролировали страну"?

Дело не только в обилии золота, не только в безвкусных коврах и общем стремлении, чтоб выглядело "па-багатаму". Дело в том, что эти интерьеры — равно как все интерьеры вообще — показывают, какое место во Вселенной приписывали себе их хозяева. И теперь символом падшей украинской власти навсегда останется прокурор с печатью Донецка на лице, Виктор Пшонка, который позирует в тоге римского консула. Цезарь построил империю, границы которой доходили почти до Индии, Пшенка посадил бывшего премьера Юлию Тимошенко за преступления, которые она не совершала. Притом что, как написал на прошлой неделе известный киевский журналист Сергей Лещенко, уж кого-кого, а Юлю Тимошенко не представляло никакого труда посадить за то, что она сделала реально. И тут не надо было быть римским консулом.

Резиденция Виктора Януковича "Межигорье" с ее страусами, парком раритетных автомобилей, включавшим легендарный фашистский "Хорх", с ее позолоченным унитазом показывает, как близки к анекдоту представления сильных мира сего о роскоши. Особенно если эти сильные были фигурантами уголовного дела о хищении шапок и разбое и вышли ровно из того же панельно-типового советского мира, в котором продолжает жить значительное число не ставших президентами соотечественников. Оказывается, чувство вкуса — вещь, которая не приходит даже после пребывания на самом верху, в залах приемов и европейских резиденциях. Оказывается, построить себе дворец в стиле замка Белоснежки из Диснейленда можно всего за 4 года пребывания на посту генпрокурора Украины.

И было бы странно, если бы в Беларуси было как-то по-другому. В конце концов, мы с киевскими братьями вылезли из одной уже упомянутой советской панельной колыбельки. А потому, когда у человека тут появляются большие деньги, он устремляется ровно в ту же золотисто-китчевую степь, что и Пшонка с Януковичем.

Нет, существуют люди со вкусом: например, в Витебске хочется отметить хорошо решенный особняк одного большого человека, который начинал с торговли обувью. Но в большинстве своем в качестве "крутого жилья" начала XXI в. в Беларуси мы видим два типа построек.

Первый вариант — коробка вообще без всяких признаков вмешательства архитектора, такая большая деревенская изба размером в 900 кв. м с простой двухскатной крышей, которая, конечно же, крыта металлочерепицей. Внутри будет камин, в который, как писал Булгаков про бал Маргариты, спокойно поместится грузовик. Еще будет лестница, решенная винтом, чтобы забрать больше места, и несколько одинаковых комнат. В избе будет гулко, т.к. хозяин, ее отгрохавший, пока не смог определиться, как занять остающиеся свободными 800 кв. м. Он обязательно скажет что-то про "бильярдную". Дальше "бильярдной" его фантазия идет редко.

Второй типовой вариант роскошного жилища богатого минчанина — это дворец в стиле "Диснейленда". Это выбор тех, кто считает себя продвинутыми, тех мечтателей, которые никогда не держали в руках учебников по архитектуре, но знают, где в гипермаркетах искать дешевые журналы по интерьеру. У дворца обязательно будет башня, причем чем выше — тем лучше. Башня для этих господ играет ту же сублимационную роль, что для иных клиренс их "хаммеров". Окна — обязательно стрельчатые, но рядом — колонны с коринфскими капителями, выполненными из пластика (так дешевле). Общая приземистость, характерная для романского стиля, но на фасадах — много изгибов и пластики, напоминающих барокко. Вообще тут будет смешано все: будут рустика и пилястры, будут даже пилястры с рустикой, будут зубцы по стенам, "как на Кремле", будут византийские купола на крыше. Еще чуть-чуть, и они позолотят башню и влепят на нее крест — чтобы выглядело дороже. Это не неоготика, это не необарокко, это улет в космос фантазии простого человека, который вдруг где-то взял очень много денег. Это памятник эпохи, если хотите.

В Великобритании экстерьеры защищены историей капитала, последняя интервенция нуворишей в городскую среду произошла 150 лет назад и как раз и породила английскую неоготику. В Лондоне человек с деньгами, как правило, является одновременно человеком с образованием и вкусом, ибо выскочек с чемоданами наличных денег тут "срубает" налоговая, до строительства особняка в стиле "мечта цыгана" дело дойти не успевает.

О скандинавском дизайне, конечно, слышали и в Минске, и в Киеве, но обладателей особняков из стали и стекла считают чудаками — выглядит недостаточно "па-багатаму".

Из сложившейся ситуации есть два выхода: длинный и короткий. Длинный предлагает подождать, пока у богатых горожан появится вкус сам по себе. В конце концов, они путешествуют, видят мир, и если не у них самих, то у их детей может возникнуть желание сделать окна полуциркульными или убрать коринфские капители.

Короткий путь предполагает появление наверху инстанции, роль которой заключалась бы в насильственном насаждении вкуса и красоты. До сих пор городские власти в архитектуре действовали по принципу "угожу инвестору", не задаваясь вопросом, что конкретно и где этот инвестор собирается строить. Главное, чтобы в бюджет шли деньги, а красота подождет. Так, "Кемпински" изуродовал ландшафт на пр. Независимости, дом "у Троицкого" изуродовал Троицкое предместье — список можно продолжать. Было бы прекрасно, если бы в логику действий архитектурных властей проникло такое явление, как эстетика. Если бы утверждались проекты, которые украсят город, а те, что его изуродуют, — разворачивались. Вне зависимости от того, кто строит и сколько в бюджет дает. Но это я, кажется, размечтался.