Станислав Богданкевич: Абсурда в экономической политике Беларуси, конечно, хватает

Сергей Крымов, UDF.BY

Последние недели перед новым годом принесли много впечатлений от происходящего в экономике практически каждому гражданину Беларуси.

Очереди в пунктах обмена валюты, фактическая девальвация, закрытые на время магазины. Постарался удивить и Александр Лукашенко, за несколько дней нового года отправив в отставку премьер-министра и руководителя Национального банка. А 1 января нас ожидает не только праздник, но и вступление в силу договора о создании Евразийского экономического союза.

О том, куда движется белорусская экономика, в интервью UDF.BY рассказал бывший глава Национального банка Станислав Богданкевич.

- Своевременными ли, на ваш взгляд, были массовые перестановки чиновников накануне нового года?

- Менять правительство нужно не просто так, а под какую-то новую антикризисную программу выхода из сегодняшней ситуации.

Последние три года у нас не растет валовой внутренний продукт. Он нулевой, причем надо иметь в виду огромную инфляцию, которая не позволяет правильно оценить ВВП. В промышленности 26% предприятий по официальной статистике убыточны, а если взять и тех, кто на грани этого убытка, то получится больше половины. Уровень дебиторской задолженности составляет 215 трлн. рублей. Неплатежи по кредитам чуть ли не удвоились за год.

В экономике огромные проблемы, поэтому надо давать власть тем специалистам, которые предложили бы программу оживления экономики и выхода из кризиса. А у нас сделали перестановку тех лиц, которые довели ситуацию до сегодняшней.

Кобяков работал в правительстве около 10 лет, а потом еще и возглавлял Администрацию президента. То же касается и Каллаура, он в Нацбанке также участвовал в доведении экономики до кризисного состояния. Новые люди в правительстве, за исключением единиц, не появились.

- В чем же смысл перестановок?

- Я его не вижу. Чем хуже Мясникович Кобякова? Ничем. Даже по убеждениям они либералы почти все. Но ведь модель экономического развития страны не меняется, о новой экономической политике, как цели, не провозглашается.

Я так понимаю, что в год президентских выборов Лукашенко хочет показать видимость изменений при сохранении сущности внутренней политики.

- То есть, логика отставки правительства находится, скорее, в политической, а не экономической плоскости?

- Да, в политике. Задачи остаются все те же: сохранить старую административно-командную модель и ручное управление.

Конечно, в ручном управлении есть и плюсы. Оно позволяет предотвратить на определенное время явный обвал.

- С 1 января вступит в силу договор о Евразийском экономическом союзе. Что-то изменится в жизни страны или это все пустые декларации?

- Похоже, что это скорее декларации. Посмотрите хотя бы, как ведет себя Россия в это время. Если есть Таможенный союз, то никто не имеет права останавливать потоки грузов, рабочей силы, капитала. Это то, что было предусмотрено программой ТС, но ничего из этого не выполняется. Внезапно находятся какие-то частные причины, которые останавливают все движение товаров.

Обвал в России происходит все зависимости от происходящего в Таможенном союзе: торговля резко ограничивается, убытки нарастают.

Хотя, конечно, можно говорить о том, что идет притирка, что для создания экономического союза нужно время, что он заработает позже через трения, скандалы, создание новых органов.

- Может ли Беларусь выйти из кризиса самостоятельно? Или все будет зависеть от ситуации в России: станет там лучше с экономикой, и у нас пойдет рост?

- Если имеется суверенное государство, национальная валюта, то надо самим решать свои проблемы, не допускать обвала в экономике.

Я согласен с Лукашенко, что не надо вслед за Россией в такой же мере обваливать национальную валюту.

Какая глубинная причина обвала валюты? Не в России, а в собственной политике. Мы сами создаем денежную массу в виде кредита, который идет предприятиям, выпускающим нереализуемую продукцию. Мы создали, скажем, 100 млрд. долларов новых кредитных денег, дали их экономике, предприятия выпустили продукцию и не продали ее. Банкротства у нас нет, поэтому, чтобы продолжать выпускать продукцию, предприятия снова идут в банки, которые дают им кредиты.

Постоянно создается денежная пирамида. Чтобы это все оздоровить, нужны новые программа, мышление, кадры. Но ничего этого не делается.

При этом я не думаю, что страна резко возьмет и обанкротится.

- Вы не поддерживаете мнение некоторых экономистов, что в ближайшее время страну ожидает чуть ли ни дефолт?

- Не поддерживаю. Они недооценивают плюсы ручного управления. При нем падает эффективность, но производство все же не сокращается, безработица не увеличивается. В конце концов, можно закрыть импорт, магазины, что сейчас и делается.

Хотя так управлять экономикой, конечно же, нельзя. Закрывать что-то можно только по решению суда, а не просто по желанию, что в магазинах нет белорусской продукции. Это дикое командно-административное управление. Но оно позволяет в условиях кризиса поддерживать видимость процветания. Даже девальвацию не провели, так как упала бы в долларовом эквиваленте зарплата.

Я все время толкую своим коллегам – демократам, что ручное управление имеет свои плюсы, не дает возможности внезапно все обвалить, позволяет административными методами поддерживать какой-то уровень жизни и развития в экономики. Хотя делаться это будет себе в убыток. Абсурд в этом, конечно, присутствует.

Новости по теме

Новости других СМИ