Белорусский боец АТО Парфенков: Порошенко мне всё больше напоминает Лукашенко


В погромах киевских отделений российских банков «Альфа-Банка» и «Сбербанка», а также офиса компании «СКМ» украинского миллиардера Рината Ахметова 20 февраля участвовал белорусский боец добровольческого батальона ОУН Василий Парфенков. Это запечатлено на видео, которое попало в СМИ.

Какой посыл заложен в этой акции? Почему возможность нового Майдана на Украине – не выдумка? Журналисту Беларускай праўды удалось связаться с Василием, и расспросить его о происходящем сегодня на Украине.

– Вы не отрицаете своего участия в погромах 20 февраля? Каковы судебные перспективы дела?

– Особого смысла отрицать нет – все зафиксировано на камерах. Мне дали два месяца домашнего ареста. Пока что всё окончательно не ясно – следственные мероприятия еще продолжаются, не все участники установлены.

– В чём посыл этих погромов?

– Ринат Ахметов спонсирует сепаратистов на востоке Украины, за его деньги убивают украинцев, а его бизнес процветает на территории свободной Украины. То же самое и с русскими банками: деньги так называемых «ДНР» и «ЛНР» отмываются через русские банки, и они нормально функционируют в Киеве и других городах – такого не должно быть во время войны. А одно из предвыборных обещаний Порошенко – национализировать весь российский бизнес – он так и не сдержал.

– Но как можно национализировать имущество, принадлежащее гражданам из другой страны?

– Я не знаю – как. Но с Россией идет война. Нельзя, чтобы этот бизнес существовал, размножался и распространялся.

– Подобные акции приносят результат?

– Изначально никто погромов не планировал: хотели сходить в офис к Ахметову и передать обращение от обычных гражданских людей и добровольцев. Подошли к офису, а там всё оцеплено милицией, внутрь никого не пускали. Вот и выплеснулся народный гнев наружу. Никаких призывов не звучало – люди из толпы просто стали бросать брусчатку в окна, что вызвало цепную реакцию.

– Ваш командир взял всю ответственность на себя…

– Он просто не может поступить по-другому именно как командир. Он не призывал людей громить, но раз ситуация развивалась именно по такому сценарию, и люди, в том числе, и из нашего батальона, привлечены к ответственности, как командир он принял решение, что лучше пускай накажут только его.

– Вы воевали за целостность Украины, и вам предоставили украинское гражданство. Теперь вы громите банки. Власти не пожалели о том, что дали гражданство?

– Не знаю, что в голове у этой власти. Может быть, им это было и неприятно. Был такой Богданов, ему тоже дали украинское гражданство, и он начал критиковать режим Порошенко. С предоставлением гражданства иностранцам, по слухам, помогал помощник министра МВД, но после заявлений Богданова он умыл руки: мол, добровольцы – не патриоты, а какие-то бандиты.

Но именно добровольцы в первые дни войны остановили москалей на Донбассе. Именно добровольцы до сих пор являются силой, которая не дает им пройти. Официальная армия Украины стоит под присягой, исполняет приказы; бывали абсурдные случаи, когда сепаратисты подступают на 50 метров к войскам, а им нельзя стрелять (действуют минские договоренности) – и гибнут под огнем.

– Добровольческие отряды никому не подчиняются, имеют на руках массу оружия – какая судьба ждет их после войны?

– Есть вероятность, что после окончания этой войны самые одиозные и ярые деятели, как Ярош или Коханивский, наверное, будут прессинговать, вытеснять их, чтобы они не несли угрозы уже этой власти. В Украине постоянно поднимаются тарифы, у воинов-афганцев и ликвидаторов-чернобыльцев забирают льготы в пользу новых инвалидов и раненых новой войны. Возникают стихийные объединения и группы – складывается весьма непростая ситуация. Вполне возможно, что Порошенко скоро получит свой третий Майдан. Но, может быть, сейчас и не нужно шатать существующую стабильность, ведь и война идет, а тут еще всякие Майданы…

– Зачем вы поехали стрелять и убивать людей на Донбасс?

– У меня всё просто: много хороших знакомых и друзей на время моего приезда в Украину уже находились на Донбассе. Уже погибли два человека, с которыми я участвовал еще в «оранжевой» революции. Да и вообще, мы, братские народы – украинцы и белорусы – вместе участвовали в Грюнвальдской битве. Сейчас враг пришел на территорию Украины, наш общий враг – российский империализм – поэтому я здесь.

– Вы можете вспомнить, что почувствовали, когда впервые убили человека?

– Я не уверен, что кого-то убил, потому что когда идет плотный бой, то непонятно, кто попал – я, или мой товарищ, или врага накрыло миной. Я не уверен, что лично кого-то убил…

– А были какие-то терзания совести, что вы стреляете в людей?

– Терзаний таких нет. Идет война, это значит: или ты, или тебя. На войне как на работе: стоишь на посту, атакуют боевики, и ты должен работать, чтобы не убили тебя и твоих товарищей.

– В белорусской негосударственной прессе сложилось такая картинка: сепаратисты всегда являются грязными нарушителями законов военного времени, а украинские войска никогда в этом не уличены. Действительно ли здесь все так просто?

– Лично мной украинские войска в военных преступлениях не замечены. Когда мы еще стояли в Песках, тогда не было никакого мародерства, там еще жило немножко местных, которые называли нас «супермаркетами» – приходили к нам за водой, за одеждой, за бензином для генераторов, и мы никогда ни в чём не отказывали. Все разговоры о том, что украинская артиллерия стреляет по мирным кварталам Донецка – бред.

– Есть ли предпосылки для нового Майдана?

– Предпосылки огромные. Порошенко сейчас всё больше и больше напоминает мне Лукашенко. Приезжает куда-то – всё вокруг перекрывают, куча сотрудников милиции, нацгвардии, нигде не пройти. На годовщину расстрела Майдана родственников привезли на автобусах, перекрыли Институтскую улицу – обычные люди не могли пройти, пока эти люди возлагали цветы. Их под конвоем провели, они там постояли, зажгли свечки и так же под конвоем погрузили в автобус и увезли.

Для людей теперешняя власть делает очень мало. Не было революции – произошел передел сфер влияния между олигархами: промосковские вынуждены уехать, проукраинские остались. А для народа они мало что делают, отстаивают больше свои интересы. Люди разочарованы, но не спешат устраивать новый Майдан – не уверены, что получится.

– Но ведь есть же что-то и хорошее. Хвалят, например, новую полицию…

– Да, хвалят, типа они такие все вежливые и гуманные, но это всё до поры до времени. В новую полицию пошло очень много старых милиционеров – взяточников и коррупционеров. Пока они просто не вошли во вкус, стараются скрыть свое истинное лицо, но потом, я уверен, всё пойдет по накатанной – будет всё то же, что и раньше.

Говорят, мол, вся Украина поднялась на защиту страны, а на самом деле всё меньше и меньше уже. Даже если судить по волонтерскому движению: раньше поступало гораздо больше медикаментов, и продуктов, и дорогого снаряжения, а сейчас люди уже гораздо меньше дают денег – сами выживают. Вызывает недоумения и бизнес Порошенко на территории страны-агрессора, хотя это было одно из его предвыборных обещаний – продать его, чтобы закончить АТО за две недели, но ничего этого не сделал.

– Война – войной, а бизнес – это бизнес.

– А любая война – это бизнес. Солдаты в окопах погибают, а генералы делят, распиливают барыши. В Украине выпускают новые танки «Оплоты» и «Булаты», которые показывают на парадах и по телевизору, но не доходят до фронта, не воюют, идут на экспорт. Красиво ездят на парадах, есть на вооружении частей, которые стоят под Киевом.

– А что тогда делать, чтобы кардинально всё изменить?

– Честно – не знаю. Тотально проводить чистки. Приняли закон о люстрации, но толком никого из чиновников Януковича и не люстрировали. Снимают с них санкции, размораживают счета. Нужно более жестко разбираться со служками Януковича: объективно разбираться, чтобы отвечали по закону. Но все возвращаются на свои места: судьи, которые судили майдановцев, вернулись в суды. В главном суде Киева, который судил всех политзаключенных – все те же лица, все без изменений. Внешний марафет наводят, а по сути ничего не изменилось.

Новости по теме

Новости других СМИ