Руслана: Хотите в нас стрелять — стреляйте, хотите нас бить — бейте. Мы ничего не боимся!

Беседовала Наталья Радина, charter97.org

Руслана Лыжичко на днях посетила Варшаву, где призвала европейских политиков ввести санкции против руководства Украины. Певица практически круглосуточно вот уже 2,5 месяца дежурит на акциях в центре Киева. Сегодня она звезда и трибун Майдана. Поэтому и сегодняшний разговор главного редактора charter97.org Натальи Радиной с Русланой - больше о полититке, чем о музыке.

- Давай сразу перейдем на "ты"? Какие могут быть церемонии — одно дело делаем, - начинает разговор Руслана. - Знаешь, какое у меня сейчас состояние? Полное отсутствие страха! Хотите в нас стрелять — стреляйте, хотите нас бить — бейте. Мы ничего не боимся! Я стояла на Грушевского, парень меня закрывал щитом, чтобы снайперы не попали, представляешь? Стояла без шлема, без бронежилета. Меня ребята отталкивали, говорили: "Уйди, здесь пули!". Я же стояла у бочки, потому что там было тепло, и не хотела отойти в безопасное место, потому что там было холодно (смеется).

Нет страха, хотя сейчас запугивают. Мне пришло СМС, посмотри. Некие "русские монархисты" объявляют мне войну, предлагают спрятаться в Америке, иначе меня застрелят из автомата (смеется). Это сейчас массово рассылается и моим друзьям, и даже адвокаты жаловались, что их терроризируют подобным.

- Мой белорусский опыт подсказывает, что от угроз в конце концов переходят к делу.

- Да, понимаю. Уже звонили и говорили: если Руслана не прекратит это делать, с ней будет то же самое, что с Димой Булатовым. Звонили даже моей хозяйке по дому и напоминали, что меня предупредили. Ты права: вначале они запугивают, а потом будут смотреть, как действовать.

- Думаешь, решатся? Все-таки звезда...

- Давай на эту тему не будем говорить? Есть Бог, думаю он сбережет (крестится).

Руслана: Хотите в нас стрелять — стреляйте, хотите нас бить — бейте. Мы ничего не боимся!

- Перейдем к твоему визиту в Варшаву. Недавно ты была в Брюсселе, вскоре собираешься в Страсбург. Фактически ты сегодня выполняешь роль посла свободной Украины?

- Здорово! Давай ты будешь моим имиджмейкером? Мне так нравится — посол свободной Украины...

Я называю Майдан частью европейской Украины. Это отвоеванный остров свободы. Там даже легко дышится, несмотря на все провокации. Цинизм был в высшей степени: туда даже инфицированных бомжей привозили, чтобы люди болели, блокировали подвоз воды, питания, дров, биотуалетов, отключали свет, закрывали метро.

Когда прихожу на Майдан, понимаю, что там много провокаторов. Недавно с Майдана вывели "титушек", вооруженных ножами. Эти люди могут в темноте сделать все, что угодно.

Но что я хочу сказать? Моя активность в Европе сегодня очень нужна. Люди привыкают к происходящему в Украине...

- Как привыкли к диктатуре в Беларуси.

- Да, ко всему привыкают. Я хочу приехать в Европу и сказать: стоп! Во-первых, к этому нельзя привыкать. Во-вторых, с этим что-то надо делать. В-третьих, в случае чего, это будет не только наша проблема. Это будет проблема и для Европы.

В Европарламенте приняли резолюцию по Украине, проголосовали быстро, потому что поняли, чем это грозит. Никто не знает предела возможной агрессии. Если дать им волю, на чем они остановятся? На зачистке Майдана, запугивании людей, расколе Украины, "горячей точке" в Крыму, гражданской войне? Где предел? Что им нужно? Уничтожить Украину, поставить здесь во власти только своих людей? Никто до конца не понимает сценарий, поэтому опасно. Ощущаешь врага интуитивно, но четко его не видишь.

Сколько стою на Майдане, ловлю себя на мысли и говорю это со сцены: "Люди, кому это нужно и зачем?" Мы до сих пор не можем понять, почему избили студентов 30 ноября. Все гораздо хуже и глубже, чем кажется на первый взгляд.

Трудно поверить, что мы живем в такой стране. Я уже все делаю на автопилоте. Раньше срабатывал хотя бы инстинкт самосохранения. Утром просыпалась и сама себя спрашивала: "Это уже все или что-то еще?". А теперь даже не задаю таких вопросов: просто стараюсь успеть сделать все, чтобы не было новых жертв, элементарно помочь людям.

Знаешь, у меня за год до этого была странное предчувствие. Я сняла видеоклип на песню "Эйфория". Его сюжет полностью отражает то, что сейчас происходит на Майдане. Как я могла это знать в 2012 году? Клип начинается с того, что музыкант, который играет на национальном инструменте бандуре, сидит в тюрьме. И написано: "Украина в недалеком будущем". Дальше по сюжету меня бросают в тюрьму и там сидят другие молодые люди, которых бьют, терроризируют, пытают... Бьют такими же палками, которыми избили студентов. В конце мы вырываемся из этих клеток, выходим, видим Киев, он немного разрушен, и восходит солнце. Все это есть, мы победим, но будет очень непросто.

Как я могла увидеть это в 2012 году, когда у нас был Чемпионат Европы по футболу? Тогда мы посвятили этот клип делу Павличенко (отца и сына осудили за убийство киевского судьи, подсудимые утверждают, что невиновны, - ред.) и вместе с футбольными фанатами требовали их освобождения.


- Европа сегодня тебя слышит?

- Да. Более того, эти поездки очень полезны. Некоторые политики принимают окончательное решение поддерживать Украину, некоторые видят, что я поднимаю общественное мнение и вынуждены хотя бы реагировать. Это дает возможность многим разобраться в ситуации, потому что они видят, что я не политик, не принадлежу ни к какой политической партии и стою на Майдане как певица.

Поэтому я рада, что у меня есть такая возможность. Вообще, считаю, что мое имя впервые в жизни мне по-настоящему пригодилось и я рада, что могу использовать его таким образом.

- На пресс-конференции в Варшаве ты призвала к санкциям против руководства Украины и олигархов, которые поддерживают Януковича. Почему так важно вводить санкции против режимов в наших странах?

- В стране узурпирована власть, все ручное (милиция, суды, армия), Янукович успел поменять Конституцию, подчинить себе все инструменты власти и единолично принимает решения. У него есть большинство в парламенте, все инструменты для произвола. Потому он и заявил, что мы не идем в Европейский союз, а идем в Таможенный, потому что был уверен, что ему обеспечили всю власть.

Но опасность в том, что человек, ощущая такую силу, начинает считать, что может остаться безнаказанным. Санкции необходимы, чтобы остановить таких людей. Остановить тех, кто исполняет преступные приказы, организовывает эти преступления.

Команду Януковича можно остановить только санкциями. Чтобы это понимать, не надо даже в школу ходить.

- Ты понимаешь, что произошла "лукашенизация" Украины?

- Методы, которыми подавляются протесты, в странах бывшего Советского Союза, конечно, одинаковые. Это один почерк. Как только люди выходят с мирным протестом, их разгоняют. Мы это видели и у вас, когда запрещали даже хлопать, и в Москве недавно.

Старая школа, старая практика со времен Сталина — держать людей в страхе. Сегодня в 21 веке мы видим тот же Советский Союз только в профиль. Но молодое поколение, все прогрессивные люди, которые стремятся к развитию, не дадут восстановить "совок". Это идеология для пассивных людей, которая убивала индивидуальность, уничтожала личность.

Думающих людей сегодня намного больше и мы выбираем европейское будущее, а не советское прошлое.

Украинские власти два месяца игнорировали Майдан, пытались его разогнать, хотя мирные протесты разрешены во всем демократическом мире. Люди имеют право на мирные собрания, чтобы высказать свое несогласие. В противном случае — это диктатура.

Санкции — единственный язык, который понимают диктаторы, поэтому, если они пытаются подавить мирные протесты, нам ничего не остается, как обратиться к цивилизованному миру и сказать: их деньги находятся у вас, заблокируйте их счета, чтобы они поняли язык, которым разговаривают с народом.

- Как, на твой взгляд, будет дальше развиваться ситуация?

- Я оптимист и считаю, что мое место на Майдане. Мы должны посылать в пространство правильные мысли, основанные на мире, оптимизме, спокойствии. Очень важно, чтобы как можно больше людей с такими мыслями находились на всех майданах Украины.

Могу тебе сказать одно: я чувствую, что все будет хорошо, потому что ментально украинцы очень спокойные и миролюбивые, мы не агрессивные. Из нас пытались сейчас сделать радикалов, но это все пропаганда и понятно, кому она нужна. Обидно только, что те, кто нас назвал радикалами, не сказали правду до конца: такие настроения возникли, потому что людей избили, замучили, запугали да еще приняли "законы 16 января".

Уверена, что люди в любой стране мира сделали бы тоже самое, если бы там приняли драконовские законы, по которым нельзя было собираться на улицах, неважно по какой причине: свадьба, концерт, просто день рождения. Ну как можно жить при таких законах? Это даже не комендантский час, это хуже. Какая-то реанимация Сталина.

Мы не могли с этим смириться, и свободолюбивые украинцы показали, что они ничего не боятся. К сожалению, Янукович только это и понял. До сих пор он Майдан не слышал ни разу, а тут через пять минут захотел разговаривать с оппозицией. Какое удивительное стечение обстоятельств!

Я не представляю, чтобы украинцы смирились. Короткая или длинная это будет борьба, но в конечном итоге мы победим. Не вижу иного сценария. Свободолюбивая лошадь всегда сбрасывает плохого наездника. Украину нельзя поставить на колени.

Руслана: Хотите в нас стрелять — стреляйте, хотите нас бить — бейте. Мы ничего не боимся!

- Ты приходишь в политику в ключевые моменты: в первый раз во время Оранжевой революции, сейчас во время Евромайдана. При этом в "спокойные времена" быть политиком отказываешься. Так, в 2006 году ты была избрана в Верховную Раду, но впоследствии отказалась от мандата.

- Я прихожу тогда, когда действительно нужна. Началось с того, что я прочитала в интернете, что наше правительство приостановило все переговоры об ассоциации в ЕС, поскольку считает более правильным идти в Таможенный союз. Перечитала пять, а может, десять раз. А потом говорю мужу: "Саша, я не верю своим глазам. Это возможно?". Он говорит: "Это какая-то провокация. Видимо, мы что-то не поняли". Решили идти на Майдан.

Когда приехали, на площади уже было много людей. Помню, стояла машина с двумя маленькими колонками. Я взяла микрофон и стала выступать. Нельзя было молчать. Надо было показать зубы. Мы много терпели от Януковича, закрывали глаза на то, что у простых людей забирают бизнес, ликвидируют средний класс, в тюрьмах оказались Юлия Тимошенко, Юрий Луценко. Мой друг, который владел сетью радиостанций, все потерял. Эта власть сделала так много плохого для простых людей, что даже за деньги их никто поддерживать не хочет. Их Антимайдан не может продержаться больше недели.

Поэтому, как и во время Оранжевой революции, я поняла: пора! В первые дни на улицы вышли более 200.000 человек, весь центр Киева был заполнен людьми. Но потом они разошлись, потому что не знали что делать. Но мы решили не уходить и остались ночевать на Майдане. И постепенно ночью с нами стали оставаться все больше и больше людей...

- Как семья относится к тому, что ты круглосуточно находишься на Майдане?

- Мама и папа часто были со мной, но родители не могут долго на все это смотреть — им очень больно. Муж Саша со мной 24 часа в сутки, кроме этих трех поездок за рубеж. Саша - выходец из львовского студенческого братства 1990-х годов. Физик-теоретик, выпускник Львовского университета, ученик Вакарчука-старшего. Он в свое время объявлял голодовки протеста, был исключен, попал из-за этого в Грузию, где были военные действия. Саша очень смелый человек. Студенческое поколение 1990-х привело Украину к независимости, поэтому мой муж не испугается ни СМС, ни угроз. Львовяне вообще очень сильные духом, мы знаем, что значит защищать Украину. И это не национализм, это элементарный патриотизм.

- Из-за дежурства на Майдане, наверняка, сильно пострадала концертная деятельность.

- Конечно, я очень скучаю по концертам. Уже больше 2,5 месяцев у меня нет нормальной концертной деятельности. Такого в жизни еще не было.

Я просто безумно скучаю по сцене! Мне музыка снится по ночам, то есть в те часы, когда я сплю, потому что по ночам я дежурю на Майдане. Но я чувствую такую сатисфакцию, что могу что-то делать... Это придает силы. Очень большие силы.

- В Беларуси поп-музыканты часто прикормлены властями. На их концерты зрителей отправляют по разнарядке, многие участвуют в концертах и корпоративах с участием Лукашенко или его чиновников. Что это за явление — взаимная любовь попсы и диктатуры?

- Попса в странах бывшего Советского Союза отличается. Да, гламурная попса в других странах тоже любит, чтобы все было красиво — золото, бриллианты, исключительно дорогой стиль жизни, стремление к роскоши. Но не до такой степени, как в наших странах. Джей Ло или Леди Гага могут получать миллионные гонорары на корпоративах именно в странах бывшего Советского Союза. Такие гонорары им в Америке и не снились.

Наши чиновники умеют гулять. Их вечеринки самые дорогие, они могут себе позволить заказать Элтона Джона и потратить бешеные деньги. Но чьи это деньги? Народные. Вот это страшно. Эти деньги воруются у людей.

Поэтому, конечно, протест поп-музыкантов был бы очень уместен. Хотя бы не принимали бы в этом участие. Можно заработать деньги и другим способом. Но я не буду их ни к чему призывать — это мои коллеги и это их дело.

- Ну, назвать тебя попсой у меня язык не поворачивается.

- Я работаю в поп-стиле, хотя он у меня своеобразный, не конъюнктурный — с элементами рока и фолка. Не гламур, конечно. Я скорее хиппи, чем глэм.

На Майдане у нас, кстати, тоже в основном стоят рок-музыканты. Поп-музыканты есть, но их мало.

- У нас многие музыканты стараются держаться подальше от политики из-за боязни попасть в "черные списки". Что ты можешь посоветовать этим людям?

- Можно держаться подальше от политиков, но от политики как судьбы своей страны — нельзя отстраняться. Тут уже необходимо проявлять смелость. Мы должны принимать участие в судьбе своей родины. Если вы не согласны с тем, как живет ваша страна, вы не должны молчать. Нельзя стоять в стороне в этом случае и не надо бояться.

- Почему люди не задают себе элементарный вопрос: кто, если не мы?

- Всегда должно пройти время, люди должны созреть. Мне приятно, что украинцы ничего не боятся. Вот это здорово. Конечно, это не скромно, но мы первыми победили на "Евровидении" и первыми начали революцию (смеется).

- К счастью, в Украине все же больше свободы, чем в Беларуси.

- Да, конечно. Я согласна, что в Украине все больше свободы, чем в Беларуси. Януковичу не удается установить здесь диктатуру, закрутить последние гайки. Но то, что они сделали за последние два месяца с Украиной — это очень страшно. Такого не было даже в 1990-е, во время демонстраций при распаде Советского Союза. Даже тогда КГБ не использовал такие жестокие методы. Как можно в мороз поливать людей из водомета? Как можно стрелять в людей?

- В 2012 году ты была в Беларуси, выступала во время отборочного тура "Евровидения". В 2010 году в нашей стране произошел фактический военный переворот — Лукашенко подавил с помощью войск мирную демонстрацию, на которую вышли десятки тысяч человек. В тюрьмах до сих пор находятся политзаключенные, которые подвергаются пыткам. Поедешь ли еще в Беларусь при Лукашенко, если позовут госструктуры?

- Я тебе отвечу таким примером. Мэр Праги запретил въезд Януковичу. Это был его протест против диктатора. Нам, протестующим украинцам, такие шаги необходимы. Я могу стоя аплодировать пражскому мэру, это на самом деле смелый поступок. Я также приветствую мэров тех украинских городов, которые открыто заявили, что не хотят видеть Януковича на посту президента.

Поэтому, конечно, в поддержку будущей демократии в Беларуси, если это поможет людям воодушевиться, как певица я не поеду в Минск при Лукашенко, потому что я не согласна с его диктатурой. Это будет моей солидарностью с белорусами. Но я уверена, что теперь меня в Беларусь и не пригласят. Зачем им такая Руслана? Не дай Бог, в интервью что-то скажет?

- Белорусы сегодня солидарны с Евромайданом. Многие приехали в Киев, среди погибших защитников Майдана есть белорус Михаил Жизневский. Что бы ты сказала белорусам, которые сегодня живут в условиях тирании и борются за свободу?

- Михаил Жизневский — такой красивый мальчик, у меня с ним даже есть фотография. Я его очень хорошо помню. На похоронах я положила на его гроб флаг Украины...

Кстати, гибель именно белоруса может быть совсем не случайной. Такое ощущение, что они отбирали, в кого стрелять. Погибли белорус, армянин и львовянин. Львовянам показали, что их могут до смерти избить в лесу, белорусам — что вас накажут за то, что лезете в наши процессы, армянам — тоже, чтобы не повадно было. Непохоже, что это случайные жертвы. Как и все, кто пострадал на Майдане: Дима Булатов, Таня Чорновол, Игорь Луценко. Думаю, над этим работали аналитики из спецслужб.

Если белорус погиб за свободу Украины, то вы сможете добиться и своей свободы. И будьте уверены, что украинцы вас поддержат в этой борьбе. Это будет адекватная реакция на то, что белорус погиб на Майдане.

- То есть, ты приедешь поддержать белорусскую Площадь?

- Конечно. Это будет адекватная реакция с нашей стороны — поддержать вас. Должна быть солидарность. Мы не должны бояться. Диктатуры не настолько сильны, как нам кажется. Нас ведь больше! Мы просто должны быть вместе. Диктаторы боятся масс, с ними они ничего не могут сделать.

Новости по теме

Новости других СМИ