Светлана Алексиевич: Я 30 лет писала историю красного человека


Известная белорусская писательница Светлана Алексиевич рассказала про свои украинские корни, про нынешнюю ненависть в России и страхи простого белорусского человека.

«Я тридцать с чем-то лет писала свою историю красного человека, красной идеи и, конечно, мой главный герой - это был свидетель. Человек, который реально участвовал в процессе, в жизни и которого никогда никто не слушал. Это люди, которые молчали, бесследно уходили из истории», - сказала Светлана Алексиевич в интервью Польскому радио.

Писательница приветствует то, что происходит сейчас в Украине. Она призналась, что ее мама – украинка и «любимая бабушка тоже украинка». Она отмечает, что в Украине нет той агрессии, с которой она сталкивается в России.

Причины ненависти россиян к соседям Алексиевич видит во внутренних комплексах и обидах: «Это такая агрессия, что в ней почти что-то физиологическое. Это имперство. Это обида за 20 лет, когда ничего не получилось. И за то, что они обобраны, обокраны. Что Россию растянули, что никто никакой программы сегодня не имеет, кроме Путина, который имеет вечную русскую программу: вокруг враги, объединяемся, у нас свой код, у нас своя демократия. Вот мой свидетель - человек живущий в это время, это мой герой, это тот, кто сегодня доносит реальную правду о том, что происходит».

Писательница, которая почти всю жизнь пишет о феномене «красного»6 советского человека, считает утопией убеждение многих людей, что они уже освободились от советскости:

«Те, кто вырос, даже в малом возрасте, но в советской семье, его учили по советским учебникам, его учили советские учителя. Я думаю, что это будет два – три поколения еще такое лежать. Это не история. Мы сегодня видим, что именно советский человек пошел, как когда-то у нас говорили, в последний бой. И коммунизм, может быть, только сейчас уходит. Во всяком случае Украина делает попытку, но это огромная кровь.

Социалистическая идея не такая примитивная и откровенная как фашистская идея, где все совершенно откровенно и ясно. И то, огромная культурная нация попала в ловушку этой идеи. А в социализме еще хуже. В нем очень много, особенно когда это начиналось. Все начиналось с мечты, желания, чтобы все были свободны, равны. Желание перепрыгнуть целую формацию – капитализм, с феодализма, без буржуазии, без собственности индивидуальной, пытались шагнуть в какое-то небесное царствие. Но это характерно для русской ментальности, т.е. чудо. Иванушка-дурачок женится на прекрасной царевне. И за какие такие заслуги? Просто удивляешься, что она нашла в дурачке? Это чудо. Я думаю, что идея социализма еще долго будет искушать людей».

В своей последней книге «Время секонд хэнд» Светлана Алексиевич пыталась показать, что чистые, хорошие люди верили в социализм: «Отец, умирая, попросил, чтобы ему партбилет положили в гроб. Он верил. н был директором школы, учителем, он очень долго р тал в школе. Он просто считал, что у нас не получилось. Это было его убеждение и мне не за что его упрекнуть. Понимает, «палач и жертва» - это два такие вещества, которые у нас живут в одном теле. Мы живем среди них и настолько добро и зло перемешано, что очень трудно разделить».

Комментируя свои прошлые рассуждения о том, что, возможно, белорусский язык не сможет объединить белорусов и обиды некоторых белорусов на писательницу за это, Алексиевич сказала, что ее неправильно поняли: «Я говорила о проблемах, которые существуют на «Радио Свобода». Я совершенно не говорила о тех, кто говорит на белорусском языке. Я просто говорила, что на «Радио Свобода» тусовка. И как раз там собралось какое-то агрессивное общество, которое, судя по комментариям, вместо того, чтобы учиться новой жизни, учиться жить в новых реалиях, они думают, что их воинственный запал и то, что они «гавораць» достаточно плохо на некой наркомовце, что они уже причастны к чему-то. Я только лишь об этом говорила. А что касается белорусской мовы, я думаю, у Беларуси два пути. Или она каким-то образом сможет вырваться из объятий России и повернется в сторону Европы. Хотя кто ее отпустит? Это мало вероятно. Уже вышли какие-то статьи в московской печати «ты, батька, давай определись, и Белоруссии не будет, будут и у тебя зеленые человечки». Это же какие-то настроения в политической элите. Нам бы пойти в сторону Европы. Вспомнить нашу историю, когда мы были вместе и вспомнить Магдебурское право и много чего есть вспомнить белорусам. Или они окажутся в большей зависимости от России и нас сможет тянуть в воронку, потому что, судя по всему, Россия ввязалась на Украине в большую войну и чем это кончится – еще неизвестно. Это очень долгая история. И все это средневековье, православие, народность – это все тоже пугающее. По-моему, Беларусь пока не пережила достаточно агрессивный, опасный период – период национализма, что пережили уже все страны. И тоже, как мы знаем, была и кровь и все, так что такая опасность над нами тоже существует. Какие силы происходят в обществе, и что там, мы не знаем. И власть, которая зачищает площадки все, она тоже не знает, что, на самом деле, происходит».


В условиях тоталитаризма нет защиты от страха для простых людей, считает писательница.

- Человек не защищен при авторитаризме. Особенно люди в этих наших маленьких городах, Столбцах, деревнях, где работы практически нет. Конечно, они боятся. Во время выборов они делают то, что им прикажут. И я даже не нахожу в себе права обвинять их в этом. Говорить, как некоторые наши деятели в оппозиции говорили, мы придем к власти и мы вам всем покажем. Но, покажи, когда ты сидишь где-то в Лондоне и ты свободный. Или когда ты с двумя, тремя детьми в этой школе. И больше никаких вариантов. Все мы знаем пример Натальи Ильинич, очень потрясающей женщины, которую вышвырнули из школы, даже не разрешили быть ни почтальоншей, ни уборщицей, потому что оказывается она извращает молодежь и не служит никакими белорусским идеалам. Это все очень легко говорить. Я думаю в условиях тоталитаризма нет защиты от страха, он может быть только единственный - если люди, несмотря на контроль власти, все-таки объединятся для гражданских инициатив. Объединились бы, но этого не сделали, очень мало, например, матери болеющих детей из чернобыльской онкологии. Уже не так легко не считаться с ними. На моей встрече с читателями, белорусский молодой человек сказал: что я могу сделать здесь для Беларуси? Я могла ответить: сохранить себя, получить хорошую профессию, знание нескольких языков, чтобы - придут эти новые времена, у нас была молодая элита, молодые люди, у которых хорошая профессия и они в ней сильны они знают, что такое мир. Это единственный путь.

Недавно в российских СМИ Светлану Алексиевич назвали "американским проектом", напоминает "Белорусский партизан".

Новости по теме

Новости других СМИ