Дмитрий Войтюшкевич: Непонятно, что такое Беларусь и какая у нее национальная идея

Евгений Карпов / TUT.BY

14 мая в ратуше Вильнюса белорусский музыкант Дмитрий Войтюшкевич, около пяти лет не имеющий возможности выступать в Беларуси, презентует новый лирический альбом «Камета». TUT.BY поговорил с артистом, последние полгода живущим в Варшаве, и узнал, хочет ли он получить статус «творческого работника» и на что готов ради победы в «Евровидении».


«Эмигрировать я не собираюсь»

В январе белорусский музыкант Дмитрий Войтюшкевич получил стипендию Министерства культуры Польши, направленную на улучшение межкультурного диалога между Польшей и соседними странами, и вместе с семьей на полгода переехал в Варшаву.

— Сейчас у меня новая форма жизни — полноправное присутствие там. А не как это обычно бывало: приехал-гипермаркет-концерт-уехал. Думаю, для моей семьи последующие возвращения в Варшаву будут ассоциироваться с этой полугодичной жизнью. Нам повезло: у нас хороший район в центре города. Наверное, так бы хотелось бы жить и дальше, но эмигрировать я не собираюсь и оставаться навсегда в Варшаве не планирую.

Дмитрий считает, что вопреки стереотипу «курица не птица, Польша не заграница», западная соседка Беларуси за два последних десятилетия очень сильно преобразилась.

— Мне нравится Польша и европейские страны тем, что там нет столичного магнетизма. Поляки не стремятся закрепиться в Варшаве. Краков — самодостаточный город, Познань, Лодзь, Гданьск и другие города - тоже. Белосток очень сильно изменился.

— С культурой у них тоже все в порядке, но и бескультурья хватает. Даже наличие такой стипендии, которую получил я, говорит о многом. Там есть не только такие, как Войтюшкевич, но и люди, занимающиеся изучением архивных материалов. У поляков в этом большой опыт — после войны старый город Варшавы они собрали по камушкам. Если мы когда-нибудь дойдем до такого уровня, что сможем приглашать 20 человек из соседних стран, которые будут у себя рекламировать культуру Беларуси и делиться знаниями и опытом, мы смогли бы повысить свою привлекательность. Как правило, такую стипендию получают лидеры мнений в своих странах.

Около восьми лет Войтюшкевич сотрудничает с польским театральным режиссером, лауреатом российской театральной премии «Золотая маска» Янушем Юзефовичем. Он руководит варшавской театр-студией «Буфф» и поставил множество мюзиклов во многих странах. Среди них- «Пророк», «Питер Пэн», «Ромео и Джульетта», «Метро» и другие. С мыслью создать в Беларуси свой «Бродвей» долгое время жил и Дмитрий.

— Раньше я думал: что там театр? Нанял людей, нашел помещение… Говорю Янушу: «Я хочу что-то подобное на „Буфф“ поставить в Минске». Он мне ответил, что это невозможно. Это огромная организационная работа, но стремиться надо. Даже если кажется, что невозможно.


«Я не дармоед — я хозяин усадьбы»

Параллельно с этим музыкант активно занимается агроэкобизнесом. Открыл усадьбу «Войтюшки» и периодически проводит там фестивали народной музыки. Говорит, что этот бизнес спасает его от определения «тунеядец», а стремиться за статусом «творческий работник», недавно созданным Минкультом, он не планирует.

— Мне пока тяжело будет туда стучаться. Поскольку я до сих пор запрещенный артист, лишние движения мне не нужны. Как разрешат, буду думать. У меня бизнес — агротуризм, поэтому с точки зрения дармоедства я устроен. Я не дармоед — я хозяин усадьбы. За это я должен поблагодарить белорусских идеологов, которые довели ситуацию до того, что мне нужно было искать выходы. Когда была жива мама, я купил хутор, чтобы чаще к ней приезжать. Когда начались запреты, начал искать, чем заниматься. Нужно было искать деньги, чтобы отдавать долги. Поэтому стал заниматься агробизнесом.

— У меня три музыкальных образования: два диплома ссузов и высшее образование, я кларнетист. Ноты еще не забыл. Хотя согласен, что для современной творческой работы не всегда обязательно уметь их писать. Современные технологии могут помочь перевести в ноты все, что ты придумал за диджейским пультом. Еще можно заплатить выпускнику консерватории - и он сделает, условно говоря, за 20 долларов одну пьеску, а ты получишь этот статус. Вопрос: для чего он?

— Для авторских прав в Польше нужны ноты. Но что такое статус «творческий работник»? Например, у Мика Джаггера вообще нет музыкального образования, и у многих других людей из рок-н-ролла и современной музыки. Но наша страна любит порядок, заполнять бумаги и формуляры. И единственное, что может спасти человека от этих трудностей, — смерть. Если человек умирает, к нему заканчиваются все претензии со стороны кого-либо. В этом плане уход человека из жизни в Беларуси — полное освобождение от обязанностей.

Дмитрий вспоминает, что запреты были всегда, раньше некоторых высылали или расстреливали, поэтому спустя время в них он нашел некоторые плюсы.

— Тут запретили — поехал в Америку, в Швеции меня принимают. Недавно был в Чикаго, Майами, Чехии. Поеду в Антверпен, в Вильнюсе концерт. Хотелось бы, конечно, чтобы развитие мое было здесь, с моей аудиторией, но она за эти годы не пропала. Есть артисты, которые постоянно в телевизоре, и они с горисполкомом не могут продать Дом культуры, а я стараюсь быть интересным творчеством. Если это кому-то кажется банальным — пожалуйста. Я считаю, что самые банальные вещи: «я тебя люблю», «хочу быть счастливым», «я хочу жить» — вечные.

На вопрос, какими качествами должен обладать культурный человек, Войтюшкевич приводит в пример своих друзей, которые любят похабные анекдоты, но являются для него ориентиром.

— Я такі хлопец з Бярозаўкі. Я тоже люблю похабные анекдоты, а один мой соавтор-поэт в бане ведет себя абсолютно не как поэт, а как мужлан. И я в этом тоже вижу красоту. Все должно быть к месту. Вести себя как недотрога и называться культурным человеком — понятия несовместимые.

— Культурный человек должен быть в постоянном внутреннем поиске. Даже если ты состоялся. У этих людей поиск никогда не заканчивается, а к нему цепляются разные нюансы — самосовершенствование, внутренняя неудовлетворенность. Без этого нельзя быть культурным.


«Петрову нельзя фотографироваться с Войтюшкевичем, он в военное училище поступает»

Дмитрий называет себя артистом, широко известным в узких кругах, но этих кругов ему достаточно, чтобы заниматься саморазвитием и развивать аудиторию. Но в Беларуси он этого делать не может уже более пяти лет.

— Я могу и хочу, но не дают или определяют, что мое творчество опасно для слушателя. Когда-то я играл в Александрийской школе, где учился Лукашенко. Там висели дипломы, что в ней Кобзон выступал, «Сябры», «Верасы», — весь цвет белорусской эстрады. На следующий день позвонила начальница и сказала, что это было одно из лучших выступлений за все годы. Дети были очень открыты — они орали, топали ногами, вели себя абсолютно естественно и были готовы слушать. Во многих столичных школах дети не такие. В этом мне нравится деревенский образ жизни.

— В одной из школ после концерта директор школы сказал: «Давайте сделаем фото в красном уголке». Красный уголок — это пластиковые окна после ремонта и флаг. Мы со старшими классами стали фотографироваться, кто-то из них спрашивает: "А где Петров?" Учительница ответила: «Петрову нельзя фотографироваться с ним [Войтюшкевичем], он в военное училище поступает». А директор в этот момент подбегает ко мне и говорит: «А мне можно, я последний год работаю».

Артист рассказывает, что раньше всегда удивлялся, почему для «Песняров» были очень важны концерты на родине, даже в минской филармонии, которая не очень подходила под их эстрадный формат. Позже он осознал, что внутреннее освобождение происходит именно на родине.

— Концерты на прицепах тракторов в поле, в них тоже есть какой-то смысл. Когда Дорофеева в свое время делала это, я был рад за нее. Мало кто вообще ездит с концертами, мало кто инвестирует. Все говорят, что Беларусь — очень маленькая. В то же время все знают, что украинский рынок для российских артистов закрылся, они все рванули сюда. «Здесь Европа, здесь благодарный слушатель», как писал Гоша Куценко. А дома культуры живут за счет дорогих билетов на российских артистов.

— У меня за эти пять лет было время подумать: если бы белорусский рынок был открыт для белорусских артистов, в том числе для меня, мы бы могли зарабатывать приличные суммы. Речь идет не о тысячах, но своих 100−200 долларов за концерт артист мог бы получать и давать план для домов культуры.

— Пока такой гастрольной политики не просматривается по одной причине: непонятно, что такое Беларусь и какая у нее национальная идея. И богатые, и бедные артисты отдают себе отчет, что популярность заканчивается на границе государства. Филипп Киркоров никому не нужен в Белостоке. А это всего лишь 70 км от границы с Беларусью. Это касается почти всех российских артистов, за отдельным исключением.

— Я был в Майами, туда в апреле приезжали Шевчук и «Океан Эльзы». Там сильные русская и украинская диаспоры. Белорусская тоже есть, но она привязана либо к украинской, либо к русской. У нас не было такого мощного ресурса, как какой-нибудь канал, на котором, например я, был пропиарен, чтобы россияне или украинцы пошли на концерт Войтюшкевича. Это касается большинства белорусских артистов.


«А на срамном месте у тебя драник»

Дмитрий считает, что даже если бы он поехал на «Евровидение» от Польши и выиграл конкурс, его все равно бы игнорировали власти. В пример приводит Светлану Алексиевич, победе которой власти уделили совсем немного внимания.

— А конкурсов у меня много было в жизни. Иногда я шучу, что хотелось бы дожить до 70 лет и поехать на «Евровидение» как Энгельберт Хампердинк (британский эстрадный певец, в 75 лет выступивший на «Евровидении». — TUT.BY). Но до этого он продал 130 миллионов копий своих дисков.

— Разделся бы на сцене ради победы в «Евровидении», как Ivan? Когда-то я очень хотел быть актером. Тогда еще «Свободный театр» был в Минске. Договорились мы с Колей Халезиным, Щербанем и Колядой встретиться в минском кафе «Лондон». Про переезд в город Лондон тогда еще никто не думал. Я хотел открыть в себе какое-нибудь новое качество. Встретились, я говорю: «Ребята, я уже всего достиг в этой стране, хочу быть актером». И Щербань отвечает: «Вот я тебя вижу, Войтюшкевич, на сцене абсолютно голым, а на срамном месте у тебя драник». С драником - пожалуйста!

Новости по теме

Новости других СМИ