Если брать ситуацию, когда в шахматы играют не фигурами, а доской, то здесь Лукашенко более сильный

Сергей Павловский, "Товарищ.online"

Лидер Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько на выборах 1994 года входил в команду кандидата в президенты Александра Лукашенко. "В том году была черно-белая ситуация: есть сторонники перемен, и есть старая партийная номенклатура, - рассказал политик в интервью "Товарищ.online" в рамках проекта "20 лет: первый выбор независимой Беларуси". - Выбор был не очень велик: либо Вячеслав и Кебич и все по-старому, либо кто-то новый и какие-то надежды и ожидания".


В 1994-М ЛУКАШЕНКО ПОЯВИЛСЯ КАК РОБИН ГУД

- Но с новым возникли проблемы. Старая болезнь демократов всех стран: на президентскую кампанию собрались три претендента – Геннадий Карпенко, Станислав Шушкевич и Зенон Позняк. Это разъединение сил привело к тому, что не получилось собраться всем в одном лагере. Было понимание, по крайней мере, у части людей, что идти тремя колоннами – это значит, не получить победу, что все остается без изменений.

И тут появляется Лукашенко в образе Робина Гуда, как председатель антикоррупционной комиссии. По рейтингам, поддержке, вниманию, которые он имел в то время, становилось очевидным, что он имеет шанс отправить старую номенклатуру в отставку.

Вот и вся интрига. Думаю, если бы был единый кандидат от демократически сил – Карпенко, Шушкевич или Позняк, - то было бы близкая к 100-процентной консолидация вокруг этой кандидатуры. А так как этого не получилось, то часть людей пришли, включая и меня, в команду к кандидату, который был идеологически не близок, но, по крайней мере, создавал ощущение перемен и обновление.


ОППОЗИЦИЯ ХОДИТ ПО ЗАМКНУТОМУ КРУГУ

- Но ведь в таком случае оппозиция повторяет те же ошибки, что и в 1994 году. О едином кандидате договориться не могут, и в итоге может появиться второй Лукашенко, который будет править следующие 20 лет.

- Да, во многом это напоминает не только сегодняшнюю ситуацию, но и предыдущие кампании. Получается движение по замкнутому кругу.

Но лично для себя я сделал работу над ошибками. И в 2001-м, и в 2006-м, и в 2010-м годах мы были, наверное, главным инвестором объединения и консолидации вокруг одной фигуры. Никто не может упрекнуть, что ОГП свои корпоративные интересы или свой флаг поднимали выше общего дела. Но этого, видимо, не достаточно. Угрозы повторения последствий 1994 года, к сожалению, существуют.

- Неужели в 1994 году не было признаков того, что Лукашенко может стать диктатором?

- Сегодня есть люди, которые говорят, что они тогда все видели, понимали, что все лежало на поверхности. Я думаю, что это в каком-то смысле лукавство. Кто-то может это и на самом деле предвидел. Но если брать масштабы страны, то за Лукашенко реально в первом туре проголосовало большинство. Вероятно, были какие-то манипуляции с подсчетом голосов, но он, видимо, реально победил в первом туре.

Тогда это было удивительно. Но Лукашенко как политика начали всесторонне открывать после того, как он стал президентом страны и въехал в кабинет, где принимались главные политические решения.

К примеру, то, что он чудил в своем совхозе, избивая подчиненных, что было заведено уголовное дело, что у него своеобразные отношение в семье, - все это стали узнавать после факта избрания.


ВЛАСТЬ ЛУКАШЕНКО РАЗОЧАРОВЫВАЛА КАЖДЫЙ ДЕНЬ

- По словам Лукашенко, вы ушли из его команды, потому что "портфель малой дали", предлагали не должность главы МИД, а образования. Какова ваша версия?

Продолжение читайте здесь.

Новости по теме

Новости других СМИ