Отец застрелившегося в Гродно милиционера: "Система способна переломать не одного молодого офицера"

"Вечерний Гродно"

На прошлой неделе стало известно, что по факту самоубийства милиционера, которое произошло 28 марта в Гродно, уголовное дело возбуждаться не будет.

Служебная проверка показала: накануне милиционер был в состоянии депрессии. Отец застрелившегося офицера Игорь Григорьевич Хомутинник ознакомился с материалами проверки и решил поставить свою точку в деле гибели сына. Он написал письмо в редакцию "Вечернего Гродно", в котором рассказал о службе сына, его должности и о последних днях Андрея.

"В ходе проверки, проведенной Следственным комитетом, установлено, что мой сын Андрей психических заболеваний не имел. По заключению психолого-психиатрической экспертизы, он находился в состоянии эмоционального напряжения (мог сознавать значение своих действий и руководить ими).

Отношения в семье были очень хорошими, за несколько минут до смерти направил жене СМС, в котором попросил у нее прощения и просил поцеловать дочь. Никаких финансовых проблем у них тоже не было, жили не "круто", но вполне достойно для молодой семьи. При проведении следственных действий в ходе осмотра квартиры, автомобиля, рабочего кабинета ничего незаконного не было обнаружено.

Основной вывод Следственного комитета: отсутствие объективных данных, подтверждающих причастность конкретных лиц к самоубийству моего сына. И в целом я с этим согласен.

В материалах служебной проверки 7-го управления ГУСБ МВД, с которыми меня также ознакомили, недостатков в его работе нет, других причин, побудивших к самоубийству моего сына, не установлено.

Почему же Андрей так поступил, тем более в такой демонстративной форме? В оставленной записке он указал, что эта работа и довела его до самоубийства.


О службе сына

В 2001 году мой сын закончил Могилевскую школу милиции и начал службу участковым инспектором в РОВД Гродно. В 2006-м он успешно закончил Академию МВД в Минске, в 2008 году был назначен старшим участковым в этом же РОВД, получил воинское звание майор, тем самым достигнув "потолка" офицерского звания на этой должности. В 2009 году мы с женой в торжественной обстановке получили от начальника РОВД полковника милиции Бета Л. А. благодарственное письмо, в котором было сказано, что наш сын с честью выполняет служебные обязанности и им гордятся. Кстати, за всю службу Андрей имел только одно взыскание и 27 поощрений.

В последующие годы со сменой руководства РОВД начала набирать обороты система работы, о которой указано в Директиве президента Республики Беларусь от 27 декабря 2006 г. №2 "О мерах по дальнейшей дебюрократизации государственного аппарата": "…Еще есть руководители, избравшие удобный для себя так называемый "кабинетный" стиль работы, предпочитающие принимать решения без объективного анализа реальной обстановки на местах. Создавая видимость деловой активности, они сводят свою деятельность к подготовке различного рода информации, справок, инструкций, планов, отчетов, отвлекая тем самым от конкретной работы большое количество служащих различных организаций.

Проявляемые некоторыми чиновниками формализм, волокита, бумаготворчество, чванство, неуважение к людям, безразличие к их судьбам и потребностям, о чем свидетельствуют поступающие на рассмотрение главы государства обращения граждан, подрывают их доверие государству".

На должность старшего инспектора группы разрешительной работы управления охраны правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности УВД Гродненского облисполкома Андрей согласился потому, что хотел уйти из РОВД, где его отношения с руководством, мягко сказать, не сложились. Его назначение в УВД было не выдвижением, а "задвижением". Во-первых, как и в РОВД, так и в УВД Гродненского облисполкома это были майорские должности. То есть возможности получить следующее звание, подполковник, у него не было. Во-вторых, он даже в денежном содержании потерял: стал получать меньше, чем тогда, когда был старшим участковым. О том, что стоял в резерве на выдвижение, после вышесказанного даже смешно говорить.


О новой должности

Новая должность Андрею была незнакома. В его обязанности входило решение вопросов, касающихся выполнения закона РБ "Об оружии" и других нормативных актов в сфере оборота оружия, а также вопросы предупреждения АЧС, других заболеваний животных. Именно в этот период проходило специальное мероприятие "Арсенал", а также усиленные мероприятия по предупреждению заноса и распространения африканской чумы свиней в области. Это требовало максимальной самоотдачи, частых командировок. При этом количество исполняемых бумаг оказалось в вышестоящей структуре еще больше. Если бы у него уже был опыт работы в этой должности хоть год, я уверен, что он справился. Но как раз опыта и знаний не хватало, а высокое чувство ответственности не давало возможности делать "спустя рукава". Поэтому последние несколько месяцев он практически работал в свои выходные дни, что способствовало накапливанию общей усталости и постепенно приводило, как отмечено в психолого-психиатрической экспертизе, к "…состоянию эмоционального напряжения".


О роковом выстреле

26 марта 2014 года полковник милиции - заместитель председателя комиссии МВД, работавшей в Гродненском УВД, вызвал моего сына с документами по проверке его работы и назначил на следующий день беседу по итогам этой проверки. 27 марта Андрей на беседу не прибыл, так как находился в командировке. 28 марта в 7 часов утра Андрею позвонили и сообщили о произошедшем в Сморгони ночном происшествии с использованием незарегистрированного оружия. Он, естественно, был расстроен случаем, хотя его вины в этом не было никакой, но уже ехал на работу и переживал, что будут делать оргвыводы, о чем сказал жене.

С 10.00 до 11.00 был вызван уже с полученным оружием в кабинет к проверяющему для разбора выявленных недостатков, никого больше в данном кабинете не было. Со слов проверяющего, это был ординарный разговор представителя комиссии с сотрудником, не выходящий за рамки служебной деятельности, допустимый как в профессиональном плане, так и в эмоциональном. В 11.20 прозвучал роковой выстрел.

Сегодня, зная многое из изученных мною документов, считаю, что созданная система в МВД может переломать не одного порядочного молодого офицера.

Я не одобряю выбор своего сына, никакая работа, никакие отношения на службе не стоят того, чтобы лишать себя жизни, но также считаю, что ни одна звезда на погоне и вышестоящая должность не должны быть получены теми, для которых подчиненные - "никто". На первое место нужно ставить человека.

Хочу поблагодарить организации, средства массовой информации, всех людей, в том числе и незнакомых, кто откликнулся на эту нашу беду, поддержал нас морально и материально. Порядочных людей все-таки гораздо больше. Это должно нас заставлять жить и радоваться жизни".

И. Г. Хомутинник


Официально

Следствие: Милиционер был в состоянии депрессии

Следственный комитет Беларуси завершил проверку по факту смерти 28 марта 2014 года сотрудника УВД Гродненского облисполкома во время проведения занятий по огневой подготовке, сообщил на прошлой неделе официальный представитель УСК по Гродненской области Сергей Шершеневич. Ход расследования находился на особом контроле руководства УСК РБ по Гродненской области. В процессе следствия опрашивали родственников, друзей, руководителей и сослуживцев сотрудника УВД, проводили множество экспертных исследований. Сделали вывод, что накануне смерти милиционер находился в состоянии сильной депрессии и эмоционального напряжения, что и привело к суициду. Уголовное дело не возбуждали, поскольку не было состава преступления.

Новости по теме

Новости других СМИ