У истоков пессимизма: как наши гранды оказались нежизнеспособны

Александр Обухович / TUT.BY

Снова и снова в комментариях к моим статьям в "Реальном секторе" звучат обвинения в излишнем пессимизме. Мол, ведь живет страна, люди покупают квартиры и машины, ездят на отдых за границу.

Худо-бедно поддерживаем экспорт, выжившая часть гигантов советской поры – узнаваемые бренды. Есть трудности и ошибки – но они преодолеваются.


Эквилибристика цифрами

Только ведь речь совсем не об этом. Сегодня правительства всего мира, ублажая свой электорат, научились залазить в карман внукам этого электората. Кто лезет в долги через облигации, кто – через кредиты, кто – пуская в распыл национальное богатство. Нефть, лес, руды, государственные предприятия. Так что здесь наша власть в мире не одинока. Вполне наследует социальной политике батьки Махно: тот в толпу крестьян в деревнях отрезы бросал, зерно из помещичьих амбаров раздавал. "Все для вас, братья! Только вы уж поддержите!" И поддерживали, давали и бойцов, и коней. Но тот хоть делился награбленным, а сегодня тебе твое же как благо предлагают.

Но западные правительства твердо уверены: пока сохраняется в мировой экономике нынешний миропорядок, им долги можно будет и обслужить, и, если уж совсем тяжко придется, и вернуть. В конце концов, по сравнению с накопленными национальными богатствами, их долги не так и велики. А А.Гринспен тот и вовсе заявил, что в США не может быть серьезного кризиса, поскольку они всегда напечатают долларов столько, сколько будет нужно.

Кстати, именно жизненной необходимостью сохранить американоцентричную бреттон-вудскую систему объясняется жесткая политика США в отношении всех возможных попыток ее поколебать. Барак Обама заявил, что американские власти "выкручивают руки другим странам для достижения собственных целей", а цель политики США - "мир, где Америка является лидером". Также Барак Обама уточнил, что выкручивают руки американцы при помощи не только политических, но экономических и военных рычагов. И, в конечном счете, поддержка странами ЕС, другими богатыми странами политики США даже иногда вопреки их национальным интересам объяснима: разрушение нынешнего миропорядка обойдется им дороже.

У нас – совсем другая ситуация. Да, долги наши, от ВВП, намного меньше, чем у многих других стран. Нет и больших иностранных инвестиций, которые, убегая, способны развалить то, что остается. (Это пытались недавно проделать с Россией. Пол Кругман утверждает, что целый ряд кризисов в развивающихся странах как раз и были вызваны масштабными притоками-оттоками иностранного капитала). Однако состояние нашей экономики сегодня таково, что, не то чтоб вернуть, обслужить долги представляется проблемой. Тем более, что обслуживание наших долгов включает не только выплату процентов, но и необходимость регулярно перекредитовываться, получать новые кредиты для того, чтобы вернуть старые.

Речь о том, что, сохраняя в государственной собственности большую часть экономики, в управлении этой экономикой власть оказалась несостоятельной. Это видно и без всяких цифр: из состояния наших заводов, безвозвратной потери технологий, падения конкурентоспособности нашей продукции, низких зарплат и пенсий, регулярных девальваций, зависимости страны от внешних поступлений.

А что касается цифр, то манипуляция ими превратилась для наших экономистов в национальный вид спорта. Взять, к примеру, оценку состояния нашей экономики Министерством экономики от 20 мая 2011 года.

"Экономический рост поддерживается динамикой промышленного производства (112,9%), увеличением объема инвестиций в основной капитал (123,4%), сохранением активного спроса на потребительском рынке страны (120,6%). Прирост экономики в первом квартале 2011 г. обеспечен в условиях роста производительности труда на 10,6%, снижения энергоемкости ВВП на 7,7%, роста экспорта товаров и услуг на 41,9%".

И, посреди такой благодати, через считанные дни разразился кризис, из которого мы по сей день выбраться не можем. Причем сегодня, даже при всей ненадежности цифр нашей статистики, положение выглядит хуже, чем в 2011 году. Это видно хотя бы из сравнения темпов роста в нашей статистике 1 кв. 2011 г. к 1 кв. 2010 г. / 1 кв. 2015 г. к 1 кв. 2014 г.

- промышленное производство, 2011 г. – 112,9%, 2015 г. – 92,7%
- инвестиции в основной капитал 2011 г. – 123,4 %, 2015 г. – 98,9%
- рост производительности труда 2011 г. – 10,6%, 2015 г. – 0,3%
- экспорт 2011 г. – 141,9%, 2015 г. – 71,4%
- розничный товарооборот 2011 г. – 120,6%, 2015 г. – 101,9%

При всей тяжести сегодняшнего положения в нашей экономике вряд ли можно указать конкретные ошибки и проколы власти, именно которые и привели к такому положению дел. Не то, чтобы ошибок не было, но каждая из них столько вреда принести не могла. К тому же, уж что-что, а выкручиваться, решать именно конкретные, сиюминутные задачи все наши правительства умели превосходно.

Кризис в экономике Беларуси, начавшийся в 2009 году и принявший острую форму в 2011 году, выявил неэффективность белорусской экономической модели, неконкурентоспособность нашей экономики. Что неоднократно подчеркивали все внешние эксперты, от МВФ до Евразийского банка. Вот здесь, с моей точки зрения, и есть "корень зла", источник моего т.н. "пессимизма": никакие тактические успехи в решении сиюминутных задач не могут компенсировать ошибочную стратегию.

Экономике Беларуси для преодоления кризиса и возникших диспропорций жизненно необходим рост. Много больше, чем на 1,5-2% в год. Из факторов, обеспечивающих рост, важнейшие – экономическая политика и институциональные. Известно, что хорошая экономическая политика рост обеспечивает, а неадекватная – ведет к кризису и отсутствию развития. Наш кризис как раз и демонстрирует, что наша экономическая политика, основанная на "белорусской модели", неадекватна состоянию самой экономики.

В свою очередь, неадекватная экономическая политика не позволяет сформировать те институты, посредством которых рост обеспечивается.


Назидательный пример

Роль экономической политики, или стратегии, прекрасно иллюстрирует пример МАЗа. Об опасности "потерять" который недавно говорил президент.

В 1993 году Ярославский моторный завод очень хотели войти в состав МАЗа. Это предлагали и их директора, были и банки, готовые обслужить создание СП. Которое имело бы прочные позиции на рынке России. Но директорат МАЗа и наше правительство отказались. Предпочли самостоятельность и сотрудничество с MAN. Которое позже закончилось ничем.

В 1996 году анализ рынка грузовиков показал, что, после волны слияний поглощений, в мире не осталось производителей, делающих менее 40 000 грузовиков в год. Сегодня, видимо, эта цифра уже больше. МАЗу был остро необходим партнер. Анализ показывал, что и КАМАЗ, и MAN оптимальными партнерами не являются. Поиск партнера не проводился, МАЗ остался самостоятельным.

На рубеже веков все конкуренты МАЗа провели оптимизацию своих производственных и сервисно-сбытовых мощностей. МАЗ, отстававший в темпах модернизации своего производственного аппарата и не имевший собственных сервисно-сбытовых сетей, потерял для них привлекательность и как партнер, и как объект для покупки. Его сегодняшний кризис был предопределен: он мог наступить раньше или позже, но был неизбежен. Можно, конечно, подбросить ему денег и продлить агонию, но в нынешнем виде МАЗ неконкурентоспособен, а значит – и нежизнеспособен.

По схожей траектории к кризису развиваются и другие наши предприятия. Такие элементы "белорусской модели" как директорская экономика и желание любой ценой сохранить предприятия в нашем изменчивом мире деградацию этих предприятий делают неизбежной.

В мире экономической единицей является не предприятие, а бизнес, производство и продажа определенного продукта. А интересы бизнеса, как правило, требуют, чтобы предприятие изменялось и трансформировалось в зависимости от требований рынка.

Нет никакого пессимизма в том, что мой анализ долговременных тенденций в нашей экономике показывает: сохранение "белорусской модели" ведет страну прямой дорогой в Гондурас. Это никак не противоречит тому, что, перехватив кредит-другой, власть пока способна обеспечить видимость социально-политической стабильности в стране, хоть как-то поддерживая уровень потребления. Щедрой рукой финансируя и незаработанные зарплаты и содержание излишней численности (чтобы не было безработицы). Но эта показуха очень быстро приводит (и будет приводить) к периодическим масштабным девальвациям. С неизбежным снижением общего уровня жизни населения.

Мало того, такая политика приводит к нерациональному расходованию драгоценных, в наших условиях, ресурсов, которые так необходимы для обеспечения роста. А значит – в будущем попытка выйти на траекторию развития для страны займет больше времени и потребует от населения больших жертв.

Либералы из несостоятельности нашей власти в управлении экономикой делают вывод о том, что государство вообще не может эффективно хозяйствовать. Ратуя за всеобщую приватизацию. Начисто игнорируя по меньшей мере три обстоятельства.

Во-первых, массовая приватизация, как показал опыт России и Украины, приводит к консервации структуры экономики. Там необходимость структурных реформ не меньше, чем в Беларуси. А возможностей уже меньше.

Во-вторых, просто-напросто сегодня нет столько потенциальных покупателей, ни у нас, ни за рубежом, способных стать эффективными собственниками таких предприятий, как наши. Пока приватизированные производственные комплексы ("Амкодор", "Мотовело", "Луч") ничем не отличаются от госпредприятий.

В-третьих, опыт отдельных, находящихся в госсобственности корпораций на Западе и опыт массовой коммерциализации госсектора в Китае показали, что государственный капитал в промышленности может функционировать вполне успешно. Но необходим переход от управления предприятиями к управлению капиталом, функционирующим на рынке.
Как представляется, в сложившейся на мировых рынках ситуации, мы просто обречены содержать масштабный государственный сектор в экономике. Нравится это кому-то или нет. Проблема в том, что доходность госкапитала, вложенного в промышленность, у нас не превышала 0,5% годовых и последние годы непрерывно падает. И основная причина – "белорусская модель", не позволяющая ни свободный межотраслевой и трансграничный переток капитала, ни его трансформацию. А в путах "белорусской модели" и капитал тает, и предприятия деградируют.

Так или иначе, нам предстоит выстроить систему управления государственным капиталом. Поскольку действующая ныне "белорусская модель", несмотря на все ее заслуги в прошлом, в сложившейся в мировой экономике ситуации способна этот капитал только разбазарить. Уверен, что нам пока возможно вывести страну на траекторию развития. Хотя каждый день существования "белорусской модели" увеличивает и сроки, которые для этого потребуются, и количество ресурсов, которые придется затратить. И никакой "добрый дядя" ни с Востока, ни с Запада, ни с Юга нам эти ресурсы не подарит, и за нас эту работу не сделает.
Читать полностью: http://news.tut.by/economics/454753.html

Новости по теме

Новости других СМИ