Волатильность и флексибильность Лукашенко

Ярослав Романчук, liberty-belarus.info

Президент публично солидаризировался с Национальным банком: "Мы не будем искусственно сдерживать курс национальной валюты по отношению к другим валютам".

Неожиданно декларированная свобода цены Br-рубль удивила и озадачила. Мало кто ожидал такого решения до 11 октября, до окончания президентского политического цикла. Практика заявлений президента убеждает, что слова на встречах главы государства с электоратом далеко не всегда транслируется в конкретные законодательные решения. Место «искусственного сдерживания» курса Br-рубля может занять «естественный». Это когда под указку Администрации президента Нацбанк договаривается с большими покупателями валюты о режиме, объёме и порядке удовлетворения своих потребностей. Режим «добровольного» принуждения к определённому экономическому поведению достаточно часто используется в странах, правительства которых испытывают серьёзные проблемы с рыночными силами.


Припертые к интеграционной стене

Россияне делают это. Казахи тоже делают это. В таком режиме работают практически все центральные банки развитых и развивающихся стран. Плавающий курс национальной валюты, свободное формирование цены на ней, очищенный от барьеров текущий и капитальный счета платёжного балансов – это норма современной монетарной политики. Беларуси до этой нормы ещё далеко, но выражения желания движения к ней похвально. Однако от декларации до конечного результата могут пройти годы.

После вступления в ЕАЭС свобода маневра Беларуси в монетарной политике существенно сократилась. Ручное управление Br-рублём в условиях низкого уровня ЗВР-ов, резкого сокращения валютной выручки, инвестиционной «засухи» и сложностях с получение валютных кредитов представляет собой крайне рискованное дело. Оно заканчивается мощным девальвационным ударом, всплеском инфляции и общим макроэкономическим дисбалансом.

А. Лукашенко уже решил свою октябрьскую политическую задачу. Он выбирает стратегию минимизации издержек в экономической политике на начало следующей пятилетки. Нет смысла имитировать растущую экономику, твёрдый Br-рубль и повышение доходов. В это не поверят не только население и бизнес, но, в первую очередь, кредиторы на Западе и в России. В то время как Россия в 2015 году может «просесть» на 4 – 6% ВВП, «рисовать» в Беларуси даже ноль было бы слишком откровенным вызовом для здравого смысла, партнёров по ЕАЭС и МВФ. С другой стороны, А. Лукашенко особо нечем крыть.
«Живых» денег в закромах Родины чуть больше $2 млрд. Даже если напрячь коммерческие банки и основных экспортёров, то при политике ручного управления курсом Br-рубля к концу 2015 года Нацбанк сел бы на валютную мель, а 2016 год гарантированно принёс бы Беларуси очень болезненную инфляционно-девальвационную спираль.


Игра с прицелом на следующую пятилетку

Значит, решение отпустить Br-рубль в свободное плавание – это не игра эмоциями, а холодный расчёт. А. Лукашенко одним заявлением пытается убить нескольких зайцев. Первый – сигнал для внешних кредиторов, которые готовы дать кредиты только под рыночные реформы. Рыночный курс национальной валюты легко представить в качестве мощного аргумента в пользу системных трансформаций. Второй сигнал – аппеляция к национальному бизнесу и номенклатуре. Мол, мы делаем всё, что можем. Внешние обстоятельства выше наших сил. Если мы не адаптируемся к внешним шокам, нас раздавит.

Третий «заяц» - это сохранение доверия населения в банковской системе после 11 октября. Сегодня электорат уже «проглотил» оправдалку очередного кризиса белорусской экономики. Люди запуганы войнами, обвалами рынков и агрессивными девальвациями других валют. Они хотят мира, стабильности, полной занятости, низких цен на ЖКУ и продовольствие. А. Лукашенко, как главнокомандующий армии против финансовых, валютных и торговых войн, выучил соответствующий вокабуляр. Он начал бомбардировать сознание настороженных беларусов такими словами, как «волатильность». На подходе «адаптативность» и «флексибильность» (гибкость). Не искушённое в финансовой грамоте население вверило свою экономическую судьбу в руки главы государства, надеясь, что он проведёт страну через острые рифы кризиса с наименьшими потерями.


Цены новой курсовой политики

Решение не удерживать курс Br- рубля в условиях внешней турбулентности означает то, что правительство махнуло рукой на выполнение прогнозного показателя по экономическому росту. Опять же для населения уже не столь принципиально, упадёт ВВП Беларуси на 4% или на 7%. Уже больно, но основные экономические субъекты пока верят, что источники этой боли находятся вне контроля властей. В этой ситуации они решают дать экономике максимально опуститься, чтобы следующий год начать оценивать динамику экономики с очень низкой базы.

А. Лукашенко рассчитывает на реализацию следующей красивой картинки. В 2015 году на Беларусь напали со всех сторон, но профессиональные действия обновлённого президента и его команды восстановили экономический рост и ещё раз доказали жизнеспособность уникальной белорусской модели. А. Лукашенко подыгрывает такому сюжету откровениями о сложностях экономики, честностью о невозможности повышать зарплаты и обеспечивать полную занятость. Такая игра тоже имеет свои риски, но, с точки зрения президента, они ниже, чем в ситуации полного перехода в режим ручного управления курсом, ценами при сохранении режима обильного государственного потребления и инвестирования.

Таким образом, новая курсовая политика «съедает» экономический рост в этом году в надежде, что в 2016г. Россия восстановится, цены на нефть вырастут, сырьевые и инвестиционные товары подорожают (калийные удобрения, с/х сырьё, металлы, товары машиностроения). В 2016 году шансы получить кредиты от МВФ существенно увеличатся, если Фонд поверит в рыночные намерения нового правительства. Шансы на такой сценарий будут высокие, если А. Лукашенко избавится от М. Мясниковича и его административных клонов. Руководство экономическими блоками в правительстве новыми людьми с более-менее рыночной ориентацией, хорошим владением иностранных языков будет наверняка позитивно воспринято основными стокхолдерами МВФ.

Перенеся решение острых макроэкономических проблем на 2016 год, А. Лукашенко рассчитывает также на благосклонность Кремля. Российское руководство едва ли спокойно будет взирать, как А. Лукашенко восстанавливает отношения с ЕС и США, диверсифицирует внешнюю политику и торговлю. Глава Беларуси умело сформировал у российского руководства комплекс вины за все болячки и кризисные явления в белорусской экономике. Мол, мы пошли за вами в Евразийский экономический союз, а вы потянули нас на дно. Вот и помогайте.

Наконец, декларация новой курсовой политики включает для А. Лукашенко надежду на его пресловутое «авось». А вдруг Россия преодолеет рецессию и покажет рост в 2016 году? А вдруг нормализуется ситуация с нефтью? А вдруг калийный рынок сложится в нашу пользу? А вдруг некие иностранные инвесторы согласятся вложить в экономику несколько миллиардов «живых» долларов? Если «авось» не сработает, остаётся вариант продажи активов или получения дорогих денег под залог акций, скажем, Беларуськалия. Неприятный, краткосрочный, но всё же выход на очередные 6 – 12 месяцев. Если ни одна из этих мер не сработает, власти наверняка постараются в новых красках представить старых внешних «врагов». В этой ситуации бизнесу и населению нужно будет готовиться к курсу Br25 – 30 тысяч и зарплате в $200 – 250. А. Лукашенко пытается внушить экономическим субъектам доверие:

«Переживем этот год, думаю, следующий будет легче. Даже при всех этих негативах. Потому что, мне кажется, в нашем регионе уже обвалились настолько, что дальше падать некуда. Поэтому мы переживаем самые тяжелые времена».

Оптимизм главы страны носит политический характер. Неумолимая логика экономических процессов убеждает, что падение может продолжаться ещё несколько лет. Из острого структурного, системного кризиса за год не выходят, особенно если заниматься не реформами, а их имитацией, пусть даже под прикрытием рыночности курсообразования.

Волатильность и флексибильность Лукашенко

Источник: Нацбанк, август 2015

Новости по теме

Новости других СМИ