Самое печальное, что у Лукашенко нет никакой стратегии или плана выхода из кризиса

Валерий Карбалевич, sn-plus.com

Центризбирком подвел окончательные итоги президентских выборов. Трудно делать выводы, оценивать результаты, не имея реальных данных. Ибо очевидно, что информация ЦИК, как и материалы так называемых экзит-полов провластных организаций имеют весьма далекое отношение к реальности.

Поэтому попробуем опираться на косвенные показатели. Тем более что многочисленные наблюдатели поделились своими впечатлениями о ходе голосования. Появились предварительные отчеты международной миссии по наблюдению за выборами. Общая картина итогов избирательной кампании прояснилась, что дает возможность делать уже более основательные выводы о том, что же у нас произошло.

Прежде всего, нужно отметить, что избирательная машина, опирающаяся на государственный аппарат, работает практически без сбоев. Обратите внимание, как эффективно она мобилизовала население на досрочное голосование, в котором приняло участие рекордное число избирателей — 36,05%. В регионах списки непроголосовавших граждан передавались на предприятия и в учреждения, в которых они работают, у них будут проблемы при перезаключении трудового контракта.

Кроме того, для обеспечения явки применялись и другие уловки. Списки избирателей искусственно сокращали. Не случайно на большинстве участков их не показывали наблюдателям. Были явные приписки во время досрочного голосования. В конце дня 11 октября члены участковых комиссий ходили по квартирам непроголосовавших избирателей и побуждали их «исполнить гражданский долг».

Теперь что касается реальных итогов. Можно предположить, что большинство противников А. Лукашенко на выборы не явились. Многие поддержали идею бойкота. Если проанализировать данные с тех редких участков, где голоса удалось посчитать, то можно сделать вывод, что А. Лукашенко действительно получил где-то в районе 50—65% голосов. Если бы весь оппозиционный электорат принял участие в выборах, то реальный рейтинг действующего президента колебался бы в пределах 50%. Но это только предположение.

В целом можно констатировать, что президентские выборы в Беларуси окончательно превратились в «выборы Лукашенко». Выросло целое поколение белорусов, не знающих, что такое настоящие выборы.

Власти с самого начала ставили задачу провести тихую избирательную кампанию в виде административно-технического ритуала, как в советские времена. И им это в значительной мере удалось. Громкая критика существующего режима на публичном уровне не звучала, уличные акции на финише кампании оказались слабыми.

Поэтому чрезвычайно актуальным является вопрос о том, дали ли эти выборы возможность определить уровень протестного потенциала в стране. Много ли тех, кто хочет перемен?

И здесь, разумеется, главное внимание необходимо обратить на кампанию Татьяны Короткевич, которая (единственная из кандидатов) может считаться альтернативой Александру Лукашенко. Напомню, что согласно сентябрьскому социологическому опросу НИСЭПИ, проведенному еще до начала агитационной кампании, за нее готовы были голосовать 17,9%. Во время выборов рейтинги всех кандидатов растут. Как сообщают независимые наблюдатели, на тех участках, где открыто считали бюллетени, за Короткевич голосовало от 15 до 30% избирателей. Есть кулуарная информация, что в Минске было указание голоса за оппозиционного кандидата переводить в графу «против всех». Именно этим и можно объяснить такой высокий уровень опции «против всех» в столице — 20,6%.

Надо учесть, что не менее половины оппозиционного электората не пришло на избирательные участки. НИСЭПИ в сентябре показывал, что 15% избирателей поддерживает бойкот. 6,3% электората, согласно данным ЦИК, проголосовало «против всех». Не уверен, что все эти цифры можно суммировать. Тем не менее, как ни крути, но получается, что чуть меньше половины избирателей готовы были проголосовать за альтернативу А. Лукашенко.
И это при том, что оппозиция была расколота. Общество тяжело травмировано «украинским синдромом». Было много претензий в адрес Татьяны Короткевич. Дескать, она не совсем оппозиционерка, к тому же женщина, у нее нет харизмы, нет биографии, нет опыта публичных выступлений, Татьяна иногда явно терялась. И вот даже такая не самая сильная альтернатива набрала, на мой взгляд, не менее четверти голосов. Думается, и эксперты, и СМИ, и оппозиция, да и само население недооценили уровень общественного недовольства политикой президента, вернее, ее итогами. Считали, что на фоне украинских событий все безнадежно, все под контролем, все схвачено, народ находится в летаргическом сне, поэтому не стоит суетиться. Поэтому оппозиционные лидеры вопрос о победе даже не ставили в повестку дня, посчитали, что во время этой кампании остается только решать свои собственные или партийные задачи.

А если бы оппозиция смогла объединиться и выдвинуть единого кандидата? А если бы западные спонсоры помогли? А если бы выдвинули более сильного кандидата, у которого была бы более приемлемая для электората биография, т. е. он имел бы управленческий опыт? И чтобы не было раскола оппозиционного электората, и никто не призывал бы к бойкоту, а наоборот, была проведена его мобилизация на выборы. Можно предположить, что это была бы совсем другая избирательная кампания. Речь не идет о каком-то совершенно фантастическом проекте. Все это реально можно было сделать. Проблема заключается в субъективной причине, в качестве лидерства в оппозиции.

Можно, конечно, сказать, что какая разница, Л. Ермошина все равно выдала бы традиционные свыше 80% голосов в пользу А. Лукашенко. Все так. Но если реальная ситуация фифти-фифти, то делать это было бы гораздо сложнее. Ибо тогда было бы совсем другое психологическое состояние общества.
Международная миссия наблюдателей констатировала, что белорусские выборы не соответствовали европейским стандартам. Но есть прогресс. Он заключается в том, что по итогам кампании не проведены массовые репрессии, впервые в истории кандидаты в президенты, оппоненты действующего главы государства не оказались в тюрьме, первый раз за многие годы в стране нет политзаключенных. В награду за это ЕС собирается отменить экономические и визовые санкции в отношении руководства Беларуси на четыре месяца.

Итак, А. Лукашенко снова одержал победу. Только над кем? Никогда ранее социально-экономическая ситуация после выборов не была такой плачевной, как сейчас. Разве что ее можно сравнивать с 1994 годом. За прошедшие пять лет темпы экономического роста в Беларуси были в четыре раза меньше, чем в развивающихся странах. Средняя зарплата откатилась к уровню 2009 года. В 2011—2015 гг. в Беларуси был один из самых высоких среднегодовых уровней инфляции в мире — 32,8%. Даже в воюющей Украине этот показатель составил 14%.

Самое печальное, что у А. Лукашенко нет никакой стратегии или плана выхода из кризиса. Уже обратили внимание, что в его предвыборной программе содержится только одна цифра. А в президентских выборах 2006 года в таком же документе было 17 цифр, в 2010 г. — 16. Ему действительно нечего предложить населению. Как говорят в народе, «голый вассер».

Новости по теме

    Политический мазохизм

    Избирательная кампания прошла по традиционному белорусского сценария. Даже грустно от того, насколько все привычно, предсказуемо и прогнозируемо.подробности

Новости других СМИ