Самый сложный год в истории

Ярослав Романчук, naviny.by

Александр Лукашенко заверяет, что «следующий год будет очень сложным», что «такого года в истории нашей страны не было». Ещё он сказал, что старую социально-экономическую модель он менять не будет и всякие там эксперименты с рынком запрещает. И всё это многообразие мнений в отдельно взятой голове руководитель ЗАО «Беларусь» сдобрил неизменной триадой «человек — в центре нашей политики», «железная дисциплина» и «в светлое будущее — через государственные программы».

Любопытно то, что предупреждение о самом сложном в истории периоде независимой Беларуси прозвучало после двух визитов Лукашенко в Москву. Схема «нефть по цене в два раза ниже рыночной в обмен на интеграционные фьючерсы» ушла в историю. Внутренний рынок для белорусских товаров схлопнулся на треть. По сравнению со второй половиной 1990-х они растеряли качественную и ценовую конкурентоспособность. Схема «кредиты в обмен на поцелуи» также дали сбой. Зато появилась реальная угроза втягивания Беларуси в чужие войны.

Несомненно, Кремль стал катализатором негативных явлений в экономике Беларуси, но львиная доля ответственности за то, что 2016-й может стать самым сложным в истории, лежит на Лукашенко и его разросшейся Вертикали. Они оторвались от реалий производителей и состояния потребителей. Они зашорились конспектами марксизма-ленинизма, захлебнулись в лавине согласований Госплана, заснули в советском прошлом сытой партхозноменклатуры.

Едва ли 2016 год будет самым тяжёлым в истории. Даже в пессимистическом сценарии зарплата едва ли опустится ниже $100, а пенсия ниже $40, как это было в неблагополучные 1990-е из-за торможения рыночных реформ всеми частями и членами правительства. У нас не будет гиперинфляции, трёхкратной девальвации и уполовинивания экспорта.

Теоретически белорусские власти, конечно, могут канализировать усилия, чтобы вернуть страну в бедность, разброд и шатания последнего десятилетия XX века. Для этого нужно включить на полную мощность денежный печатный станок, додушить ИП и малый бизнес, заморозить валютные вклады, заморозить цены и ввести монополию (или дополнительные налоги) на внешнюю торговлю.

В 2016 году Лукашенко такой сценарий реализовывать не будет. Будут хаотичные, бессистемные попытки латать дыры и щели в сплошь покрытом трещинами «Хрустальном сосуде». Результативности и пользы от такого рода действий будет не больше, чем от ремонта десятилетней «Лады». Будет нервно, гневно и гадко. Зарплата будет $200-250. Более 20% белорусских семей попадут в зону бедности. Поэтому нам важно точно определить, почему 2016 год будет очень сложным практически для всех социальных групп.


Семь причин деградации белорусской модели

Беларусь-2016 станет зоной экономического и социального неблагополучия не потому, что белорусы вдруг обленились, спились или обкурились. Просто правовые, административные и финансовые рамки их деятельности приобрели устойчивые признаки системной изощрённой пытки.

Инвесторам дали под дых. Вкладчиков опустили. Дух предпринимательства смешали с лошадиной дозой бюрократического душка. Талантам дали по сусалам. Творцов посадили у толчков. Недовольных неплатежами обломали судами. Кто не умер сам, того добивали Минторгом и Минздравом. Всё это на наши головы накликали не русские, не Америка и не МВФ. Правила и режимы работы белорусской экономики — исключительно наше внутреннее, доморощенное и провинциальное.

Назовём основные причины системного упадка белорусской экономики.

Причина № 1 — чрезмерная централизация принятия инвестиционных, производственных и потребительских решений. Сами власти признают высокую степень неопределённости рынков, обострение конкуренции в глобальной экономике, высокую скорость внедрения новых технологий, революционные изменения в коммуникации, информации и производстве.

В такой ситуации концентрация капитала, ресурсов и имущества в руках распорядителей чужого (политиков и чиновников) неизбежно привела к совершению грубых ошибок. В экономической науке это называется омертвление капитала, искажение его структуры, разрыв между реальным спросом и тем предложением, которое генерируют распорядители чужого.

Малые и средние ошибки копились годами. Никто их не исправлял и не замерял уровень шлаков. Это как с медленно растущим уровнем воды при приливе. Нет одной большой волны, а есть незаметные глазу изменения. Сегодня белорусская экономика оказалась по горло в отходах государственных инвестиционных проектов. В 2016 году они будут более агрессивно травить всё живое вокруг.

Причина № 2 — сознательное пренебрежение и даже блокировка многовекторности белорусской внешнеэкономической политики. Степень зависимости Беларуси от России — это результат пренебрежения европейским рынком, игнорирование важнейших процессов интеграции в глобальную экономику.

Наша страна с 1993 года ведет переговоры о вступлении в ВТО. Мы до сих пор не получили статус страны с рыночной экономикой от Евросоюза. Белорусские власти ничего не делают для снижения и ликвидации барьеров на вход белорусских товаров на богатый рынок ЕС. У нас постоянные тёрки с Украиной. Вот мы и нарвались на российский кризис. Он тянет нас на дно силой мощной воронки.

Причина № 3 — информационная слепота на рынке товаров и услуг. Белорусские власти до сих пор не поняли координирующую, информационную функции института свободной цены. По ценовой либерализации мы отстали от стран Центральной и Восточной Европы более чем на 20 лет. Ручное управление ценами усугубляет инвестиционные, финансовые и потребительские ошибки. Порочные, агрессивные практики Минторга, Минздрава и других ценовых регуляторов для малой открытой экономики — это как для рыб не менять воду в аквариуме.

Причина № 4 — блокировка краеугольного цивилизационного института частной собственности. В Беларуси есть институт временных управляющих активами и имуществом, которые де-юре считаются частными. Де-факто за редким исключением узкого круга членов главной Семьи страны ни один частный собственник не может чувствовать себя в стопроцентной имущественной безопасности.

Поэтому в стране доминирует логика временщиков, искажённая система управления рисками и суженные горизонты реализации коммерческих проектов. Урвать, «распилить», спрятать — это совсем не одно и то же, что инвестировать в проекты, бренды и soft power на всю жизнь.

Причина № 5 — инвестиционная дезориентация. Белорусские власти сделали ставку на государственные инвестиции в большие проекты. Они посчитали, что лучше централизованно вложить большие деньги в 100-150 крупных проектов, чем создать условия для того, чтобы в страну пришли десятки тысяч малых инвесторов с частными деньгами.

Белорусская VIP-номенклатура сконцентрировалась на привлечении богатых иностранцев под индивидуальные проекты с множеством льгот вместо того, чтобы очистить инвестиционное поле от своего присутствия и создать единые привлекательные правила входа на рынок для всех. Чиновники до сих пор не осознали, что для Беларуси стратегически выгоднее получить инвестиции от десятков тысяч ИП, пусть и небольшие, но децентрализованные и очень ответственные, чем гоняться за российскими, украинскими или арабскими миллиардерами.

Причина № 6 — блокировка института банкротства и ликвидации инвестиционных и производственных ошибок. Чиновники на пару с «красными» директорами и агробаронами повязали Беларусь круговой порукой. Они правдами и неправдами тянули за собой убыточные, безнадёжные предприятия. В результате сформировалась устойчивая группа коммерческих инвалидов, которые получают из бюджета больше, чем многодетные семьи, инвалиды и ветераны войны вместе взятые.

Принцип непогрешимости в экономике не реализуем. Ошибаются даже корпоративные чемпионы глобального рынка. Оправдание и прикрытие нерадивых управленцев социальной ориентацией экономики — это открытые двери для коррупции и монополистических практик. В Беларуси развелось слишком много коммерческих структур, которые, по мнению VIP-номенклатуры, слишком-важные-чтобы-обанкротиться.

Причина № 7 — кадровый застой. Старые номенклатурные кадры порешили экономику. Кумовство, региональные кланы, отраслевые группировки, ассоциативные братства при высоком спросе на подхалимаж — всё это заблокировало доступ в органы госуправления профессионалов, умных технократов и принципиальных администраторов.

Ротация товарищей в рамках практически одной и той же кадровой обоймы указывает на опасный для страны кадровый голод. Его апофеозом стало практически полное переназначение правительства в декабре 2015 г. Доверять реализацию антикризисной политики тем, кто своими идеями, действиями и связями на протяжении двух десятков лет довели страну до «самого тяжёлого года в истории» — это как разбить единственную лампочку в конце длинного чёрного тоннеля.

Но есть одна хрупкая надежда. Лукашенко заявил, что будет искать выход из кризиса через дальнюю дугу, т.е. страны Африки, Азии и Латинской Америки. Намедни пришла радостная новость, что Беларусь намерена установить дипломатические отношения с Папуа-Новая Гвинея. Лукашенко уже подписал соответствующий указ. Давайте сформируем там мощный дипломатический корпус — отправим туда на десять лет Совмин в полном составе, всех глав облисполкомов и идеологическую вертикаль.

Такой кадровый катарсис разбудил бы надежды на то, чтобы неблагополучных, опасных годов в нашей истории больше никогда бы не было.


Об авторе.

Ярослав Романчук. Руководитель Научного исследовательского центра Мизеса. Автор/соавтор восьми книг, свыше 1200 публикаций на экономическую тему. Лауреат премий Atlas Economic Research Foundation (2006, 2007), награды Свободы ISIL (2003 г). Автор разработанных демсилами Концепции интеграции Беларуси в ЕС, партнерства Беларуси и России, концепции бюджетной и налоговой политики Беларуси, Антикризисной программы для Беларуси, руководитель рабочих групп по разработке Национальной платформы бизнеса, Концепции молодежной политики. С апреля 2000 года по сентябрь 2011-го — заместитель председателя Объединенной гражданской партии. Кандидат в президенты на выборах 2010 года.

Новости по теме

Новости других СМИ