Мессианский комплекс Лукашенко

Валерий Карбалевич, радио "Свобода" / перевод UDF.BY

Поездка Александра Лукашенко в Стамбул на саммит Организации исламского сотрудничества (ОИС) выглядит довольно странной.

Среди лидеров мусульманских государств он выглядел экзотично. Не до конца понятно, в каком статусе белорусский правитель был там. Получить статус страны-наблюдателя в ОИС Беларусь еще только собирается. Белорусский министр иностранных дел Владимир Макей заявил, что организаторы саммита пригласили Беларусь "в качестве специального гостя". Хозяином форума была Турция. И надо понимать, что Лукашенко появился в Стамбуле в статусе гостя турецкого лидера Реджепа Эрдогана. Который, кстати, в ближайшее время намерен посетить с визитом Беларусь. Активное развитие белорусско-турецких отношений на фоне непогашенного конфликта между Россией и Турцией вызовет, как минимум, вопросы у Москвы.

Но эта поездка Лукашенко обнаруживает существенные перемены во внешней политике Беларуси, проявившиеся в последнее время. Во-первых, она стала на самом деле многовекторной. Потому что долгое время внешнеполитическая линия Беларуси была одновекторной. Собственно говоря, и сама внешняя политика в полном смысле этого слова появилась только сейчас. Ведь бесконечные встречи Лукашенко с российскими губернаторами трудно было назвать внешней политикой.

Во-вторых, отношения Беларуси с другими странами стали строиться на основе прагматизма. Что означает важную перемену. Ведь много лет внешняя политика Беларуси была сильно идеологизированной, а потому конфронтационной и конфликтогенной. В 1990-е годы она осуществлялась под флагом левого реванша, антиреформ, реанимации СССР. Одновременно политика официального Минска была замешана на идеологии панславизма, что, в некотором смысле, обусловило жесткий политический, идеологический, дипломатический конфликт с Западом. Тогда Лукашенко летал в Югославию защищать Милошевича, утверждал, что "западные ценности не имеют ничего общего с менталитетом белорусских людей", говорил, что "я свое общество за цивилизованным миром не поведу". Потом были дружбы со странами-"изгоями" (Ираном, Венесуэлой, Кубой, Ираком времен Саддама Хусейна) на антиамериканской, антизападной почве. Белорусское руководство активно участвовало в саммитах Движения неприсоединения, официальный Минск пытался стать лидером стран "третьего мира" в их борьбе против Запада ("Севера"). "Давайте объединимся и не будем ждать, пока богатые государства того же евера не поделят нас и не разведут по одном"», - призывал Лукашенко своих новых "«братьев по разуму".

А вот теперь Беларусь нормализует отношения с ЕС и США, правительство ставит задачу диверсифицировать экспорт, Лукашенко считает, что главная задача белорусских посольств - это увеличить продажу белорусских товаров. Теперь дружим и с мусульманами, о славянско-православном единстве давно забыли. Никакой идеологии, голая экономика. И эта поездка на саммит ОИС в значительной степени обусловлена поиском рынков сбыта, инвестиций, кредитов.

Кроме того, важный фактор внешней политики официального Минска - мессианский комплекс. Лукашенко тесно в Беларуси, он пытается выполнять роль политика мирового масштаба. Поэтому Минск стремится присоединиться к самым разным организациям: к Шанхайской организации сотрудничества (в ней получен статус наблюдателя), БРИКСу и др. И вот теперь и к ОИС.

Выступая на саммите в Стамбуле, Лукашенко раскрыл еще один мотив своего участия в этом форуме: "Стремление укреплять связи с исламским миром - абсолютно осознанный выбор, которого Беларусь постоянно придерживается. Проводя политику многовекторности и открытости внешнему миру, не желая замыкаться в узких рамках евроцентризма, мы еще в конце 90-х годов прошлого века стали единственной на тот момент европейской страной - полноправным членом Движения неприсоединения".

Тут дело не только в том, что, несмотря на отмену Евросоюзом санкций, в Европу Лукашенко не приглашают. Проблема глубже. На самом деле в рамках европейских ценностей белорусскому правителю некомфортно. Ведь постоянные разговоры о правах человека для него непонятны. Да еще каждые 4-5 лет там меняется руководство. К тому же правительства или президенты должны все согласовывать с другими ветвями власти, например, с парламентом. И как с ними договариваться?

Другое дело - страны, Азии, Африки, Ближнего Востока. Там политические системы больше похожи на белорусскую, лидеры управляют подолгу. И Лукашенко там более комфортно, так как они говорят на одном языке. Там он свой. Отсюда и нежелание "замыкаться в узких рамках евроцентризма".

И еще один перл из выступления Лукашенко на саммите в Стамбуле: "Совпадение позиций Беларуси и членов ОИС по многим принципиальным вопросам позволяет нам совместными усилиями продвигать общие ценности традиционной семьи".

Означает ли это, что теперь белорусским мужчинам по исламской традиции можно будет иметь четырех жен?

Новости по теме

Новости других СМИ