Из двух зол выбрать худшее. Как Беларусь просчиталась с кредитором

TUT.BY

В Ближайшее время Беларусь ожидает получение второго транша кредита Евразийского фонда стабилизации и развития, при этом только на днях опубликовано заключение фонда по заявке Беларуси, а также матрица мер экономической политики и структурных преобразований.

Сергей Чалый в очередной передаче «Экономика на пальцах» на портале TUT.BY анализирует опубликованные документы, приходя к выводу, что предложения МВФ выглядят на этом фоне куда более прогрессивно.


Рост зарплат и завышенный курс. Был

Как ранее сообщалось, Беларусь получит от ЕФСР кредит в размере 2 млрд долларов, семью траншами, на 10 лет, льготный период — 5 лет, ставка будет около 3,7%. «В целом вполне приличные условия для заимствования на достаточно длительный срок», — констатировал Чалый.

При этом эксперта удивила небрежная подготовка документа, даже по сравнению с матрицей АКФ 2011 года, которая так и не была завершена Беларусью.

«Там были другие цели кредита, но уровень все равно выше, был макроэкономический анализ того, что происходило и в чем проблема. Здесь же уже первый пункт — братская могила фактов», констатировал он.

«Рецессия в экономике в 2015 г. и ее продолжение в 2016 г. является следствием ухудшения внешнеэкономической конъюнктуры и накопленных в прошлые годы дисбалансов. Ухудшение условий торговли, сокращение внешнего спроса и притока иностранного капитала, а также низкий уровень национальных сбережений, высокие девальвационно-инфляционные ожидания и процентные ставки негативно сказываются на темпах краткосрочного экономического роста. Чрезмерная роль государства в управлении экономикой путем директивного распределения финансовых и трудовых ресурсов и сохраняющийся накопленный дисбаланс между реальной заработной платой и производительностью труда приводят к устойчивому снижению конкурентоспособности экономики и ограничивают потенциал долгосрочного роста».

«Набросано все, включая вещи совершенно конъюнктурные. К примеру, когда они говорят о снижении притока капитала, что они на самом деле имеют в виду? Смотрим пункт 3.6: „снижение притока капитала наблюдается с 2013 г. В 2015 г. чистый приток снизился до 0,9% ВВП с 5,1% ВВП в 2014 г…“ Связано это с тем, что в 2014-м году Беларусь получала кредит от России в размере 2 млрд долларов. Вот и вся разница, — констатировал эксперт. То есть это не вопрос внешней конъюнктуры или структурных проблем, из-за которых капитал из Беларуси убегает или не приходит. Речь о межгосударственном кредите, который и к экономике никакого отношения не имеет. Аналогично с процентными ставками, величина которых также обусловлена своими причинами».

Отдельный вопрос — неоднократно упоминаемый «дисбаланс между зарплатой и производительностью труда». В документе ЕФСР говорится: «Основными факторами снижения конкурентоспособности являются проведение несбалансированной политики увеличения заработной платы […] перекрестное субсидирование, приводящее к росту издержек и цен; и переоцененность валютного курса».

«При этом уже и не вспомнить, когда у нас увеличивалась зарплата, — отметил Сергей Чалый. — Уже в 2015 году не было ни накачки зарплат, ни переоцененности курса. То есть они минимум на год опоздали со своими заключениями. А быстрый восстановительный рост зарплат после выхода на единую сессию на бирже, это вообще эффект 2013 года. Тогда, в начале 2013-го года, и МФВ говорил о том, что курс завышен на 10−15%. Но львиная доля проблем 2014 года, включая декабрьское безумие с 30-процентным налогом на покупку валюты, связана с падением цен на нефть, а за ним — российского рубля и нашего политического решения не реагировать на изменение курса российского рубля. И причем здесь зарплата, которая упала тогда до 300 долларов и заметно уже не росла?»

В следующем пункте снова речь идет о том, что «обменный курс остается переоцененным и вместе с сохранением накопленного дисбаланса между зарплатой и производительностью труда остается фактором риска для дальнейшего снижения конкурентоспособности», «завышенный обменный курс сдерживает рост экспорта, а возросший уровень процентных ставок сокращает частные инвестиции, что усугубляет проблемы экономического роста». При этом оценки того, на сколько, с точки зрения экспертов ЕФСР, переоценен курс, в документ не приводится.

Далее речь идет о том, что «наличие значительной избыточной занятости в экономике Беларуси (по оценке управляющего, около 20%) является одним из ключевых факторов формирования неустойчивых макроэкономических дисбалансов, включая дисбаланс между уровнем реальных располагаемых доходов и производительностью труда». 20% — число удивительное, считает Чалый, ведь у нас есть оценки 2010 года, которые делались накануне наиболее серьезного и масштабного кризиса. В среднем по промышленности «лишними» тогда посчитали около 10%. Логично предположить, что в других отраслях она меньше, ведь основные наши предприятия-зомби, это как раз промышленность, — констатировал эксперт. Причем все эти году после 2010 года, там шли сокращения персонала.

Для достижения поставленных целей по сокращению инфляции в матрицу включен ряд показателей, ограничивающих денежное предложение через установление пороговых значений по таким показателям, как денежная масса (индикативный показатель), денежная база (индикативный показатель) и чистые внутренние активы (контрольный показатель). Эксперта удивило, что контрольным показателем стали именно чистые внутренние активы, то есть фактически требования банковского сектора к реальному сектору экономики. «Выбор странный, ведь этим показателем, строго говоря, управлять невозможно. Он зависит от спроса на кредиты, от внутриэкономической конъюнктуры», — считает ведущий.

При этом документом оговорено «ограничение номинального прироста расходов бюджета на заработную плату не более, чем на уровень таргетируемой инфляции (контрольный показатель)». Значит, не более 12% и 11% в 2016-м и 2017-м году соответственно. То есть в реальном выражении зарплата должна сохраниться на прежнем уровне. Здесь ЕФСР противоречит своему же тезису — «если вы убеждены, что зарплата завышена и давит на курс, то вы должны требовать ее снижения в реальном выражении», полагает Чалый.

Документом также предусмотрено принятие директивы президента по дополнительным мерам по развитию предпринимательской инициативы и стимулированию деловой активности.

Среди рисков названо сохранение или нарастание макроэкономических дисбалансов в случае отклонения от курса Стабилизационной программы или половинчатого выполнения пакета предусматриваемых программой структурных реформ, а также временное падение уровня жизни населения как результат корректирующих мер. Для этого разрешено «предусмотреть в бюджете увеличение финансирования расходов, направляемых на защиту уязвимых слоев населения, в том числе за счет перераспределения ресурсов, сэкономленных за счет сокращения поддержки государственных предприятий».

«Расширение дефицита бюджета допускается на сумму, эквивалентную расходам республиканского бюджета и Фонда социальной защиты населения на поддержку безработных (пособия по безработице, расходы по переподготовке кадров), но не более 0,8% ВВП. В случае начала реализации программы с МВФ, дефицит может быть дополнительно расширен на сумму расходов, предусмотренных программой сотрудничества с МВФ».

Эксперт также обратил внимание на условия получения четвертого и пятого траншей (январь и июнь 2017 года) — это принятие пакета нормативных актов о реструктуризации и санации убыточных сельскохозяйственных предприятий и нового закона о банкротстве. «Весьма щадящие сроки для этих мер», — констатировал он.

При этом Чалый отметил, что никаких свидетельств того, что курс завышен, нет, более того, эксперты склонны признать, что Нацбанк прав, считая, что курс даже несколько занижен.

«Фактически, это не описание проблем Беларуси, а описание страха экспертов фонда, опасающихся, что Беларусь потратит полученные деньги на увеличение зарплат ил на директивное кредитование. Это фантомные боли от времен не получившегося кредита 2011−2013 годов», — уверен он.


Затянуть или ослабить?

Эксперт отметил, что затягиванием поясов долговые кризисы не решаются. «Из долга можно только вырасти. «Сколько было разговоров про Вашингтонский консенсус, которого, как многие все еще считают, придерживается Международный валютный фонд, навязывая эту догматику странам, участвующим в программах фонда, что приводит к неким ужасным последствиям. Это удивительный миф, объединяющих людей разных идеологических экономических взглядов». При этом Чалый ссылается на статью «Neoliberalism: Oversold?» в июньском номере ведомственного журнала МВФ Finance and Development

«В этой статье простым человеческим языком говорится о том, что неолиберальная политика, которая была в основе этого Вашингтонского консенсуса (снятие ограничений на движение капитала, приватизация, либерализация цен, борьба с инфляцией и долговым кризисом путем затягивания поясов) не очень и работает. В принципе, уже довольно давно от этих подходов МВФ начал отходить. Нужны другие меры, высвобождающие предпринимательскую инициативу, снижающие риски ведения бизнеса, снижали бы риск-премию, о чем так печется Нацбанк, увеличивали бы естественную норму процента, о которой так печется Дмитрий Крук в своем макроэкономическом прогнозе. Вот эти меры нужны!»

«Получился парадокс. Та программа, которая могла бы быть у нас с МВФ, содержала бы в себе многие пункты, структурные изменения, снимающие эти ограничения для роста. При этом Россия, которая по логике главный идеологический оппонент МВФ, в этом небрежном и устаревшем документе рекомендует ровно те политики, которые и приведут к тем негативным последствиям, о которых предупреждает МВФ», — резюмировал эксперт.

Новости по теме

Новости других СМИ