Петля сырьевой зависимости душит белорусскую экономику

Александр Класковский, naviny.by

Илюстративное фото
Пристаканившись в свое время к российским энергоносителям, Минск и сегодня, когда лафа кончилась, не имеет политической воли к реформам.

Принимая с докладом правительство 23 сентября, Александр Лукашенко сразу предупредил (то есть ритуальный плач предполагался априори): ссылки на внешние условия не принимаются. Но премьер Андрей Кобяков сделал с точностью до наоборот — объяснил падение экономики (на 3% за восемь месяцев) сокращением поставок нефти из России, а также тем, что подешевел продаваемый за рубеж калий.

Понятно, Кобяков не хотел специально злить президента. Просто так оно и есть. Во втором десятилетии XXI века экономику Беларуси (некогда продвинутого «сборочного цеха Советского Союза») валит плохая нефтяная да калийная конъюнктура. Иначе говоря, колоссальная сырьевая зависимость. Которую усугубляют еще и очередные энергетические разборки с Россией.

Ведь мало того что нефть подешевела и это само по себе бьет по прибылям нефтепереработки, доходам казны, так ведь Москва еще и урезала нефтяные поставки почти уже вдвое, посадила наши НПЗ на голодный паек.

Да, наш Парк высоких технологий хорош, но это капля в море. А в целом, как видим, экономика архаичная, неперестроенная, капитально сидит на сырьевой игле. Даже Эмираты, наверное, уже не так зависят от нефти, как мы.


Бюджет-2017: мы еще Беларусь или уже Россия?

Показательно, что и в проекте бюджета на 2017 год, который эксперты оценили как более-менее реалистичный (и потому пессимистичный), в качестве базовых расчетных показателей фигурируют цена российской нефти (35 долларов за баррель) и курс российского рубля (75 за доллар). Как будто мы не суверенное государство, а какая-нибудь Псковская область.

Но проблема не только в том, что за державу обидно. Проблема прежде всего в том, что и эти расчеты вилами по воде писаны. Во-первых, российская экономика сама шатается, что будет с их рублем и всем прочим, они там сами гадают на кофейной гуще. Во-вторых, наш бюджет-2017 приброшен в расчете на то, что Москва даст в следующем году 24 млн тонн нефти. А если не даст?

Пока все наоборот: восточная соседка прикручивает нефтяной вентиль, наказывая за недоплату по газу. И чиновники, верставшие наш бюджет, не могут знать, как разрешится нынешняя гибридная нефтегазовая война между заклятыми союзниками. Скорее всего, этого пока не знают толком даже Александр Лукашенко с Владимиром Путиным.

В любом случае Москва наверняка будет выбивать (самый мягкий вариант — в рассрочку) газовый долг, а набежало с начала года уже 300 млн долларов. И где их взять, когда финансы поют романсы?


Лукашенко уповает на дипломатию скандала

Лукашенко на днях обострил нефтегазовый конфликт, бросил перчатку Кремлю, пригрозил, что Беларусь свернет (было употреблено ядовито-дипломатичное словечко «оптимизирует») участие в евразийской интеграции. Эта дипломатия конфликта не единожды приносила Минску трофеи, но как будет сейчас, бабушка надвое сказала.

На мой взгляд, вряд ли союзники рассобачатся вдрызг. Ну куда двинет Лукашенко, выйдя (пофантазируем) из ЕАЭС? Станет просится в Европейский союз, чуждый и ценностно, и по причине того, что требует реформ, которые сломали бы всю конструкцию белорусского режима? Три раза «ха».

С другой стороны, и Кремлю воевать с Минском не с руки по ряду причин (опустим для краткости). Так что вполне вероятен компромисс: с нового года Москва отвяжет цену на газ для Беларуси от «цены Ямала» (то есть пересмотрит формулу, как и предлагают белорусы), чем обеспечит скидку (хотя и не такую, как хочет Минск); после выплаты белорусской стороной части газовой задолженности восстановит объем нефтяных поставок.


Евразийская интеграция: неспетая песня

Но даже такой относительно благоприятный исход очередного энергетически-политического конфликта (подчеркну, что и он не гарантирован) не сулит белорусской экономике крутого подъема. Эпоха процветания сырьевых экономик, вероятно, уходит навсегда.

Отдельная проблема — та дыра в белорусской казне, которую неминуемо пробьет предполагаемый налоговый маневр в российской нефтянке. Схематично его влияние выглядит так: нефть для Беларуси подорожает (исчезает «таможенная субсидия»), маржа наших НПЗ скукожится еще сильнее, станет пшиком завоеванное в битвах вокруг условий евразийской интеграции право зачислять в родной бюджет экспортные пошлины на нефтепродукты.

Правда, Минск надеется на компенсацию (опять двадцать пять, и тут надо просить или выбивать!). Возможно, ее дадут в виде межгосударственных кредитов (так сказал источник российских «Ведомостей»). Но это означает, что туже станет другая петля — внешнего долга.

При этом привлекательность евразийской интеграции для Беларуси все равно будет снижаться по объективным причинам. Россия не в состоянии обеспечить для партнеров привлекательные условия участия в этом амбициозном проекте Путина. У нее тают ресурсы, почти нет передовых технологий, ее экономика сама сидит на сырьевой игле и продолжает деградировать.

В идеале надо было начинать масштабную перестройку белорусской экономики (реструктурировать, уменьшать энергозависимость, делать ставку на высокие технологии и пр.) еще в тучные годы прошлого десятилетия. Но это время близоруко упустили.

Да, были попытки нащупать альтернативные источники импорта энергоресурсов: помните танкеры от Уго Чавеса? Но это дело свернули, как только Москва дала очередной пряник. Теперь нет ни Чавеса, ни лишних пряников у Москвы.


Заклинания вместо реформ

Между тем белорусские власти с маниакальным упорством продолжают строить Островецкую АЭС, которая лишь усилит зависимость от восточной соседки (российский проект, российское оборудование, российский кредит, российское топливо).

Казалось бы, лучше поздно, чем никогда. Остановить эту зловещую (повреждение корпуса реактора — тоже плохой знак) стройку. Включить поиск энергетических альтернатив (недавно Лукашенко что-то говорил на этот счет вице-премьеру Владимиру Семашко, но пока это, скорее, в рамках парадигмы взять на арапа Кремль).

А главное — дать наконец отмашку на ту перестройку экономики, на которой настаивают, в частности, внешние кредиторы. И прежде всего — употребим то самое ядовитое словечко — оптимизировать громадный госсектор, который плодит убытки и, кстати, требует немеряно той самой энергетической жрачки.

Но разворачивать такую пертурбацию страшновато (хотя кое-что, признаем, делается со сжатыми челюстями, чтобы получить кредит МВФ). Фобии объяснимы: кризис, народ и так беднеет, а ломка опустит уровень жизни еще ниже. К тому же экономическая ломка угрожает и устойчивости власти.

Поэтому любой экономический хвост у нас предпочитают отсекать частями. А президент вместо того чтобы на пальцах объяснить подчиненным, как вытаскивать страну из комбинированной, многожильной (нефтегазовой, финансовой и т.д.) петли, уповает на заклинания. Он предложил правительству… выполнять решения Всебелорусского народного собрания — прошедшего в июне ритуального пропагандистского шоу, которое, по сути, благословило продолжение застойного курса.

Днем ранее глава государства давал указания святым отцам (на встрече с членами синода БПЦ), сейчас вот — министрам. По идее, мероприятия можно было объединить. Потому что при таких ригидных подходах за белорусскую экономику остается только молиться.

Новости по теме

Новости других СМИ