"Запереть всех за высоким забором - это катастрофа для общества"

Анастасия Солонович, Naviny.by

Нужно ли усиливать контроль за людьми с психическим расстройствами после трагедии в ТЦ «Новая Европа»?

Должен ли человек с психическими расстройствами в анамнезе предупреждать окружающих о своих проблемах? Могут ли ему отказать в поступлении в вуз или приеме на работу по этой причине? И как защитить общество от потенциально опасных людей?

Трагедия в торговом центре «Новая Европа» всколыхнула целый пласт проблем и дала повод для дискуссий.

По данным следствия, 17-летний Владислав Казакевич, напавший в минувшую субботу на ТЦ «Новая Европа», в 2014 году лечился в психоневрологическом диспансере. Его диагноз точно неизвестен, но, по данным газеты «Рэспубліка», два года назад парень пытался покончить с собой — травился угарным газом.

Психическое состояние Казакевича вызвало разную реакцию в обществе. Ректор международного университета «МИТСО», в котором учился Владислав, выразил удивление тем фактом, что ни родители, ни медики не сообщили в вуз о психическом здоровье Казакевича, а при поступлении молодой человек предоставил медсправку о том, что он здоров.

«А ведь он уже сознался, что собирался в этом месяце устроить кровавую резню здесь, в вузе... У нас по коридорам студенты ходят толпами, страшно представить, сколько могло быть жертв. Хотя, с другой стороны, система безопасности здесь серьезная и вряд ли бы он прошел на территорию с такой... «гитарой»... А сегодня я узнаю, что Казакевич раньше лечился в Новинках. Представляете?! Ни родители, ни медики не сочли нужным поставить нас в известность», — отметил ректор МИТСО Станислав Князев.


Генеральный прокурор Беларуси Александр Конюк предложил обратить внимание на учет людей, «которые неадекватны в своем поведении в психическом плане».

На форумах одни пользователи жалеют парня и ищут виноватых в покалеченной психике, другие призывают посадить его на долгий срок в тюрьму, а не отправлять в больницу. В любом случае, напомним, результатов комплексной психолого-психиатрической экспертизы Казакевича еще нет.

Naviny.by разбирались, нужен ли в Беларуси дополнительный контроль для людей с психическими расстройствами и действительно ли они опасны.



Кто должен проверяться у психиатра?

Для получения медицинской справки при поступлении в вузы и ссузы абитуриентам необходимо пройти осмотры у педиатра (терапевта), хирурга, офтальмолога, оториноларинголога, невролога и гинеколога. Перечень специалистов предусмотрен специальным постановлением Минздрава, и психиатра в этом перечне нет.

Взрослые при приеме на работу в некоторых случаях должны проходить осмотр психиатра, но это зависит от профессии.

Так, информацию о нахождении на психиатрическом и наркологическом учете проверяют при трудоустройстве педагогов и других специалистов, работающих с людьми, при приеме людей на некоторые ответственные должности, рассказала Naviny.by начальник отдела первичной медицинской помощи Министерства здравоохранения Людмила Жилевич.

Некоторые специальности, по ее словам, требуют регулярного осмотра психиатром-наркологом, их частота также зависит от конкретной профессии, но обычно один раз в год.

«Работодатель имеет право инициировать проведение внеочередного медицинского осмотра работника, если он вызывает какое-то сомнение», — отметила представитель Минздрава.


Сможет ли человек занимать ту или иную должность, зависит от характера расстройства.

«Заболевание заболеванию рознь, и осложнения тоже. Все решается специалистом, который имеет номенклатуру этих заболеваний и осложнений и все виды профессиональной пригодности данного пациента», — отметила Людмила Жилевич.




«Проблема в комфортной психиатрической помощи, а не в опасных индивидуумах»

Система, при которой люди с психическими нарушениями не могут поступать в вузы или работать, ведет к ужасным последствиям, считает Сергей Дроздовский, координатор Офиса по правам людей с инвалидностью, который занимается в том числе защитой прав людей с психическими расстройствами.

По его словам, сегрегация еще никогда не приводила к положительному результату.

«Должно стать нормой, чтобы люди с разными состояниями психики чувствовали себя в большей или меньше степени комфортно, а не вызывали друг у друга дикие приступы отторжения. У нас общество крайне стигматизировано к людям с особенностями в поведении, понимании, мышлении. Эти люди постоянно ощущают на себе пресс, они ощущают себя лишними, и, безусловно, в какой-то момент кто-то срывается», — говорит Дроздовский.


По его словам, представители Офиса беспокоятся о том, что ситуация с Казакевичем отразится на других людях с психическими расстройствами:

«Это, конечно, ужасный повод, но все же повод задуматься о том, что у нас практически нет понятия профилактики психического здоровья, практически нет понимания стигматизации, дискриминации этих людей. Если общество задумается над этим, будет очень хорошо. Сейчас на форумах пишут: «Давайте их запрем всех вместе за высоким забором и колючей проволокой». Это катастрофа для общества!».


Потенциально опасных людей, по словам координатора Офиса, очень мало, и они, как правило, находятся под клиническим присмотром.

«Опасность в том, что сегодня доступной и комфортной психиатрической помощи, не калечащей и не принудительной, крайне недостаточно, чтобы человек мог снимать свои симптомы в удобной для него форме. Проблема, скорее, в этом, а не в том, что есть опасные индивидуумы. И если посмотреть на исследования, люди с психическими нарушениями гораздо чаще подвергаются насилию — общество к ним более жестоко, чем они к обществу», — подчеркнул он.




«Психические расстройства не тождественны агрессии»

По словам врача-психиатра, который попросил не указывать его имя, оглашение информации о психических расстройствах на работе или в университете будет способствовать формированию стигмы и нарушит право этого человека на приватность, но не поможет человеку справиться с проблемами.

«Важно понимать, что расстройств очень много. Психическое расстройство и опасность для окружающих не тождественные понятия. Люди с психическими расстройствами чаще являются жертвами нападений и насилия, чем наоборот. Просто те случаи, когда человек в этом состоянии что-то совершает, получают очень большой резонанс, и люди соединяют психические расстройства с опасностью. На самом деле это не так», — отметил специалист.


По словам психиатра, существует несколько видов наблюдения за пациентами, но система психиатрического учета не является контролирующе-наказуемой, а помогает человеку восстанавливаться, реабилитироваться и социализироваться. Учет включает также и ограничительные меры, но они связаны с тем, чтобы человек не навредил сам себе.

«Если человек склонен в психическом расстройстве к каким-то агрессивным, противоправным действиям, то главная задача — его эффективно лечить, в остальном он такой же человек. Обычные люди ведь тоже правонарушения совершают по каким-то другим мотивам», — отметил психиатр.


Чтобы одновременно обезопасить общество от потенциальной агрессии и не навредить людям, нуждающимся в лечении, необходимо работать на многих уровнях. В первую очередь, отмечает врач, необходимо избавиться от стигматизации психических расстройств и популяризировать знания о психическом здоровье.

«Чтобы население адекватно воспринимало расстройства, не боялось их и не наделяло людей тем, чем они не обладают. Соответственно, чтобы эти люди не чувствовали себя изгоями и не попадали со своими собственными проблемами адаптации в еще более сложную среду».


Во-вторых, добавил психиатр, необходимо организовать систему разноплановой помощи таким пациентам, что требует больших человеческих и финансовых ресурсов, организации действенной социальной службы.

«Парадокс в том, что наши врачи хорошие, квалифицированные, много понимают и многое могут сделать, но они очень загружены и не в состоянии сделать всё. Амбулаторная служба должна приближаться к дому пациента, она должна быть очень развитой и включать не только психиатров и психотерапевтов, но и много медсестер, социальных работников, волонтеров. К сожалению, сейчас их не хватает, и это очень большая проблема.

Например, в Великобритании медсестра идет домой к пациенту, проводит с ним время. Если его надо социализировать, она идет в кино, учит его покупать билеты, учит заказывать еду в кафе, выбирать одежду, выражать эмоции, строить коммуникацию с больницами, напоминает принимать лекарства.

Но это везде сложно, даже в странах, где развивают эти системы помощи, их все равно очень тяжело поддерживать. Нет какой-то конкретной страны, где всё развито — это, скорее, островки».

Новости по теме

Новости других СМИ