Раиса Михайловская: "Эскадроны смерти" выполнили свое предназначение


Иллюстративное фото
Власти не хватит и последующих 17 лет для расследования политических исчезновений.

"Банда": фильм-расследование кровавой деятельности "эскадронов смерти" в Беларуси

«Банда» – символ уничтожения политических противников режима. Именно такой смысл вложила руководитель Белорусского документационного центра Раиса Михайловской в одноименный документальный фильм.

Фильм «Банда» снят в 2014 году. Это история расправы не только над Юрием Захаренко, Виктором Гончаром, Анатолием Красовским и Дмитрием Завадским, но и над всеми политическими противниками режима. История превращения Беларуси в последнюю диктатуру Европы.

О фильме, политических убийствах, судьбе “эскадронов смерти” и белорусском обществе Раиса Михайловская рассказала Беларускай праўдзе.


– “Банда” в вашем фильме – это что или кто?

– “Банда” в фильме – это система уничтожения политических противников. Никакие другие банальные названия не подходят в данном случае.

- Жертвами «эскадронов смерти» называют четверых человек: Юрия Захаренко, Виктора Гончара, Анатолия Красовского, Дмитрия Завадского. В «Банде» фигурируют также руководитель аналитического центра «Восток-Запад» Анатолий Майсеня, погибший в автокатастрофе в 1996 году, и Геннадий Карпенко, внезапно умерший 6 апреля 1999 года. Они тоже являются жертвами банды?

– К сожалению, жертв «эскадронов смерти» намного больше. Технология уничтожения политических соперников первоначально была отработана на криминале. Об этом знают многие. В лихие 90-е, когда государство не могло справиться с беспределом, президент дал приказ очистить страну от криминальных авторитетов. И они стали потихоньку исчезать. Искать их особо было некому, родственники, если и были, то боялись этим заниматься. Сами по себе они не могли исчезнуть, мгновенно уехать из страны или заняться благими делами. Кто это сделал? «Эскадроны».

Когда мы думали над сценарием фильма, понимали, что зрителям будет очень непросто понять причину исчезновений политиков без некоторого исторического контекста. И в то же время мы хотели показать череду неожиданных смертей в Беларуси. Эти смерти – не случайные, как бы они ни обставлялись под естественные. Слишком уж неординарными людьми были и Майсеня, и Карпенко. Это были члены одной команды, ярые, непримиримые оппоненты действующего президента, в самом расцвете физических и интеллектуальных сил, которые буквально за считанные пару лет естественным путем «ушли» с политического поля. Таких случайностей не бывает.

- Так куда же подевались «эскадроны смерти»? В тюрьме оказались несколько человек, которые физически не могли осуществлять зачистку криминального мира, а позже – и представителей политической оппозиции?

- Я не знаю, куда они подевались. Думаю, что с ними произошла обычная трансформация. Они выполнили свою функцию и стали просто не нужны. Очень многое поменялось в нашей жизни, в жизни страны в политическом и экономическом плане. Не дай бог, чтобы они снова начали свою «работу». А те, кто оказался в тюрьме по делу Дмитрия Завадского, возможно, являются просто «козлами отпущения». Суд так и не выяснил, где Дмитрий Завадский. Такое впечатление, что власть не собирается это выяснять и сейчас. Никаких следственных действий с ними не проводят. Во всяком случае, родственники Дмитрия об этом ничего не знают.

- Вся правда о политических исчезновениях неизвестна. Когда же, на ваш взгляд, заговорят 30 человек из “списка Алкаева”?

– Алкаев же сам говорит нам, когда заговорят. “Все расскажут и покажут” – нужна политическая воля.

- Почему же властям не хватило 17 лет для расследования исчезновений? И почему власть не согласилась на международное расследование?

– Власти не хватит и последующих 17 лет для расследования этих исчезновений. Во-первых, это нужно было делать по горячим следам. В первые годы они были обеспокоены именно противоположным – как бы чего не всплыло. И на международное расследование власти не согласились именно по этой причине. Депутат ПАСЕ Христос Пургуридес, приехавший в страну, за короткое время смог найти «концы» и связать их воедино, нарисовав картину политических убийств в Беларуси и причастности к ним представителей власти. А если бы за дело взялись международные криминалисты-профессионалы и им бы предоставили все условия для работы? Мне кажется, они бы выполнили свою миссию.

Сейчас предварительное расследование просто не ведется. Нельзя назвать расследованием действия единственного следователя по всем четырем делам, заключающиеся в рассылке уведомлений о продлении следствия еще на три месяца. Ни на одно требование проинформировать о произведенных действиях за прошедший период, не был дан ответ. Налицо чистая имитация расследования. Такое впечатление, что они ждут естественного хода событий, когда о судьбе пропавших уже некому будет интересоваться. Ульяне Захаренко 93-й год, матери Гончара и Красовского так и не дождались известия о своих сыновьях.

- Как восприняли ваш фильм в Беларуси и за рубежом?

– В Беларуси сложно было показать фильм открытым показом. Мы не рассчитывали, что его покажут по БТ. Однако, белорусы увидели его и по каналу Белсат, он находится в интернете на сайте Белорусского документационного центра, на youtube телеканала Белсат уже около 90 000 просмотров. Фильм показан в 5 странах мира (США, Швеция, Литва, Украина, Польша). Он переведен на английский и польский языки. Воспринимают фильм по-разному. Это не боевик, и не мелодрама – это задокументированный факт истории. Это человеческие судьбы. Меня до сих пор бросает в дрожь, когда я смотрю конец нашего фильма…

- Достиг ли фильм своих целей? Хочет ли белорусское общество знать о политических исчезновениях или предпочитает прятать голову в песок?

– Первыми зрителями в Беларуси, кстати, стали сотрудники посольств. Это была одна из целей создания фильма. Ведь сменилось не только поколение граждан Беларуси, которые не знают о страшных страницах истории, уже не раз поменялись дипломаты, которые осуществляют свою политику в нашей стране. И многие из них действуют, исходя из настоящих реалий, не понимая, что невозможно верить человеку, единожды совравшему…

К сожалению, я не вижу сегодня явного запроса со стороны белорусской общественности предоставить правду о политических исчезновениях. Этим вопросом занимаются только некоторые правозащитники и родственники. Цепи неравнодушных людей с портретами Захаренко, Гончара, Красовского и Завадского остались в прошлом. Именно поэтому мы и создали фильм «Банда». Чтобы все, что мы знаем и чем располагаем, осталось в истории и в нашей памяти навсегда.

Новости по теме

Новости других СМИ