"Водки нет, а сигареты заканчиваются…"

Константин Скуратович, "БелРынок"

Фото: TUT.BY
Покупатели магазинов "Белкоопсоюза" на вопрос: "Водка есть?", все чаще слышат вынесенный в заголовок ответ.

Разумеется, покупатель у нас всегда прав. Он знает, что каждая точка организованной торговли имеет обязательный ассортиментный перечень. Что касается, допустим, винной карты – то на прилавках должны быть традиционные отечественные напитки и «заморские», освоенные производством «Белгоспищепромом»: коньяки, виноградные вина, ликеры, даже совершенно экзотичное в наших краях виски. В сельских магазинах ассортимент более у́зкий, но всегда присутствуют, по меньшей мере, несколько (два-три) сортов водки, пива, не говоря, о плодово-ягодных винах.

Еще года назад, это требование, в основном, «Белкоопосоюзом» выдерживалось. За год сузился весь ассортиментный перечень вообще, затронув, например, мясо-молочные товары. Поэтому покупателю можно реально выбирать из единственного сорта сыра, имеющегося в продаже, и того, которого завтра может не быть. Тоже относится к сигаретам – обычно предлагаются сигареты вообще. Исключительно дорогие, когда завезут, поэтому суровые сельские мужчины целую декаду курят дорогие «дамские палочки», а после все давятся дешевой «астрой».

Это неудивительно, поскольку беднеет население, торговля теряет оборотные средства, ей все труднее искать лояльных поставщиков, которые согласны на оплату отгруженной продукции после ее реализации.

Но исчезновение водки, которая всегда присутствовала на прилавках в течение всего правления Лукашенко, является, как говорится, знаковым. Для чего? Если прогрессивная общественность и власти решили ограничить потребление спиртного, одно. Если власти сделали это для упорядочения торговли, чтобы повысить поступления денег в казну, совершенно другое. Подельниками властей в этом деле следует считать прогрессивную общественность, и МВД, которое пробует решить проблему неэкономическими методами. В итоге все фигуранты, по-видимому, получают кажущуюся выгоду. Но больше, представляется, теряют.

По мере усиления разнообразных приемов, ситуация еще больше теряет устойчивость. Когда покупатель спрашивает, где водка? Продавец отвечает, что денег у магазина на закупку водки нет. Простодушный покупатель, даже знакомый с «адамо-смитовской» политэкономией, более известной в нашей стране как технология «купи-продай», недоумевает. Он считает, что на рынке действуют эквивалентные цены. Если кто-то купил определенный товар, он заплатил продавцу цену, которая обеспечивает все издержки продавца, включая его расходы на закупку следующей партии товара.

Вот так происходит процесс сохранения экономических (социальных) отношений между людьми. Между производством, торговлей, реализацией производимо -продаваемого потребителям, которые, со своей стороны, оплачивает товары по эквивалентным ценам (по стоимости общественно признаваемых затрат), которое побуждает производство и устанавливает ему цель. Если у торговли нет денег на закупки новой партии проданных товаров, то достижению ее идеальной цели мешают внеэкономические силы. Например, государство или только правительство, или только одно из могущественных в деле торговли министерство, или даже всемогущий глава этого государства.

Или все взятые вместе. Они могут изменить естественный закон эквивалентного обмена, руководимые благородной целью его улучшить. Так, летом прошлого года Александр Лукашенко провел совещание по вопросам производства и оборота алкогольной продукции. К тому времени в розничной торговле образовались намного превышающие нормы запасы алкогольной продукции, хотя изрядная их доля «зависла» в складских запасах предприятий. Налоги на произведенную продукцию надо было оплачивать, складские запасы повышали издержки ее хранения, поэтому производители стремились увеличить поставки розничной торговле, которую она принимала как гарантированно ликвидную.

Но потребительская способность населения падала, рынок ужимался, росли запасы спиртного в торговле, реализация снижалась, поступления, что важно, живых денег в казну падали, а заводы лишалась оборотных средств. Узнав об этом, Лукашенко рассердился. Мол, если торговцы до 1 сентября не погасят просроченных платежей за поставленную им алкогольную продукцию, их навестят сотрудники КГБ.

Ступайте и впредь не грешите! Торговля рассчиталась за свои «досентябрьские долги», но ее стремление держать запас спиртного, самого ликвидного товара во все времена советской и постсоветской торговли, пошло на убыль. Сделай лучше, посадят, сделай еще лучше, посадят обязательно. С конфискацией всего с трудом нажитого. Производители тоже ограничили поставки своей продукцию торговле и тем самым ограничили свою доступность к кредитам. Как сказал бы поэт, где стол был яств, там гроб стоит.

Для полного избавления от частных интересов в этом государственном деле, Лукашенко распорядился ввести полную предоплату, на получаемую торговлей подакцизную продукцию. Чтобы ни у кого из партнеров не возникало ни чрезмерно просроченной дебиторской задолженности, ни чрезмерной просроченной заложенности у других.

Поучилось хорошо, никто теперь никому не должен. Но и денег у них нет. Например, «Белкоопсоюз», настолько обнищал, что не может ответить по своим обязательствам, кроме как продажей своей недвижимостью. Имеется в виду главный его офис в центре Минска, который придется передать «Приорбанку». За долги.

Новости по теме

Новости других СМИ