Мы свой кризис соорудили себе сами, в рамках "белорусской модели"

Александр Обухович, Белгазета

Александр Обухович. Фото: belgazeta.by
Расслабьтесь. Наш кризис к циклическому кризису отношения не имеет. Потому не может характеризоваться терминами "рецессия" или "стагнация".

На конференции «Практика реализации экономической стратегии Беларуси» – под эгидой Союза юридических лиц (СЮЛ) «Республиканская конфедерация предпринимательства» – СЮЛ от лица бизнеса осторожно покритиковал правительство.

Представители ведомств поблагодарили за ценные мысли представителей бизнеса и обещали над ними подумать. На сем все и закончилось.

Всё было бы вполне обычно. За исключением экономической ситуации в стране. Которую чрезмерно мягко СЮЛ назвал «рецессией». И даже сообщил, что она «угрожает перейти в стагнацию». Причем основной причиной определил «стагнацию в России». С чем были вполне согласны представители ведомств. И даже сообщили, что общими усилиями они какую-то экономическую стратегию разрабатывают. Чтобы такой тенденции противостоять. Как представляется, в стандартном для Беларуси духе – «улучшить, усилить, укрепить» и «довести задания».

Откуда, впрочем, следует – никакой экономической стратегии у власти нет. Поскольку даже диагноз поставлен неверно. Управление экономикой потеряно давно, и правительство продолжает лишь имитировать управление. Изображая бурную деятельность в виде совещаний и постановлений.

Расслабьтесь. Наш кризис к циклическому кризису отношения не имеет. Потому не может характеризоваться терминами «рецессия» или «стагнация». Потому необоснованны надежды, что все «само рассосется», другие страны выйдут из депрессии и на растущих рынках и нам найдется место.

В основе нашего кризиса два фактора: исчерпание советского наследства и потеря рынков вследствие их освоения конкурентами и снижения конкурентоспособности нашей продукции.

Восстановление российского рынка не может помочь всерьез и надолго, поскольку в нынешнем виде и этот рынок мы уже проиграли: как внешние конкуренты (прежде всего – китайцы), так и новые, поддержанные Кремлем российские предприятия нас вполне успешно вытесняют.

Думаю, что ближайший исторический аналог нашего кризиса – деиндустриализация Индии в XIXв.: еще в конце XVIIIв. Индия производила не менее 25% мирового ВВП, а в 1950г. – менее 2%. В основе процесса лежало вытеснение ручного труда фабричным производством в Англии. При строгом запрете на импорт технологий.

Но там имело место насилие метрополии над колонией. Мы же свой кризис соорудили себе сами, в рамках «белорусской модели» проев свою промышленность. Используя все, похожее на накопления, почти исключительно на общегосударственные, социальные нужды и на потребление.

И даже там, где государство выделяло средства на «инвестиции» (очень небольшую долю даже от амортизации), эффективность оказалась почти нулевой. Ввиду низкой (и продолжающей снижаться) квалификации наших управленцев.

Игнорировалось и создание собственных сервисно-сбытовых сетей. Как результат: недавно общался с представителем не самой крупной российской фирмы, занимающейся торговлей ТНП. И он заявил: дайте мне образец белорусской продукции. Если мне он понравится, я отошлю его в Китай и через несколько месяцев получу поставки аналога и дешевле, и по качеству не хуже.

Потому нет ничего удивительного, что наши «дилеры» в России один за другим переходят на торговлю китайской продукцией, сжимая наш рынок.

Сегодня правительство мучается с дефицитом валюты. Экспорт не может покрыть даже потребности нашего, очень скромненького, бюджета. Поскольку из сложившегося уровня импортоемкости и производства, и потребления (около 70%) максимально допустимый бюджет расширенного правительства (это с учетом ФСЗН и местных бюджетов) – не более 43% экспорта. Больше – либо долги, либо будет разносить финансовую систему.

У нас в этом году экспорт ожидается около $ 30 млрд. Значит, потолок бюджета – около $ 13 млрд. Снимаем расходы на обслуживание долга – остается $ 11,5 млрд. Наш бюджет – около BYN 30 трлн. Что-то принесут население и наши гастарбайтеры, но это – очень ненадежные источники.

Остается два варианта: либо урезать бюджет на 20%, либо – девальвация до BYN2,5/$. И это при том, что импорт товаров инвестиционного назначения уже за последние 3-4 года упал почти вдвое. А значит, про модернизацию производства нужно забыть, и экспорт будет падать и дальше.

Конечно, всегда возможны отклонения от тренда: то цены скакнут, то разовые заказы большие возникнут. Но всплеск проходит, а тенденция остается.

И тут возникает главный и принципиальный вопрос нашей экономической политики: имеет приоритет в ней построение стабильно развивающейся экономики или нужды государства, включая социальную сферу?

Абсолютный приоритет интересов государства, лежащий в основе «белорусской модели», завел страну в тупик. Перенос приоритета на нужды экономики сегодня уже требует не только урезания ненужных расходов государства (которых, впрочем, еще более чем достаточно), но и урезания вроде бы и полезных функций государства, но без которых мы можем, хотя бы временно, и обойтись.

При том, что нужно еще придумать, как обеспечить эффективность госрасходов на экономику. А то у нас что ни инвестиции – то провал. Достаточно вспомнить цемент, деревообработку, молоко, трубы и т.п.

На фоне таких проблем бодрые реляции типа заявления вице-премьера г-на Семашко о намерении довести Минпрому на следующий год задание по росту на 11%, или бодрые реляции представителей ведомств на конференции СЮЛ о том, что меры они принимают, выглядят просто издевательством над гражданами нашей страны.

Новости по теме

Новости других СМИ