Грозят ли Лукашенко киргизские грабли?

Александр Класковский, "Белорусские новости"

Казалось бы, ну какие параллели между Кыргызстаном и Беларусью? Однако аналитики твердят, что, следя за тамошним сюжетом, белорусскому официальному лидеру наверняка есть что намотать на ус. Особенно с учетом близких уже президентских выборов.

Лукашенко всегда обостренно относился к разного рода революциям. После свержения Милошевича в Югославии твердил, что у нас такое не пройдет. Подобный рефрен звучал и по горячим следам украинской оранжевой революции.

В январе 2006 года, рассуждая о вероятности белорусского майдана, Александр Лукашенко заметил: "У нас нет таких площадей, где будут расставлять эти палатки. Это я просто гарантирую".

Но уже через два месяца на волне протестов против итогов президентских выборов буквально в двухстах метрах от его резиденции, в нашпигованном ОМОНом центре столицы, дерзко восстал палаточный городок — "плошча Каліноўскага". Под взорами Запада власти несколько дней были в ступоре, не решались трогать этот островок фронды.

Да, малочисленный бунт был обречен. Но моралите в том, что никогда не говори никогда.

Аналитики склоняются к тому, что нынешнее киргизское дежавю, ремейк тюльпанной революции пятилетней давности, было в основном стихийным: нищий люд допекло повышение коммуналки. Лидеров же титульной оппозиции президент Бакиев накануне "повязал", их вызволила восставшая толпа.

Это к вопросу о слабой оппозиции. Как видим, если созревают гроздья гнева, то народ четко разбирается с верхами и без партийных вожаков, и без местного аналога стратегии ОДС.

Другое дело, что наша синеокая республика на фоне Киргизии — полная чаша, рай земной. Тамошняя нищета ужасна даже по меркам "постсовка". ВВП на душу населения — 630 долларов в год, на порядок меньше, чем в Беларуси. Да, сейчас и здесь заработки слегка скукожились, но до маршей пустых кастрюль наши люди явно не дозрели.

Впрочем, есть сентенция, что революции совершают не голодные, а те, кого однажды не покормили. Иллюстрация — стотысячная толпа на площади Ленина в Минске в апреле 1991-го. Республика, имевшая репутацию самой сервильной, тогда повергла в шок Москву, резко повысившую цены во всем "совке".

Так что не надо слишком уж упорно твердить о безропотности нашего народа. Опять-таки: никогда не говори никогда. Белорус, партизан в душе, бунтует редко, да метко.

И вообще, при всех контрастах между киргизским краем вздыбленных гор и болотистой Беларусью, ряд параллелей прямо-таки напрашивается.

Один из уроков тамошних событий белорусский политолог Валерий Карбалевич формулирует так: "Молчаливое согласие с результатами выборов не означает, что общество признает их законность. И такая шаткая легитимность держится до первого кризиса".

По мнению аналитика, социальный взрыв в Кыргызстане, названный некоторыми "наждачной революцией", произошел, "видимо, не только потому, что нет устойчивой демократической культуры, а главным образом по той причине, что каналы обратной связи оказались заблокированными".

Карбалевич напоминает: киргизскую оппозицию не пускали в представительные органы, гражданские активисты и независимые СМИ подвергались репрессиям.

К слову, схема "работы с прессой" удивительно напоминала методы белорусских властей. Перед "наждачной революцией" режим Бакиева обрушился с обысками на редакции неподконтрольных газет, стал глушить неугодные интернет-СМИ.

Аналитик подчеркивает: это опасная иллюзия — "думать, что можно загнать проблему внутрь общества, пройтись катком по всем оппозиционным партиям, неправительственным организациям, СМИ, всем недовольным, расчистить поле и спокойно проводить на нем парады в честь стабильности". Потому что "перегретый котел с закрытыми клапанами может взорваться".

Да, белорусский социум сегодня дремотен. Но случись какое завихрение — внимание, это принципиальный момент! — кто знает, как поведет себя Москва.

Раньше российское руководство любые завихрения на просторах "постсовка" не одобряло. Неизменно занимало сторону правителей, подавлявших бунты (как Каримов — пулеметами в Андижане).

Еще в прошлом году Владимир Путин вступился за Лукашенко, отвечая на вопрос, почему Москва поддерживает человека с репутацией диктатора. "Мы всегда работаем с действующей властью и не поддерживаем неконституционные процессы, тем более на пространстве бывшего СССР", — отчеканил тогда российский премьер.

Но в теперешнем киргизском сюжете смещения власти никакой конституционностью и не пахло. Тем не менее, Россия поразительно быстро заняла сторону мятежников. Временное правительство уже договаривается с Москвой о финансовой помощи.

Тот же Путин неожиданно и безжалостно вынес вердикт еще цепляющемуся за виртуальное кресло Бакиеву. Мол, некогда бросал камни в первого президента Акаева за семейственность и прочие самоуправные безобразия, но теперь "у меня такое впечатление, что господин Бакиев наступает на те же самые грабли".

Да уж, не без того. К сведению: фактически вторым лицом (и, говорят, самым богатым человеком) в государстве был сын первого лица — Максим Бакиев. А вообще свои люди сидели везде.

В свою очередь, свергнутый пять лет назад Аскар Акаев в интервью Business FM одну из причин падения режима Бакиева усмотрел в том, что тот "вел такую политику, которую называл заумными словами "многовекторная дипломатия".

Не правда ли, такое впечатление, что терминология списана с сайта белорусского МИДа?

На самом деле, считает Акаев, это была "флюгерная дипломатия, то есть кто больше даст, в те объятия мы и идем. Вот такая флюгерная дипломатия, она дискредитировала и самого Бакиева, и Кыргызстан".

Проще говоря, Москву не устраивало, что правитель горной республики одновременно хочет и Россию доить, и с американцев доллары за базу "Манас" получать. Сидеть на двух стульях не получилось.

А теперь вспомним, что раздражает Москву в нынешнем поведении Лукашенко. Да, именно попытки усидеть на двух стульях. Или — "геополитический шпагат", политика качелей, как говорят иные политологи.

Причем не только заигрывание Минска с Европой дергает российские элиты. Вхождение Беларуси в "Восточное партнерство" Евросоюза Москва, покривившись, съела. Сами же возвышали голос перед Западом против изоляции синеокой республики!

А вот фортель с венесуэльской нефтью задел сильно. Российский политолог Роман Доброхотов в своем блоге пишет: "Ладно бы еще батька изменил Москве с какой-нибудь Саудовской Аравией, так ведь нет, — с Венесуэлой. Это, примерно, как когда жена изменяет с лучшим другом, — болезненно вдвойне".

Чувствуете, в каких сильных категориях оценивают союзники "многовекторность" Минска? На почве такой ревности и до распускания рук недалеко!

Если же изъясняться более академично, то "очевидно, что российские власти приняли на вооружение в отношениях со странами СНГ более гибкую тактику не только сотрудничества с действующей властью, но и поддержания контактов с оппозицией". Так заявил на versia.ru Михаил Нейжмаков, руководитель Центра анализа международной политики Института глобализации и социальных движений.

Правда, среди политологов стало расхожим мнение, что для партии на белорусской политической доске у российского руководства нет сильных стратегий, равно как и фигур.

"Не думаю, что Кремлю по силам возбудить в Беларуси массовое недовольство, — соглашается минский аналитик Андрей Федоров. — Но если ситуация вдруг качнется и на гребне волны окажутся силы, прокламирующие свою пророссийскость, то не исключаю, что Москва может их поддержать".

Вот уж в этом плане нынешняя киргизская интрига наверняка дала заматеревшему белорусскому начальству тревожный звоночек.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров