Похороненная заживо

"Белорусские новости"

Не могу молчать, чувствуя бездушное отношение ко мне, ветерану войны, со стороны медучреждений могилевского управления здравоохранения — медиков, давших и забывших клятву Гиппократа, списавших меня в старости как израсходованный материал, не подлежащий медобслуживанию и лечению.

И все потому, что мне, прошедшей лихолетье войны и голода, потерявшей здоровье, уже много лет. На телевидении я постоянно слышу, а раньше читала в газетах (теперь, увы, ослепла) о том, что наше государство как никакое другое чтит и уважает пожилое поколение. А на деле получается, что медики похоронили меня заживо, не собирающуюся умирать, желающую быть нужной и полезной близким, да просто жить!

Мое поколение жило с главным: трудиться и растить детей.

Врачам я всю жизнь старалась не досаждать, разве что совсем уж невмоготу было. На 82-м году жизни в 2001 году ухудшение состояния моего здоровья вынудило обратиться за оказанием медпомощи. Но не нашлось ни места в больнице, ни желания у врачей своевременно и полно провести старому человеку обследования. До того я ни разу не обследовалась, зубным протезам было 50 лет, последний рентген 40 лет назад делала. И по сей день медики придумывают причины для неоказания медобслуживания, выдавливая меня из жизни, подвергнув многолетним страданиям, а с наступившей полной слепотой — и отчаянию.

При наличии острых осложнений, наступивших в результате инсульта, с 2001 года не было ни одного комплексного обследования с целью определить природу инсульта, функциональное состояние органов и их заболевания. А без этого невозможно осуществить правильный выбор специфической терапии. Адекватное лечение изначально отсутствовало. Лекарственные назначения определялись вслепую и, видимо, в ожидании смерти ветерана, избавляющей от необходимости сложного медобслуживания. Назначались медпрепараты, в большинстве имеющие противопоказания, многолетний прием антибиотиков и обезболивающих без учета совокупности заболеваний и патологии ввергали в непереносимые страдания; связанные с пищеварением, даже в реанимационное состояние и лекарственный коллапс. До сего дня мне так и не подобраны жизненно необходимые медпрепараты!

Не оказывались обычные виды помощи для пожилых людей: оперативное лечение катаракты, протезирование зубов — отвечали "зачем они в таком возрасте". С 80-х годов я обращалась в поликлинику с жалобами на ухудшение зрения. В 2004 году мне наконец открыли тайну "трудно диагностируемого" заболевания катаракты, "забыв" сказать о возможности операционного лечения с целью избежать слепоты. На многолетние просьбы спасти зрение в ответ слышала лишь ложь и цинизм.

В 2009 году мне, уже начинающей слепнуть, ответили: "Оперативное лечение по поводу незрелой катаракты правого глаза не показано (так как он видит), левого глаза — не перспективно (он уже не видит)". Через несколько месяцев после этого наступила полная слепота, ввергнувшая меня в беспомощное состояние и отчаяние. Уже ослепшей, в 2010 году, торгуясь, предложили операцию только с удалением пораженного катарактой хрусталика (объясняя, что буду видеть в лишь двух метрах от себя). Нет у государства для ветерана искусственного хрусталика?!

Не желая осуществлять медобслуживание, выставили меня из госпиталя инвалидов Великой Отечественной войны по прошествии 9 дней, куда я была доставлена службой скорой помощи из-за болей в брюшной полости. Более года не возвращают документы "Удостоверение участника войны" и "Свидетельство инвалида". На протяжении уже девяти лет я страдаю от этих болей. Вызываемая скорая медпомощь лишь делает укол обезболивающего и переадресовывает в поликлинику.

Нет постоянного лечащего квалифицированного врача, а лишь меняющиеся, в том числе практиканты и фельдшера, не знающие истории лекарственных назначений. Так, например, в 2004 году терапевтом поликлиники, только пришедшей из учебного заведения, было назначено лекарство, которое она вообще не имела право назначать — в моем возрасте оно опасно. 26 сентября 2004 года это привело к лекарственному коллапсу с временной остановкой сердца и дыхания. А в 2006 году терапевтом продолжительно назначался медпрепарат, для меня противопоказанный, так как вызывает падение артериального давления, в итоге наступило реанимационное состояние.

И такими проблемами с "медобслуживанием" я, ветеран войны, могла бы заполнить не одну страницу.

После пережитых испытаний я написала заявление об утрате доверия к врачам поликлиники. С 2006 года по этой причине я к ним не обращалась. Вынуждена лечиться самостоятельно. Лекарства приобретаю по 100% стоимости.

Теперь у меня, конечно же, "букет болезней". И годы уж какие, девятый десяток разменяла. Но коли Господь милостив ко мне, жизнь продлевает, отчего наши медики, наше государство не хотят помочь прожить эти годы, ладно уж с достоинством, хотя бы без болей, хотя бы со светом в окошке. А как я его, слепая, увижу?

Последнее письмо Могилевского УЗ, где говорится о том, что мне многолетне и в полном объеме оказывается медобслуживание с положительной динамикой от их "лечения", — это предел цинизма. Я вынуждена была обратиться к президенту РБ, генпрокурору РБ, министру здравоохранения РБ, председателю Могилевского облисполкома и горисполкома с тем, чтобы более от медучреждений Могилевского УЗ не было циничной мерзости в адрес ветерана. Я и мои близкие не нуждаемся в словоблудии и циничной лжи от всякого, кто списал меня — участника войны — как израсходованный материал.

Мерзок всякий берущий на себя функцию Бога и определяющий, кому, как и сколько жить, забывая по причине невежества и жестокосердечия о своих родителях и о том, что каждый из нас в одном шаге пред старостью.

В результате такого "внимания" к нуждам ветерана я в 2007 году в отчаянии вернула все ордена и медали, а позже отказывалась от юбилейных наград, в том числе в 2010 году — от медали "65 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов".

Справка. Черненко Елизавета Григорьевна. 1918 года рождения. В годы войны служила медсестрой в военном госпитале. В 1945 году вышла замуж за фронтовика, участника боев под Сталинградом. Тогда же переехала с семьей в Беларусь. Проживает в Могилеве. 45 лет трудового стажа, в том числе медсестрой в учреждениях здравоохранения. Воспитала пятерых детей.

поделиться

Новости по теме

    Внук раскопал могилу деда

    В 2001 году на похоронах дедушки-ветерана за гробом несли многочисленные ордена и медали. Несколько недель назад в пьяной компании своих друзей подросший внук предложил разрыть дедушкину могилу, похитить награды, чтобы продать их.подробности

Новости партнёров