Хуже еще будет

Светлана Калинкина, "Народная воля"

Из неправильно поставленных вопросов рождаются проблемы. Из-за неправильно поставленной задачи — неправильные методы решения. Исполнители бьются, упираются, потеют, а ситуация только хуже. К чему это я? На неделе несколько раз звонили журналисты с просьбой прокомментировать, почему, несмотря на настоятельные требования Москвы, из СИЗО КГБ не отпустили граждан России.

Ситуация действительно тухленькая. При том, что дело на контроле российского МИД, россиян держат в СИЗО и ведут на суд за активное участие в массовых беспорядках, хотя в качестве доказательства обвинения предъявлены только фото, из которых следует, что граждане Бреус и Гапонов всего лишь стояли на площади Независимости. Не несли лопаты или ледорубы, не били стекла в Доме правительства. Они просто находились в неправильное время в неправильном месте.

И понятно, что подобные обвинения выставляют Беларусь в роли той самой унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла.

У меня есть три версии того, почему это делается.

Первая — прагматичная. Ее подсказали московские коллеги, со ссылкой на свои источники в тамошнем МИДе. Якобы, в России задержаны какие-то наши деятели за контрабанду. И сейчас идет банальный торг: вы отпустите наших, мы отпустим ваших.

Такой подтекст происходящего очень вероятен. С учетом одного "но": в публичное пространство никакие скандалы из-за ареста в России белорусских контрабандистов не выходили, потому нельзя быть абсолютно уверенным, что Беларуси действительно есть из-за кого торговаться.

Вторая — внешнеполитическая. Не секрет, что сразу после событий 19 декабря белорусские послы в Европе активно рассылали письма различным европейским чиновникам, объясняя произошедшее в Минске подготовленной со стороны России провокацией, которую власти вынуждены были предотвратить. МИД действовал в русле, обозначенном Александром Лукашенко еще по ходу выборов, когда тот обвинял именно Россию в финансировании отдельных оппозиционных кандидатов. Но оказалось внешнеполитическое ведомство в совершенно дурацком положении. Потому что впоследствии белорусский КГБ указал пальцем именно на Запад как на главного финансиста беспорядков. Если точнее — на Германию и Польшу.

Но это же плюрализм в одной голове, проще говоря — шизофрения.

И теперь хотя бы для сохранения лица на западном направлении нам надо поддерживать "российскую версию". Тем более что она является той самой страшилкой, которой часть еврочиновников готова внимать бесконечно, не включая мозги. Так дети в пионерском лагере часами слушают рассказы про то, как "в черном-черном городе, в черную-черную ночь, в черной-черной комнате..." И начинают бояться. И визжат от ужаса. И не гасят свет до утра.

Понятно, что для поддержания жизнеспособности российской версии еще какое-то время граждане России в числе обвиняемых очень нужны.

Наконец, третья версия — человеческая.

Ну, ведь все мы люди, и все мы знаем: чего ни наделаешь с перепугу?!

Еще днем в день голосования Лукашенко высказывал уверенность, что никакой площади не будет, и что сам он, абсолютно спокойный, вечером будет кататься на лыжах. Но к 20.00 на площадь повалил народ. Все больше и больше, и целый проспект. И снимают красно-зеленые флаги со здания КГБ, прямо под камерами уличного видеонаблюдения вывешивают вместо них бело-красно-белые. И идут прямо по проезжей части, улыбаются, не боятся...

Первая команда: "Хватать всех!"

Хватают. Но либо везут на Окрестина, либо держат прямо в автозаках.

К часу-двум ночи уже начинается поиск ответа на вопрос: "Кто виноват?"

Оппозиция! Подготовить камеры в "американке"!

Под утро начинают врываются в дома "неотловленных" кандидатов в президенты и членов их команд. Выволакивают из больницы Некляева, взламывают дверь Лебедько, Иру Халип перевозят с Окрестина в изолятор КГБ... И дальше начинаются обыски, допросы, аресты у всего живого, что есть в белорусской оппозиции. Иными словами, начинается акция запугивания и уничтожения.

Третья стадия: "Кто помог, чтобы случилась Площадь?"

"Запад!"

Западных дипломатов обвинили в том, что они были на площади и помогали, но, по понятным причинам, арестовать не могли.

"Россия!"

С пацанами и девчонками, приехавшими в Минск поддержать своих белорусских товарищей, действительно нашим пришлось делить тюремную пайку по-братски. А для власти — доказательство налицо.

"Украина!"

И нам рассказывают, как на белорусско-украинской границе задерживали "боевиков".

"Америка!"

Почему-то у Романчука "отыскали" американские деньги...

Короче, виноваты все. Хорошо, что темнокожие студенты в тот день не шли из библиотеки БГУ, а то мы бы уже и с Африкой разругались.

Одним словом, наличие иностранцев (в данном случае — граждан России) среди обвиняемых помогает оправдать тот животный страх, который обуял власть 19 декабря и позволяет настойчиво придерживаться версии "международный заговор".

Но парадокс-то в том, что, неадекватно оценивая произошедшее 19 декабря, власть не может сделать правильных выводов. А значит, повторения подобных событий предотвратить не в состоянии.

Положа руку на сердце, кто из оппозиционных кандидатов реально рассчитывал увидеть вечером 19 декабря многотысячную толпу? Кто реально, а не просто предвыборными лозунгами, вел целенаправленную работу на заводах, в институтах, среди пенсионеров, чтобы убедить людей выйти на площадь?

Никто.

Кто из нас видел в своих почтовых ящиках листовки с призывом придти на акцию 19 декабря?

Никто.

Кто из нас понял общий план акции, общую задумку оппозиционных кандидатов?

Никто. Потому что такого плана просто не было.

Спецслужбы успокаивали Лукашенко, что никакой серьезной Площади не будет, потому что вся предварительная информация свидетельствовала: даже большинство оппозиционных активистов идти на акцию просто не собираются. И, кстати, на самом деле в подавляющем большинстве не пошли.

Но очевидно, что оппозиционные кандидаты точно так же не ждали, что с протестом против власти Лукашенко выйдет беспрецедентное для Минска количество людей. Абсолютно новых людей, не оппозиционеров, не активистов, не профессиональных "барацьбітоў", людей разных возрастов и профессий.

Площадь-2010 отличается от Площади-2006 тем, что это был не оппозиционный, а действительно народный протест. И его нельзя погасить теми мерами, которые традиционно использовались. Например, посадить лидеров в тюрьму, как посадили после 2006 года Козулина. Или опорочить их, расстреляв компроматом из всех орудий пропагандистской машины, как это делалось на протяжении последних 16 лет. Нельзя всех уверить в счастливой и спокойной жизни страны, заткнув рот, закрыв независимые газеты. И не потому нельзя, что есть интернет или спутниковое телевидение, которые прорываются сквозь выстроенную стену лжи. Просто уже накопилась критическая масса людей, которые лично столкнулись с несправедливостью, беззаконием, унижением. И с каждым новым днем таких людей становится не меньше, а больше. Потому что система не меняется.

Сегодня весь мир говорит о волне репрессий в Беларуси, возмущается кровожадностью белорусского правителя. Но если абстрагироваться от личного и от эмоций, то все удары, которые наносят силовики и пропагандисты, по эффекту для власти — это удары в подушку. Это очень болезненные удары по конкретным людям, это удары по конкретным проектам, но не более.

Отпустит Лукашенко арестованных или будет держать их в "американке", освободят россиян или, позорясь, будут их судить, — это важно лично для Лукашенко, лично для обвиняемых, лично для тех, кто имеет непосредственное отношение к этому уголовному делу. Но в общегосударственном смысле надо понимать, что чем настойчивее будут лязгать двери тюремных камер — тем злее будут становится и те, кто уже не поддерживает этот режим, и те, кто еще колеблется.

В каком-то смысле проблемы у власти и оппозиции стали одинаковыми — они не понимают простых людей, далеки от них, говорят не на их языке. Потому Лукашенко не безусловный победитель, но и среди оппозиции нет народного вождя.

А вот что касается международного заговора, то он и правда наметился. И Европа, и Россия давно подавали сигналы, что белорусскому президенту пора на отдых. Только вот нашему народу Лукашенко нравился.

Но, наконец, случилось. Народ, который пришел на Площадь-2010, пришел не под лозунги Некляева, Санникова или Рымашевского. Он пришел высказать свое требование: "Надоел! Уходи!"

И ни власть, ни оппозиция к такому повороту оказались не готовы.

Но если протест созрел, поскольку не устранены причины, он где-то выстрелит. Ведь оппозиция не причина, хотя бы потому, что она не настолько авторитетна в нашей стране. Однако без "режиссеров", без структур гражданского общества, без настоящих оппозиционных лидеров, которых белорусские силовики всеми силами сейчас пытаются "зачистить", протестные настроения еще опаснее. Потому что в такой ситуации трезвые аналитики вынуждены предсказывать даже не акции протеста, а откровенно говорить об угрозе народного бунта.

Одним словом, из неправильно поставленных вопросов рождаются проблемы. Из-за неправильно поставленной задачи — такие методы решения, которые делают ситуацию только хуже...

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров