Политолог: Для экспертов 19 декабря – это точка отсчета, для населения – нет

Евгений Почкин, UDF.BY

По мнению белорусского политолога Юрия Чаусова, несмотря на то, что все заметили репрессии, происходившие в стране после 19 декабря 2010 года, для населения точкой отсчета является другая дата. Об этом эксперт заявил в интервью корреспонденту UDF.BY.

– Юрий, как сильно, на Ваш взгляд, изменилась Беларусь спустя год после президентских выборов?

– После 19 декабря 2010 года в Беларуси стало возможно то, что казалось немыслимым до этой даты. Тот масштаб репрессий, нарушений прав человека не сопоставим с тем, что было в нашей стране за 20 лет, которые существует Беларусь в качестве независимого государства. И даже такие события, как террористический акт в минском метро, на этом фоне не кажутся чем-то из ряда вон выходящим.

– Что Вы имеете в виду?

– После 19 декабря в стране началась череда ранее немыслимых событий, и теракт в метро стал очередным таким событием. И когда будут подводить итоги 2011 года, трагедия 11 апреля будет всего лишь одним из событий, которые этот год обозначили.

– Неужели что-то по своей значимости может закрыть трагедию на "Октябрьской"?

– Я имею в виду и катастрофическое обеднение населения в результате грабительских девальваций, и политические репрессии, и нарушения прав человека, и суды над кандидатами в президенты, двое из которых продолжают оставаться за решеткой… Все эти события еще совсем недавно казались невероятными не только для Беларуси, но и для любой страны всего нашего региона. За этот год Беларусь оказалась отброшенной далеко назад по отношению к тем стандартам, которые установлены для общественно-политической жизни в нашем регионе.

– Прошла ли Беларусь 19 декабря 2010 года своеобразную точку невозврата?

– Не следует говорить, что произошедшие катастрофические изменения стали итогом какой-то техногенной катастрофы либо высадки инопланетян. Все, что происходило 19 декабря и в последующий год, было следствием процессов, которые развивались в стране и обществе в течение 20 лет, а некоторые из них – и больше. Конечно, для экспертов удобно отсчитывать от 19 декабря, как от некой точки катастрофического падения, развитие дальнейших процессов. Но если мы обратимся к белорусскому населению, то наверняка за основу будет взята другая дата. И это будет даже не дата 11 апреля.

– А какая?

– Весна 2011 года в целом, когда в страну вернулись понятия "дефицит" и "черный рынок", когда начали исчезать продукты питания. За последние годы люди привыкли к относительному комфорту, а весной 2011 года иллюзии рассеялись. Население в одночасье осознало, что является жителями самой бедной страны региона, если не брать в расчет Молдову.

Поэтому на повестке дня встал вопрос: а в состоянии ли белорусы справиться с задачей существования в независимом государстве? Вот это действительно такая точка отсчета, после которой и в политической области, и, наверное, в жизни каждого человека встает вопрос: а состоялась ли Республика Беларусь как независимое государство, или это все была пиаровская иллюзия, надутая за счет дешевых энергоносителей, поставляемых с Востока? Вот этот вызов и является точкой отсчета. То, что было 19 декабря, является точкой отсчета для оппозиции. Благо, ей этот вызов был брошен раньше.

– Политолог Валерий Карбалевич назвал состояние белорусского общества "холодной гражданской войной". Каково Ваше мнение на этот счет?

– Я склонен рассматривать это как риторическую фигуру, демонстрирующую масштаб и накал тех противостояний и противоречий, которые есть в белорусском обществе, нежели как реальный термин, свидетельствующий о состоянии общества. Скорее, это просто красивая метафора. Гражданская война – это состояние, когда мирные способы решения конфликтов в стране не работают. В нашем случае говорить об этом пока нельзя. Да и вообще – гражданская война холодной не бывает.

– Но, согласитесь, за последнее время отношения сторонников президента и сторонников перемен, мягко говоря, не улучшились…

– Действительно, масштаб противостояний и накал противоречий между сторонниками разных путей развития страны таков, что он вынуждает аналитиков оперировать яркими, бросающимися в глаза терминами. К сожалению, само употребление этих терминов говорит о том, что словосочетание "гражданская война" перестает быть табуированным.

Мы уже видим, что в стране с использования политического насилия снято существовавшее в течение 10 лет табу. Мы помним, что после исчезновения известных политиков власть сама отказалась от этого вида политической активности и "эскадроны смерти" были распущены.

А 19 декабря политическое насилие снова вошло в белорусскую жизнь. Я имею в виду не только разгон акции, но и последующие репрессии в отношении политической оппозиции. Соответственно, и для другой стороны слово "насилие" перестает быть табу.

– Вы хотите сказать, что белорусская оппозиция готова взяться за оружие?

– Могу сказать так: некоторые политические силы внутри белорусской оппозиции делают ставку на "подогрев" ситуации. Говоря, что мирным путем эту власть сменить невозможно, делается ставка на то, чтобы какие-то группы пришли именно к насилию. Этого только и ожидают силовики, которые сегодня пришли к власти в Беларуси. Тогда у них будут все основания показать политическому руководству страны, что именно они – единственная опора режима.

– С чем был связан, на Ваш взгляд, разгон мирной акции, которая, к тому же, уже заканчивалась? Люди же потихоньку начали расходиться. Зачем нужна была эта демонстрация силы?

– Сегодня уже очевидно, что произошедшее вечером 19 декабря на площади Независимости не было каким-то эксцессом или трагическим стечением обстоятельств. Всем понятно, что произошедшее планировалось и готовилось. Это был хороший урок для оппозиции. Занимаясь политикой, борьбой со своим оппонентом, оппозиция должна помнить, что оппонент о многих планах уже знает и готовится. Вот это заигрывание с концептом "Плошча", которым белорусская оппозиция занималась с 2004 года, после победы Майдана, сыграло злую шутку.

– Почему?

– В преддверии президентских выборов ни один из политиков не был готов публично заявить о том, что выходить на Плошчу бессмысленно, и это ничего не изменит, поэтому только призывали на Плошчу. Логично, что правящая сторона этот фактор учитывала и к нему готовилась. И если в 2006 году режим надеялся, что люди на улицу не выйдут, то в 2010 году планы строились исходя из того, что люди, несколько десятков тысяч противников власти, на Плошчу выйдут.

– И все же, зачем надо было избивать людей, сотнями запихивать в автозаки?

– Когда стало понятно, что провокаторам не удалось подвигнуть толпу на силовые действия, на штурм правительственных зданий (те попытки инсценировать штурм Дома Правительства были очень неубедительны и больше выглядели, как неприкрытая инсценировка), власть ухватилась за этот повод и применила всю ту силу, которую готовила в течение предыдущих месяцев.

– Сразу после событий на площади Независимости по стране пошли гулять слухи, что 19 декабря – дело рук Москвы…

– Не думаю, что именно "рука Москвы" держала ледорубы и била стекла. Скорее, белорусам надо учиться принимать вину на себя. То, что происходило на Плошчы, это целиком детище белорусской политики и белорусской политической элиты, причем как оппозиционной, так и правящей. Это наша общая вина. Другое дело, что те политические силы внутри Беларуси, которые делают ставку на сотрудничество с Москвой и видят себя частью российского геополитического круга, выиграли от этих событий. И логично предположить, что они свою стратегию строили из расчета того, что после этих событий дорога Лукашенко на Запад будет закрыта.

– Какие исторические последствия для Беларуси будут иметь те события?

– Мы видим, что даже квелый диалог с Западом приостановлен. Беларусь идет на Восток. Идет в очередной раз. Это новый виток геополитических игр, новый виток заигрывания с Москвой, истребования из Кремля очередных экономических дотаций… Соответственно, это негативным образом скажется (и уже сказывается) на состоянии дел с правами человека и основными свободами, на состоянии гражданского общества. Несомненно, что при восточном векторе развития страны свободы будет меньше, чем было при "косметическом" процессе либерализации.

– Многие эксперты говорят, что Лукашенко поставил Беларусь на путь потери независимости.

– Несмотря на такой неутешительный прогноз, вероятно, формально независимость будет сохранена. Судьба стран, расположенных на этой территории Евразийского континента – заигрывать с более сильными геополитическими игроками. В дальнейшем, может быть, маятник снова качнется на Запад, и мы вновь увидим информационные войны с Москвой и заигрывание с Брюсселем.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров