Александр Ярошук: Белорусский режим выработал свой ресурс, и 2015 год преодолеть просто не в состоянии

Глеб Хмельницкий, UDF.BY

Александр Ярошук и возглавляемый им Белорусский конгресс демократических профсоюзов держит нейтралитет: "парламентская кампания" прошла мимо независимых профсоюзов, в разборках между "бойкотчиками" и "финалистами" кампании не участвует. Хотя в этом и состоит поствыборная жизнь белорусской оппозиции.

Лидер БКДП исключает белорусскую оппозицию как серьезного игрока на президентских выборах 2015 года. Раздрай внутри оппозиции, разнонацеленность оппозиционных групп не приведет к единению. Но даже единство оппозиции выведет на арену фигуры, которые не в состоянии выйти за рамки 25-30-процентной поддержки собственного электората.

Компромиссной фигуры, в равной степени приемлемой для Запада и России, в оппозиции нет. Но такая фигура может родиться в среде номенклатуры.

В любом случае белорусский режим исчерпал свой ресурс, и не имеет шанса преодолеть 2015 год.

Об этом и многом другом Александр Ярошук рассказал в интервью UDF.BY.

- Александр Ильич, ни Вы лично, ни Конгресс в парламентской кампании не участвовали. Почему самоустранились от оппозиционной деятельности?

- Я не участвовал не только в этой кампании, но и во всех предыдущих. Я исхожу из того, что политический процесс в Беларуси закончился после насилия над Конституцией, ограничивавшей право занимать пост президента двумя сроками. Лукашенко узурпировал власть, и стало понятно, что демократическим путем. Путем выборов, власть в Беларуси сменить невозможно.

Это была новая ситуация, требовавшая выработки соответствующей стратегии: любое участие в выборах, которых Беларусь лишили, решало исключительно задачу легитимизации власти.

Все последние годы белорусская власть демонстрировала заинтересованность в участии оппозиции в выборах – чтобы обрести собственную легитимность. С этой точки зрения и участие в "выборах", и бойкот равным образом признают наличие выборов в стране. Бойкотировать можно то, что существует, а не отсутствующие "выборы".

И бойкот, и наблюдение логически вели к тому, что международные структуры, в том числе ОБСЕ, прислали в Беларусь своих наблюдателей.

Я не хочу говорить, что это однозначная ситуация, поскольку не участвовать, бойкотировать политические кампании – очень тяжелые решения. А как тогда работать с людьми?.. Но ведь сколько ни работали с людьми, а лучше не стало – стало только хуже; но самое главное – а не теряли мы при этом?

Мы давали властям возможность использовать себя в политических наперстках.

- Вы сказали: через выборы власть сменить невозможно, поскольку выборов нет. Остается революция?

- Я бы очень не желал, чтобы белорусская ситуация разрешалась при помощи революции. Вольтер сказал, кто пользуется плодами революции. И мы не знаем, какой черт из табакерки в итоге может выскочить. На смену нынешней власти может придти не менее непредсказуемая власть, и мы можем попасть из огня да в полымя. Не выпадает мечтать о том, что на смену авторитарной власти придет демократическая; скорее, наоборот.

Какой бы ни была развязка белорусской ситуации (а я верю, что она скоро произойдет) – впереди у нас нелегкие времена. Но очень не хотелось бы революционной развязки, потому что мы все знаем, на что способна наша власть. И какую цену придется заплатить белорусскому обществу за непредсказуемый исход.

Повторяюсь: развязка неминуема. И экономическая, и политическая система выработали свой ресурс полностью, поэтому развязка наступит не позже 2015 года.

Какая это будет развязка? Мы не можем рассчитывать, что она произойдет за счет только внутренних факторов. К сожалению, внутренние силы, ориентированные на перемены, весьма слабы. Возможны любые варианты с участием внешних сил. Власть все больше и больше сужает поле для маневров между двумя центрами силы (сейчас мы наблюдаем очередную попытку раскачать геополитический маятник). Стараниями белорусских властей отношения с Россией идут в тупик; как бы сильно не были настроены российские власти на сотрудничество с белорусским политическим режимом, бесконечные обманы, "кидалово" Минска исчерпали ресурс терпения Москвы.

Не нужно видеть в этом парадокса, но власть может быть сменена в процессе выборов 2015 года. Белорусский режим преуспел за 18 лет, победил всех своих оппонентов и врагов. Кроме единственного, перед которым он не имеет ни единого шанса и капитулирует – это белорусская экономика. Ни единого шанса победить этого оппонента у режима нет! Командно-административная система, на которую власть делала ставку с маниакальным упорством, не способна генерировать новые идеи. Власть не решилась на экономическую либерализацию, боясь неизбежной политической либерализации. А значит, ждем осложнений.

Зарплата уже никогда не вернется к уровню декабря 2010 года; на фоне конкретного роста зарплаты в России, которая вызвала потоки трудовой миграции, этот фактор будет неуклонно снижать рейтинги действующей власти.

А если к президентским выборам реальный рейтинг президента будет 20-25 процентов – это почувствуют все, скрыть такое невозможно. И в этой ситуации свое веское слово может сказать белорусская номенклатура. И на фоне того, что в определенный момент Россия, уставшая от сотрудничества с непредсказуемым партнером, может принять альтернативного кандидата – если появится приемлемая достойная фигура из номенклатуры. Фигура из номенклатуры, которая устраивает и Россию, и Запад – такое окно возможностей в 2015 году может появиться.

- А белорусскую оппозицию из этой игры Вы исключаете?

- В силу целого ряда причин, в том числе – в силу собственных просчетов в стратегии представители белорусской оппозиции не имею ни единого шанса, чтобы Россия поддержала кого-либо из них. В силу антироссийской риторики, которая звучала и звучит. К сожалению, сейчас и белорусское общество ставит на одну доску власть и оппозицию, ставит между ними знак равенства.

К 2015 году могут появиться компромиссные, которые могут стать реальной альтернативой действующей власти. Нельзя преувеличивать эти шансы, но нужно признать, что они есть, что они могут стать реальными и высокими.

- О каких ошибках оппозиции Вы говорите?

- В 2011 году из-за экономического обвала рейтинги действующей власти рухнули вниз. Но падающие рейтинги власти не привели к росту рейтинга оппозиции. Независимые социологические службы не зафиксировали заметного роста авторитета оппозиции. Общество отказывает в доверии действующей власти, но и не доверяет оппозиции. Переломить ситуацию вряд ли удастся.

Прозападная, антироссийская риторика все равно остается фирменным стилем белорусской оппозиции. Это непростительная ошибка; вместо того, чтобы пытаться играть на поле власти (любого оппозиционного политика, заявлявшего о приверженности к пророссийскому вектору, власть пыталась развернуть на 180 градусов и превратить в «западника»), оппозиция соглашалась с правилами власти. В среде оппозиции невозможно найти фигуру, которая вызывала бы доверие как со стороны Запады, так и со стороны России. И прежде всего – со стороны России.

Не вижу ни одного фактора, способного изменить ситуацию в ближайшее время.

- А Вы сами не задумывались о возможном участии в президентской кампании?

- Я не терял и не теряю интереса к участию в президентских выборах. Но это не значит, что я готов в них участвовать. Если я и буду принимать решение, то только тогда, когда увижу реальные шансы. Более того, я буду принимать решение (это окончательно и бесповоротно) только в том случае, если буду абсолютно уверен, что смогу стать реальным победителем.

На предыдущих выборах оппозиция ставила задачу – участие. Именно поэтому Лукашенко и проявлял заботу обо всех девяти кандидатах, едва не поручал Ермошиной собрать им подписи. Всех оппонентов власть рассматривала не как субъектов, а как объектов своей политики, встраивая их в жесткий сценарий.

Если вести речь о будущих президентских выборах, то надо быть и гражданином и патриотом своей страны. Хватит уже играть в политические игры! Кому-то надо имя заработать, кому-то – засветиться, кому-то надо продолжить политическую карьеру, а кому-то, извините, деньги заработать. Ведение политического бизнеса – это слишком высокая цена, которую платит страна и люди.

Если я и буду принимать такое решение, то только исходя из реальных шансов на реальную победу.

- А может, у Вас есть рецепт объединения оппозиции? 25% электората – это четверть населения страны.

- Если появится запрос на некую компромиссную фигуру, то можно и не оглядываться на телодвижения, или мышиную возню, оппозиции. Мышиная возня уже начинается. Я считаю, губительно в этом участвовать – это повторение сценария предыдущих выборов. Тогда все остальное власть решает легко и просто. Огромная масса демократического актива, партий, НГО ориентируются не на бесконечную тягомотину, а на реальные возможности перемен.

Опять идет разговор о едином кандидате. Из тех самых кубиков хотят выстроить ту же конструкцию, что и на всех предыдущих выборах. Речь опять идет о фигурах, интересных для 25 процентов устойчивого электората оппозиции, которые не имеют ни единого шанса выйти за пределы этого круга. А значит, запрограммированные обеспечить очередную триумфальную победу власти и очередное бесславное поражение белорусской оппозиции.

- Значит, перемен Вы ждете не позднее 2015 года?

- Произойти может все, что угодно. И когда угодно. Ситуация в Беларуси реально разогревается. А власти не хватает мудрости и ума ее оценить и принять непростые, но жизненно важные решения. Более того, власть полностью перекрыла все клапаны, которые регулируют социальное напряжение, мы можем прогнозировать любое развитие событий.

Я говорю об этом с крайней озабоченностью, потому что очень не хотелось бы, чтобы развязка белорусской ситуации приобрела драматический оттенок. Но белорусский режим выработал свой ресурс, и 2015 год преодолеть просто не в состоянии.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров