Кремлевский тандем оставит Лукашенко без штанов

Стась Ивашкевич, "Белорусские новости"

То, что белорусские контрабандные схемы — ненастоящая причина конфликта между Москвой и Минском, очевидно. Прекратив экспорт растворителей, Беларусь, похоже, только раззадорила агрессивный настрой российских властей.

Их раздражение вызывает даже не продолжение экспорта биодизеля — нареканий конкретно на этот бизнес как раз не слышно. Но теперь, после 10 лет существования белорусского нефтяного оффшора, Россия вдруг вознамерилась компенсировать понесенные от этой контрабанды убытки. При этом российским нефтяным компаниям, которые продолжают поставлять в Беларусь дизельное топливо, Кремль претензий не предъявляет.

Кто в России наращивает экономическое давление на Беларусь

Главная цель российских нефтяных демаршей — широкомасштабное экономическое давление на Беларусь. Экспертное сообщество РФ говорит об этом в открытую. Накануне очередного нефтяного скандала лишний раз акцентировал на этом внимание заведующий сектором экономики фонда "Институт энергетики и финансов" Сергей Агибалов.

"Объективные причины для таких ограничений с российской стороны уже возникли — отказ от приватизации ликвидных активов в пользу российских приобретателей, которую Беларусь из года в год только обещает", — заявил он в интервью "Немецкой волне".

Между тем, крупных белорусских активов, к которым российский капитал проявлял за последний год настойчивый интерес — не так много. Во-первых, это — МАЗ. Но переговоры по объединению его с российским конкурентом все-таки прогрессируют. А вот по второму "ликвидному активу" — "Беларуськалию" — Минск своих российских партнеров пока "кидает". Напомним, активные переговоры о продаже белорусского калийного гиганта Сулейману Керимову — бизнесмену из близкого окружения нынешнего премьер-министра РФ Дмитрия Медведева — велись еще во время белорусского экономического кризиса 2011 года.

Лукашенко недавно еще раз уколол россиян, рассказав детали переговоров. Мол, предложили за "Беларуськалий" полцены — 15 млрд. долларов, в том числе 5 миллиардов в виде взятки, а мы им: "До свиданья, ребята", не за тех вы нас принимаете.

Помнится, команда Керимова действительно предлагала 15 млрд. долларов, но за половинный (правда — контрольный) пакет акций "Беларуськалия", соглашаясь, таким образом, на названную Минском цену в 30 млрд. Однако минувшим летом, после года обещаний, объявленная цена "Беларуськалия" вновь выросла.

Особенности российского рейдерства

Другими словами, нефтяное давление на Беларусь со стороны Москвы — классическая попытка рейдерского захвата. Именно таким образом два года назад российские власти захватили "Уралкалий" — в интересах подшефных им олигархов. Напомним, российское правительство тогда неожиданно открыло глаза на нарушения "Уралкалием" экологических правил, создало комиссию по расследованию и, угрожая астрономическими штрафами, вынудила владельца к продаже компании.

Как уже писали Naviny.by, интересы российского капитала в отношении Беларуси далеко не монолитны. Бизнес-окружению Дмитрия Медведева активно противодействует Игорь Сечин — глава "Роснефти" и неформальный куратор топливно-энергетического комплекса страны при вернувшемся в кресло президента РФ Владимире Путине.

Так, к примеру, в случае с "Уралкалием" получилось не совсем так, как планировала команда Сечина, которая провела всю работу по захвату. Пока правительство тогдашнего премьера Владимира Путина праздновало победу, в сделку по продаже вклинился Сулейман Керимов и, при поддержке Дмитрия Медведева, выкупил предприятие, оставив сечинских рейдеров "с носом".

Но с тех пор это противоборство российских "кланов" вышло за границы деловой сферы и переросло в острый политический конфликт между Путиным и Медведевым.

Корни очередного конфликта

Первый скандал после майской рокировки тандема разгорелся вокруг назначения Игоря Сечина главой госкорпорации "Роснефть" и ее материнской структуры — "Роснефтегаз". Дмитрий Медведев, за которым, как за премьером, формально числилось последнее слово по этому вопросу, решительно взбунтовался против этого назначения и признал его лишь после того, когда узнал, что Путин буквально в последние дни премьерства сам тайно утвердил своего протеже на этой должности. Тому, что Медведев проиграл, тогда никто особо не удивился. Но, как, оказалось, это был лишь тренировочный раунд.

Далее конфликт перекинулся на миллиардные дивиденды "Роснефтегаза". Игорь Сечин хотел использовать эти деньги для того, чтобы выкупить ряд ключевых госактивов и присоединить их к этому холдингу. Казалось бы, какой смысл государству выкупать активы у самого себя? Но в России, где различные госструктуры контролируются автономными бюрократическо-олигархическими кланами, этот вопрос имеет ключевое значение как для бизнеса, так и для политического веса. Медведев опять перегородил Сечину дорогу, запретив "Роснефтегазу" распоряжаться дивидендами и приказав перечислить их в бюджет.

Вмешался Владимир Путин, публично пообещав Сечину, в ответ на его жалобы, "проработать этот вопрос с правительством". Но результат "проработки" оказался для многих россиян неожиданным. Куратор ТЭК при Медведеве Александр Дворкович заявил, что правительство, хоть из вежливости и не прекращает консультации с Кремлем, однако не обязано отчитываться по этому вопросу перед Администрацией президента. В конце концов, Медведев все равно подписал директиву, которой изъял у Сечина его приватизационный капитал, открыв дорогу для приватизации "Интер РАО","Русгидро" и "Федеральной сетевой компании" своим олигархам.

Наконец, две недели назад президент и премьер России схлестнулись напрямую. Путин направил в правительство пакет бюджетных инициатив, а Медведев почти все их "зарубил". Российские СМИ заговорили о "возрождении российского парламентаризма", обсуждая возможность разрешения этого конфликта голосованием в Думе.

Как российская "диктатура" докатилась до такой жизни — тема одной из наших следующих публикаций. Сейчас только отметим: с каждым днем усиливается впечатление, что борьба идет не только между администрацией президента и правительством — за ведомственные и деловые преимущества, но и между их лидерами — за реальную власть в стране. Причем счет пока в пользу команды Дмитрия Медведева, которого, похоже, все сильно недооценивали.

Поход — на Беларусь, но сражение — за Москву?

В этой ситуации сражение за "Беларуськалий" приобретает стратегическое значение для обеих российских олигархических партий. Прежде всего, дело в немалых деньгах, которые враждующим кланам необходимы для приобретения контроля над приватизируемыми госактивами. Напомним: после того, как команда Керимова-Медведева присоединила к захваченному ими "Уралкалию" второго российского калийного гиганта — "Сильвинит", акции обеих компаний выросли вдвое. В результате, вернув "Внешэкономбанку" заемные средства, на которые были выкуплены названные компании, рейдеры, помимо контрольного пакета акций, остались еще с разовой чистой прибылью примерно в 4 млрд. долларов. Похожего эффекта они ожидают и от захвата "Беларуськалия".

Но не меньшую роль здесь играют и "понятия". Для Медведева как лидера российских бюрократических кланов, взбунтовавшихся против верховного правителя, крайне рискованно позволять себя безнаказанно "кидать", как это с ним проделал Александр Лукашенко в вопросе обещанной продажи белорусского калийного монополиста. Такой пример слабости не лучшим для премьера образом влияет на позицию российского бюрократического "болота", пытающегося угадать сильнейшую сторону в усобице элит. Оговоримся: под усобицей элит имеется в виду перераспределение власти в рамках правящей номенклатуры. "Болотная площадь" и оппозиционные попытки свержения режима одинаково враждебны и команде Путина, и команде Медведева.

В свою очередь президентское окружение не заинтересовано в успехе нынешнего похода Медведева на Минск. Что касается бизнеса, то для Сечина желательно, чтобы "Беларуськалий" достался не "Уралкалию" (по крайней мере, сейчас, пока его контролирует Керимов), а, например, "Еврохиму". Эта российская компания, производящая химические удобрения, начала недавно разработку калийных месторождений в РФ и планирует выйти на этот рынок в 2015 году. Так что пока основной приоритет для Сечина в Беларуси — не дать лакомому куску уйти в руки конкурента. Не менее желательно для Владимира Путина и политическое поражение Медведева при его "наезде" на Лукашенко. Именно поэтому, хоть Администрация президента РФ и не может открыто выступать в защиту белорусских контрабандистов, она старательно дистанцируется от "растворительного скандала", не высказавшись на эту тему ни разу.

Чем чреват такой расклад для Беларуси?

К сожалению для Минска, все нефтяные рычаги находятся в руках Медведева. Топливный баланс с Беларусью вырабатывает правительство РФ; график прокачки по трубопроводам "Транснефти" определяет Минэнерго; Федеральная таможенная служба (ФТС), администрирующая нефтяные пошлины, подчиняется премьер-министру. Не вызывает сомнений, что российское правительство использует все доступные ему рычаги для наращивания экономического давления на Беларусь.

Хотя, с другой стороны, поддержка Владимира Путина "дорогого стоит", как любит в последнее время выражаться Александр Лукашенко. В предпоследний месяц своего премьерства Владимир Путин приказал главе ФТС подписать с белорусским таможенным комитетом Протокол об изменениях в Соглашение о нефтяных пошлинах. Как отмечают российские эксперты, эта поправка потенциально может открывать перед Минском возможности для манипуляций с перечислениями пошлин в российский бюджет.

Правда, российские юристы отмечают, что российское правительство может оспорить в суде такие махинации, если Беларусь в них будет уличена. А тяжба Минска с Москвой в суде СНГ в 2010 году — о пошлинах на нефтепродукты — показала, что в важных вопросах структуры ЕврАзЭС принимают только те решения, которые выгодны России. Но манипулирует ими российское Министерство иностранных дел, которое подчиняется президенту Путину. А он в этом конфликте поддерживает как раз Лукашенко, по крайней мере — пока.

Беларуси бояться нечего. Пока не "кинет" Путин

Угрозы со стороны правительства Медведева звучат, на первый взгляд, убедительно. Российское Минэнерго теперь требует, чтобы в четвертом квартале белорусские НПЗ перенаправили львиную часть своей экспортной продукции в Россию. В противном случае госкомпания "Транснефть", которая также подчиняется правительству РФ, угрожает очередным сокращением поставок сырья по своим трубопроводам.

Но такое сокращение Минск может компенсировать поставками по железной дороге — напрямую из России или через третьи страны — под видом венесуэльской либо азербайджанской нефти, как это было в 2010 году. Конечно, перевозка нефти по железной дороге (или перекачка по трубопроводу Одесса-Броды) чревата дополнительными затратами. Но в июне 2012 года Минск показал, что имеет возможность сократить отчисления в российский бюджет. Такой механизм может позволить белорусским властям компенсировать и новые дополнительные затраты на транспортировку сырья.

Таким образом, пока Лукашенко играет против Медведева в связке с Путиным, нефтяной конфликт с Москвой вряд ли грозит обернуться для Беларуси существенными экономическими убытками.

Правда, недавние сетования белорусского президента на то, что Путин "кинул" Беларусь при вступлении России в ВТО, наводят на мысль: руководитель Беларуси не исключает, что "крышующий" его сам не захочет воспользоваться трудным положением союзника.

В любом случае, команда российского президента рано или поздно предъявит Минску счет за эту поддержку. И ценой, скорее всего, будет все тот же "Беларуськалий". Причем не факт, что по такой высокой цене, на которую уже был согласен медведевский протеже. Очевидно, что при нынешней власти данный актив все равно достанется российскому капиталу. Ведь если о продаже белорусского калийного гиганта индийским или китайским инвесторам зайдет более предметный разговор, против Лукашенко ополчатся сразу обе российские олигархические партии. С предсказуемым результатом.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров