Александр Класковский: Кто придет после Лукашенко?

Глеб Хмельницкий, UDF.BY

Уже сегодня всем серьезным демократическим игрокам и внутри, и за пределами Беларуси следовало бы садиться за один стол и договариваться. Потеряв время, оппозиция может опоздать к "часу икс" и оказаться у разбитого корыта. А сливки со смены белорусской власти снимет Москва.

Политический аналитик Александр Класковский в интервью UDF.BY анализирует процессы внутри страны и в эмиграции.

— Подписание Вильнюсского меморандума давало надежду на объединение остатков белорусской оппозиции, которой, как и режиму, предстоит пережить тяжелый 13-й год. Однако отказ "Европейской Беларуси" и ее лидера Андрея Санникова подписать меморандум, названный "вредным и даже опасным", вызвал как минимум недоумение. Что стоит за "своей игрой" Санникова? Сергей Калякин высказал свою позицию весьма конкретно: Вильнюсский меморандум носит антироссийский характер.

— Начну с конца: партия Калякина хоть и провела ребрендинг, и довольно удачный, но от родимых пятен коммунизма до конца не избавилась. Все равно в подкорке сидит "дорогая моя столица, золотая моя Москва". В "Справедливом мире" вроде и за независимость — и в то же время боятся Кремль обидеть.

Потому пытаются сидеть на двух стульях. Но это всегда дело неблагодарное. И Москва своими считать не будет, и другие белорусские оппозиционные силы будут косо смотреть.

Главная нота Вильнюсского меморандума — тревога за независимость Беларуси. Называть эту ноту антироссийской некорректно. Это нормальная патриотическая позиция.

А угроза, что Россия превратит Беларусь в свою полуколонию, весьма реальна. Или господин Калякин полагает, что после распада СССР Москва стала белой и пушистой? Тогда пусть перечитает, что говорил о ее имперских замашках в минуты откровенности не кто иной, как Александр Лукашенко. Уж он-то лучше других знает, как кремлевские умеют выкручивать руки.

Что касается позиции Санникова, то формальная мотивация, почему он не подписал меморандум, абсолютно неубедительна. Вот, мол, в документе не назвали режим тоталитарным. Но он и не является тоталитарным, это вам любой выпускник политологии ЕГУ скажет. Типичный жесткий авторитаризм, но не более. Иначе я бы не давал вам это интервью.

Сегодня верхушка "Европейской Беларуси" оказалась в эмиграции. И, надо полагать, хочет занять не рядовое место в тамошней иерархии. А может, и во всем оппозиционном движении. Поэтому и не спешит присоединяться к вильнюсской инициативе.

Другой вопрос, готов ли Санников морально и физически вновь стать лицом, реальным лидером этой гражданской кампании. А другой фигуры подходящего масштаба не видно.

— Способен ли стать Вильнюсский меморандум объединительным началом для белорусской оппозиции?

— Нет, не способен, потому что это символический акт. И мы уже видим тех, кто дистанцировался от него.

Символизм же заключается в том, что это своеобразная присяга Раде БНР. Не в том смысле, что Рада начнет разрабатывать стратегии и делить финансовые средства на борьбу с режимом. Если говорить без камуфляжа, это страховка против идеи правительства в изгнании. Те лица, которые инициировали меморандум, чувствуют угрозу возникновения заграничного центра, который постарается перетянуть одеяло на себя. Что на практике означает — еще больше перессорить противников режима как внутри страны, так и за рубежом.

— Похоже на то, что с частью белорусской оппозиции в эмиграцию перекочевал и вечный раздрай… Что происходит в белорусской эмиграции, политической эмиграции?

— Любая политическая эмиграция расколота, тем более если говорить о белорусской. Противоречия, которые мы видим между разными силами и фигурами внутри страны, не исчезают после эмиграции части деятелей, а лишь обостряются там, в зарубежье. Ведь там реальной политики совсем нет (ее и в Беларуси очень мало), и все переносится в виртуальную сферу. Идет сражение имиджей, позиций, обостряется борьба за влияние и ресурсы, и раздрай становится раздраем в квадрате.

Но нельзя говорить, что все беспросветно. Все-таки здравые голоса, инициативы налицо. И Вильнюсский меморандум — шаг в правильном направлении (хотя на него и не стоит возлагать повышенные надежды). И даже то, что не все к нему присоединились, — это тоже положительный итог, конкретный эффект в том плане, что становится яснее, кто есть кто.

— Внутри Беларуси оппозиционное течение также напоминает крыловских лебедя, рака и щуку: ОГП выступает за праймериз, Владимир Мацкевич предлагает объединять здоровые силы движений "За свободу", "Говори правду" и Национальной платформы во главе с триумвиратом Милинкевича, Некляева, Мацкевича. Часть оппозиции готова выдвигать своего кандидата на президентские выборы, но не имеет на руках механизмов. Белорусская оппозиция опять готовится к параду кандидатов?

— Не исключено, что на следующих выборах (когда бы они ни состоялись: в 2015-м или в 2013-ом году) мы увидим тот же парад кандидатов.

С одной стороны, практически все лидеры публично говорят о важности консолидации, о готовности договариваться. Но в кулуарах часто уже безо всякой дипломатии заявляют откровенно: теоретически это правильно, но как мы сядем за один стол вон с теми и теми?

Короче, через амбиции и через взаимную неприязнь, через завалы, нагроможденные за многие годы междоусобицы, белорусская оппозиция сегодня не готова переступить. По крайней мере, значительная ее часть.

Объяснение простое — в сегодняшней ситуации нет ощущения, что, сжав пальцы в кулак, можно нанести режиму решающий удар. Поэтому ни один из лидеров не готов жертвовать личными и корпоративными интересами ради общего дела. Ведь в итоге можно пролететь как фанера над Парижем…

Нет ощущения той исторической минуты, когда можно чем-то пожертвовать, чтобы получить все.

— Вообще действия различных сил в оппозиции напоминают 2010-й год: разгул "демократии", когда каждый считает себя достойнее других, которых и стремится пустить под откос. А последние заявления ЛДП о защите белорусского языка очень логично вписываются в теорию Валерия Костко о формировании трех центров борьбы за власть.

— Что касается ЛДП, то это попытка ребрендинга в новой ситуации. Возможно, в ЛДП ощущают, что власть пойдет на реформу избирательной системы, введет выборы по партийным спискам. А потому следует улучшать имидж, смывать ярлык провластной партии и демонстрировать большую оппозиционность. Акцент на борьбе за белорусизацию — это попытка примерить на себя тогу "свядомых", говоря терминологией Лукашенко.

Однако успех ребрендинга под большим вопросом, потому что ЛДП для большинства лидеров "свядомай" оппозиции остается чужой силой. И, видимо, останется.

Сегодня в среде титульной оппозиции нет большого желания вести коалиционное строительство. Больше шевеления в этом плане наблюдается в лагере умеренной оппозиции, где пытаются договориться между собой движение Милинкевича, гражданская кампания Некляева и Национальная платформа Мацкевича. Здесь же, рядом, и Партия БНФ. Хотя и в этом лагере не все гладко и возможны трения между игроками, потому что у каждого из них свои интересы и амбиции.

Более радикальное, конфронтационное, крыло оппозиции (классификация не моя — Аналитического белорусского центра) находится в более разобранном состоянии. Например, бойкот сблизил ОГП и БХД. Но на самом деле это очень разные и по идеологии, и по тактике, и по мировоззрению, стилю лидеров силы. Поэтому и здесь весьма проблематичны варианты плотного альянса.

На сегодняшний день наблюдается обычная для белорусской оппозиции картина, даже внутри страны — достаточно большая степень раздробленности. Плюс турбулентные завихрения в эмиграции, способные усилить разброд и шатания.

— Психиатр Дмитрий Щигельский да и другие эксперты считают, что выходом из белорусского тупика может стать формирование объединенной оппозиционной силы по типу польской "Солидарности", первым шагом к чему может стать вильнюсская встреча. Выполнимо ли в суровых белорусских реалиях?

— Польская "Солидарность" опиралась на 10 миллионов пролетариев — белорусская титульная оппозиция не имеет такого влияния на трудовую массу. Похоже, пока нет лозунгов, тактических приемов, позволяющих расширять свое влияние. Даже когда возникают выступления рабочих на предприятиях, лидеры протеста стараются дистанцироваться от политической оппозиции.

Теоретически вариант польской "Солидарности" — это было бы здорово. Но та действовала в других исторических условиях, имела колоссальную поддержку со стороны Запада. США и другие страны вкачали бешеные ресурсы, кроме всего прочего, в раскрутку и поддержку "Солидарности". И в Польше к тому же была когорта неформальных лидеров, которые обладали большим моральным авторитетом. В белорусской ситуации и с этим проблемы…

Тут прямые параллели неуместны, хотя наблюдаются и общие черты.

Польских коммунистов подкосили экономические проблемы. Экономический ресурс белорусского режима тоже истощается. И следующий год в этом плане может стать поистине "жесточайшим". Россия поджимает с дотациями, в частности — с нефтью. И на следующий год приходится пик выплат по внешним долгам.

Хотя не стоит ожидать, что резкое падение уровня жизни тут же выведет народ на улицы. Эта теория уже не сработала в 2011 году. Так что оппозиционным стратегам, очевидно, надо думать над веером вариантов — в зависимости от развития ситуации.

— Если президентские выборы грянут уже в 2013 году, то оппозиция, как всегда, окажется у разбитого корыта….

— Я бы не спешил хоронить режим и предвещать коллапс, который может, как теперь можно предрекать, привести к досрочным выборам и, как мыслится, вероятной победе оппозиции уже в 2013 году.

У белорусского режима есть большой опыт выскальзывания из экономических и геополитических клещей. К тому же налицо такой феномен как долготерпение белорусского народа. В этом плане режиму страшно повезло: хоть веревки вей — народ не пикнет.

Впрочем, мы помним, как и 100 тысяч пролетариев выходили еще на площадь Ленина в Минске. В принципе, и само падение Советского Союза показывает, что события могут развиваться молниеносно, и система, которая кажется очень прочной, мгновенно может пойти трещинами.

В такой ситуации оппозиция действительно может опоздать и оказаться у разбитого корыта. Поэтому популярные среди части ее лидеров отмазки: мол, пусть аналитики не дурят нам сегодня голову банальными призывами к единению, это все старомодно, не тот расклад, главное — конкретная работа, а не альянсы, и так далее, — это безалаберные и безответственные разговоры. Уже сегодня стоило бы всем серьезным игрокам и внутри страны, и за ее пределами, может быть, не слишком афишируя, садиться за один стол и договариваться.

Иначе сливки со смены власти снимет Москва. Вот она-то своего точно не упустит!

И отдельный вопрос — Беларусь после Лукашенко. Пока над этим очень мало думают оппоненты режима, им кажется: уйдет Лукашенко — и дальше все будет решаться на автомате. Это иллюзия, потому что после Лукашенко будет тяжелый переходный период, будет крутая экономическая ломка. И в течение нескольких лет надо будет вскочить в окно возможностей, чтобы приблизиться к клубу развитых стран. Иначе это окно захлопнется, и Беларусь может навсегда остаться прозябать в третьем мире.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров