Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Александр Тищенко, TUT.BY

Говоря о миграции внутри страны, мы зачастую имеем в виду людей любого возраста, профессии и уровня образования, которые стремятся попасть в столицу. Кто-то на время, а кто-то навсегда. Но нельзя забывать и о тех, кто покидает Минск и уезжает жить и работать в провинцию. Причины для этого могут быть разные: нехватка денег на покупку жилья, усталость от шумного мегаполиса или, как в истории нашей героини – минчанки Кристины Бобровской, двухгодичное распределение после университета.

– В город Чашники Витебской области я попала после окончания Белорусского государственного технологического университета по специальности "Маркетинг в лесном комплексе" в феврале этого года – рассказывает Кристина. – Как бы банально это ни звучало, но на этапе распределения готовилась я к худшему. Ожидала, что окажусь в какой-нибудь маленькой деревушке с одноэтажными постройками и туалетом на улице. Как выяснилось, на меня, молодого маркетолога, не подало заявку ни одно минское предприятие. Хотя у нас на факультете и говорили о том, что несколько выпускников с хорошими результатами остались-таки в Минске.

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Непосредственно распределение, на котором выпускники узнали о местах будущей работы, прошло двумя месяцами ранее, накануне Нового года – 28 декабря.

Настроение у меня и моих одногруппников в тот день было оптимистичным: смотрели в будущее с верой в лучшее. На выбор мне было предложено два места работы: "Дятловский лесхоз" и "Светлогорский целлюлозно-картонный комбинат". Принципиальной разницы между этими предприятиями я не видела, но "Светлогорский ЦКК" был на слуху, поэтому его и выбрала. Уже в конце марта я оказалась здесь – в Чашниках, в филиале "Бумажная фабрика "Красная Звезда" ОАО "Светлогорский ЦКК".

Живет в Чашниках немногим более 9000 человек. Приехав, я увидела неприметные низкоэтажные здания на фоне пасмурного неба, слякоть и серость. В день моего прибытия было холодно и пасмурно, мне сразу же захотелось обратно домой. Только потом я смогла оценить такие достоинства этого места, как красоту озер, свежий воздух и чистое звездное небо по ночам.

Общежитием меня обеспечили. Сначала вместе со мной в соседней комнате жила Марина (такой же, как я, молодой специалист из моего университета, но приехала она в августе прошлого года, а уже через месяц после моего приезда уехала домой, уйдя в декретный отпуск). После ее отъезда я осталась одна в двух комнатах, поэтому места мне хватает. Не очень удобно то, что кухня находится в общем коридоре. Гости ко мне могут пройти без проблем – никаких жестких ограничений со стороны администрации общежития нет, но и гостей как таковых тоже немного. Еще стоит отметить низкую температуру в здании. Сейчас, с приходом осени, это особенно ощутимо. Первое время мне периодически казалось, что отопление здесь и вовсе отсутствует.

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Работаю я в должности инженера по снабжению. Занимаюсь закупками технического оборудования, автозапчастей и прочего. В обязанности мои входит все в диапазоне от поиска поставщиков до курирования поставок на склад (ну и, конечно, достаточно много рутины – оформление всевозможных документов, договоров и отчетов). Работа моя мне нравится. Особенно когда получаю заявку на сложное техническое оборудование, ведь это требует от меня конкретных умений и понимания (приятно осознавать, что полученные в университете знания не пропадают даром). Далее после получения заявки от меня требуется найти поставщика, который может доставить оборудование на лучших условиях. И все это время я общаюсь с разными людьми, получаю заряд позитивных эмоций и даже комплиментов, а это мотивирует. Я четко осознала, что мне нравится общаться, и я стараюсь быть со своими собеседниками вежливой и тактичной – это важные требования в моей работе. Временами здесь я сталкиваюсь с небрежным отношением к работе. Как оказалось, на государственных предприятиях это встречается довольно часто.

Моя зарплата – немногим более 2 миллионов рублей (это непосредственно на руки, с учетом надбавки за сложность в размере 25% от оклада). Срок окончания распределения – 31 марта 2015 года, так что в Чашниках я задержусь еще на полтора года (впрочем, иногда я задумываюсь о варианте перераспределения в конце года). Конечно, прожить на такие деньги молодой девушке довольно сложно. Мне помогает моя мама, так что о полной финансовой самостоятельности пока что говорить не приходится. Экономить особо не на чем, но и трат немного: развлекательных заведений здесь нет, поэтому расходы значительно ниже, чем были в Минске. Отсутствие ярких эмоций мне удается компенсировать во время визитов домой.

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

В моем распределении я нахожу как положительные, так и негативные стороны. Позитивно то, что приходится все делать самостоятельно: распределять деньги, создавать уют, готовить обеды. Негатив – разлука с дорогими мне людьми. И это даже несмотря на то, что от Чашников до Минска можно доехать на маршрутке в любой день. По времени это занимает 2,5-3 часа, по деньгам – 95 000. Я бываю дома пару раз в месяц. Все важные новости я давно привыкла узнавать по телефону, все общение преимущественно происходит также посредством мобильной связи.

Люди здесь разные, и жизнь каждого видна как на ладони. Очень много родственных связей. Приезд нового человека (чаще всего как раз молодого специалиста по распределению) – важное и интересное событие в повседневной жизни горожан. На второй день пребывания в Чашниках продавец в магазине поздоровалась со мной и при этом назвала по имени, а из небольшого диалога между нами я поняла, что она знает даже, где я живу. Это особенность небольших населенных пунктов, но для меня как жителя густонаселенного города это поначалу было удивительно. Сейчас, когда я нахожусь тут уже больше пяти месяцев, я привыкла, что где бы ни оказалась – обязательно встречу знакомых или коллег.

Вечерами я бегаю на местном школьном стадионе, летом плавала в озерах. Хочу освоить и тренажерный зал, ведь цены на него здесь куда ниже минских (порядка 40 000 за месячный абонемент). Еще вспоминаю английский (он за ненадобностью уже стал забываться). Сказать о том, что здесь я нашла близких друзей, пока я, к сожалению, не могу.

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Минчанка, сосланная в глубинку: Распределение – это узаконенная форма рабства

Если говорить о здешних ценах, то на продукты они не ниже столичных. Гипермаркетов тут нет, поэтому хожу в магазин шаговой доступности. Я живу в отдаленной части города, где много частных одноэтажных домов сельского типа. До центра города можно доехать на общественном автобусе, который ходит один раз в час (стоимость билета – 1700 рублей). Магазинов с одеждой и обувью здесь практически нет.

Молодых специалистов на местных предприятиях можно встретить нечасто, средний возраст работников довольно высокий. Вся молодежь уезжает в Витебск, Минск, очень многие отправляются на заработки в Россию. Получается, что работать откровенно некому, да и многие на рабочих местах не задерживаются из-за неудовлетворенности зарплатой. Оно и понятно: прожить человеку на 200 долларов в месяц – нереально. Проблема алкоголизма здесь также стоит очень остро. Впрочем, этот вопрос актуален для всей нашей страны.

Возможно, кто-то ожидал увидеть в моем рассказе жалобы на то, как здесь тяжело и плохо. Здесь достаточно хороших людей, и к ожидавшим меня лишениям я, в принципе, была готова. Но и радостного вокруг себя я вижу очень мало. В поведении и взглядах на жизнь у людей вокруг чувствуется какая-то отрешенность, осознание безысходности и практически ощутимая тоска.

После истечения срока распределения я, конечно же, планирую вернуться обратно в Минск. И причины этого очевидны: здесь живет моя семья и близкие мне люди. Да и состояться как профессионал в сфере маркетинга в столице у меня больше шансов.

Если же говорить об институте распределения в целом, то я считаю его пережитком прошлого. Сейчас молодых специалистов должны привлекать на новые места работы прежде всего перспектива реализации, высокие зарплаты и достойные условия труда, а не страх перед выплатой государству огромной суммы, потраченной на обучение. Ведь в нашей стране каждому учащемуся гарантировано бесплатное высшее образование. Но разве можно назвать его бесплатным, если после него человек вынужден длительное время работать за гроши там, куда бы он по собственной воле никогда не захотел приехать? Разумеется, нет. На мой взгляд, это в некотором роде узаконенная форма рабства. В данном случае я, как и тысячи таких же выпускников, действую в пределах предлагаемых обстоятельств – не более того.

Новости по теме

Новости других СМИ