На что готова власть ради выборов

Александр Обухович, TUT.BY

"Все могут короли!" Этот немудрящий принцип стал краеугольным камнем белорусской кредитно-денежной политики.

Жупел неизбежной девальвации настолько пугает власть имущих, что в попытках ее хотя бы оттянуть и кадры из страны выталкивают, и перспективами не только развития, но и просто выживания страны жертвуют. Неужели только ради перспектив на выборах 2015 года?


Закат экономики вручную

Экономика Беларуси считается хорошо управляемой. В основе этого заблуждения лежит подавляющая доля госсектора в ней, абсолютная зависимость директора госпредприятия от вышестоящих инстанций, приоритет "государственной необходимости" (в основном – сиюминутной, да еще и в чиновничьей трактовке) над нормами законодательства и законами развития экономики.

Экономика любой страны – живой организм, чутко реагирующий как на внешние условия, так и на методы управления ею. И не любое насилие простит. Нелепая уверенность наших властей, что должности дают право насиловать экономику по своему усмотрению, как раз и завела нашу экономику в нынешнее болото. Поскольку пресловутое "ручное управление" осуществляется без серьезного анализа, как правило – на основании осенившей кого-то "идеи" или просто каприза.

Соответственно, уж очень часто негативные побочные последствия таких волевых решений перевешивают пользу от решения. Примерами могут быть и пресловутое постановление № 240/5, и строительство фабрики по производству бумаги, которое подрезало сырьевую базу множества мелких частных деревообрабатывающих производств, и организация производства "мраморного мяса". Да и неуклюжие действия властей в истории с "Коммунаркой" имели явно больше негативных последствий для имиджа страны и взаимоотношений с иностранными инвесторами, чем пользы от таких демонстраций.

Управляемость экономики нашей страны – заблуждение, поскольку для эффективного управления нужно как минимум понимать цель и иметь ресурсы для достижения этой цели. А у нас – ни цели, ни ресурсов.

Ну что можно считать среднесрочной целью в развитии нашей экономики? Вписать ее в российский рынок на правах независимого анклава? Со своей государственностью и социальной политикой? А на нашу версию Россия согласна? При инкорпорации нашей экономики в российскую господство российского капитала неминуемо, и на особо пышную государственность денег не будет. Да и на "социально ориентированное государство", похоже, тоже.

Вписаться в мировую экономику как самостоятельный игрок? Я уже писал, что для этого требуется эффективно проинвестировать 50-60 млрд долларов. Внутри страны источников для таких инвестиций нет и в рамках нынешней модели не предвидится. И эффективно инвестировать мы не умеем.

"Валютный голод" у нас надолго. И Запад, и Россия настаивают, чтобы мы "жили по средствам". Значит – собственных ресурсов для достижения каких-то амбициозных целей не будет долго. А что без ресурсов мы собрались строить?

Да, в условиях развала начала - середины 90-х особо выбора методов управления и не было. Но то, что было спасением в условиях развала и открытых ненасыщенных рынков соседей, стало препятствием для развития страны в условиях насыщенных рынков и активной защиты всеми государствами (включая наших союзников) своих внутренних рынков от иностранной конкуренции. А тут еще и "нефтяной шок" - резкий рост цен на энергоносители.


Особенности национальной девальвации


Собственно, с "нефтяного шока" и началась наша эпопея с девальвациями. В 2009 году. И дело даже не в самих девальвациях: многие страны, особенно небольшие, переживали их не раз, и никакой особой трагедии при этом не испытывали. В Латинской Америке вообще девальвации – как у нас дождик. Неприятность, не более.

Но у нас проблема курса национальной валюты имеет национальный колорит. Поскольку, как и ранее в СССР, политика и идеология имеют у нас приоритет перед экономикой. Объявив "белорусскую модель" шедевром и образцом для подражания, власть пытается объяснять населению необходимость девальваций то мировым кризисом, то быстрым ростом цен на энергоносители. В любом случае – временными внешними трудностями.

В 2009 году удалось. Поворчали – и смирились. Тем более что в 2010 году быстро росли и зарплаты, и доходы. Курс доллара, исходя из политических и идеологических императивов, поддерживали почти стабильным. Хотя экономически обоснованный курс непрерывно рос. Стимулировали импорт, финансировали не производство – потребление. Расплата наступила в 2011 году.

Думаю, ход развития экономики в 2012-2013 г.г. неопровержимо доказал: наши проблемы не во временных трудностях. "Белорусская модель" обанкротилась и функционировать в сложившихся условиях не может. От скатывания на уровень Гондураса или Сенегала нас может спасти только быстрый рост нетрадиционного экспорта и, на его базе, структурные реформы в экономике. Но пока наше правительство демонстрирует полную неспособность даже толком сформулировать задачи. Не то что их решать.

Не имея возможности увеличить предложение валюты, наши финансовые власти приняли меры по сокращению рублевой массы. Досокращались до того, что наше М2, денежная масса в обращении, на душу населения в 6 с лишним раз меньше, чем в России, и на единицу ВВП - в 3 раза меньше! При том, что в России многие специалисты доказывают (и доказывают убедительно), что для реиндустриализации страны денежная масса и предложение денег должны быть резко увеличены. Да и опыт развитых стран, где М2 больше или равно ВВП (Россия – 45%, Беларусь – 15%), показывает, что такое сжатие денежной массы – как минимум препятствие для роста.

Совсем другой вопрос, что экономика как России, так и Беларуси лишние деньги отторгает. В России это ярко проявилось в 2009 году, когда массированный вброс денег в экономику даже не притормозил ее падение. Российский ЦБ прав, когда считает, что дополнительная эмиссия только разгонит инфляцию и увеличит отток капитала за рубеж. Поскольку у нас работает в основном государственный капитал (и нет его оттока за рубеж), наряду с разгоном инфляции лишняя эмиссия приводит к усилению девальвационного давления. Так что и позиция нашего Нацбанка выглядит обоснованной.

Противоречие между недостатком денег в обороте и их отторжением экономикой - только кажущееся. Главная экономическая проблема как России (в меньшей степени), так и Беларуси (в большей степени) – отсутствие спроса, не позволяющее деньги инвестировать с толком. Вновь создаваемые производства оказываются не в состоянии преодолеть конкуренцию импорта даже на внутреннем рынке. Не говоря уже о рынках других стран. В России ситуация смягчается непрерывным притоком природной ренты. Что позволяет поддерживать уровень жизни населения и высокий внутренний спрос. (Правда, в значительной степени на импорт.) У нас лишние деньги сразу идут на биржу и на финансирование роста запасов на складах.

Наша проблема усугубляется "валютным голодом", который сформировался на базе "нефтяного шока" и насыщения рынков сбыта для традиционной номенклатуры нашего экспорта. Существенную роль в его формировании сыграл и рост потребности населения в валюте, вызванный общим ростом уровня жизни. А в последние годы стремительно растет промежуточный импорт: мы все больше переходим на примитивную "отверточную сборку" из дешевой китайской комплектации. Что стратегически уже проигрышно: на мировых рынках мы все равно не сможем конкурировать в этом секторе с Бангладеш, Филиппинами, Тунисом, Гондурасом.

Для нашей страны с размером ее населения и его претензией на уровень жизни не ниже, чем у соседей, с ее уровнем развития социальной сферы, с необходимыми расходами на содержание инфраструктуры, с ее дефицитом валюты объемы производства и экспорта товаров и услуг заведомо недостаточны. Наш ВВП на душу населения в 3 раза меньше, чем в Чехии и почти в 10 раз меньше, чем в Дании или Австрии, странах, сравнимых с нашей по населению и не имеющих существенной природной ренты.

Но традиционные рынки нашего традиционного экспорта насыщены и нужного объема спроса дать не могут. Впрочем, даже в максимах "Вашингтонского консенсуса" отмечено: выходить из кризиса необходимо в том числе за счет развития нетрадиционного экспорта. А значит – необходимо создавать новые производства.

Раньше, в советские времена, мы хотя бы умели строить предприятия и создавать производства. Судя по тому, что для создания простейшего деревообрабатывающего производства сегодня у нас уходит 6-7 лет, уже разучились. А выстраивать бизнес на базе имеющихся производств так и не научились. Даже и задача такая не ставилась.

А ведь в рыночной экономике предприятие может существовать только как часть бизнеса. Мы видим, как на Западе предприятия легко сбрасывают производства на аутсорсинг, если это позволяет увеличить эффективность их бизнеса. Зато за контроль над своими рынками сбыта они сражаются насмерть.


Ляжем все

Наши предприятия, сосредоточившись на производстве, позволяют строить бизнес на своей работе другим. Своим "дилерам", поставщикам, а зачастую – директорам и снабженцам. Причем сами предприятия при этом только беднеют.

При том при всем наше население в целом отнюдь не бедствует. Машины, квартиры продаются, кафе, рестораны, концерты звездной попсы не пустуют. Дворцы, арены, торговые центры строим. И, в первую очередь среди молодежи, возникла мода на некоторую отстраненность от проблем государства. Мол, государство там где-то бодается со своими проблемами, а я уж как-нибудь на себя и свою семью заработаю.

В какой-то конкретный промежуток времени – возможно. Но если в стране длительное время стагнация, она достанет всех. Кого-то раньше, кого-то позже. Те, кто связан с производством, столкнутся с дороговизной кредита и общей потерей конкурентоспособности предприятий. Торговля, услуги будут страдать от общего падения платежеспособного спроса. Государственные служащие – от недостатка денег в бюджете. И даже интуитивное понимание этого стимулирует отъезд.

Дж.М.Кейнс писал:

Если в потенциально богатом обществе побуждение инвестировать слабо, тогда, несмотря на его потенциальное богатство, действие принципа эффективного спроса заставит это общество сокращать объем производимой продукции, пока оно не станет настолько бедным, что значительно сократившийся излишек дохода над потреблением придет в соответствие с его слабым побуждением к инвестированию.


Короче говоря, без инвестиций невозможно даже долго сохранять уровень жизни и производства.

У нас ситуация еще хуже. У нас превышение потребления над доходами. Мы продолжаем проедать свою страну. И имеющиеся предприятия, и залезая в долги. Кто будет их отдавать, если работоспособные уедут? Пенсионеры?

Ни жесткая кредитно-денежная политика, ни кредиты МВФ или ЕврАзЭС нас из кризиса не выведут. И хаотические метания власти – тем более. Сегодня экономика страны уже неуправляема. Нужна программа и ее финансирование. Нельзя будет иначе – и за счет девальваций. Только вот нынешнее правительство ни разработать такую программу, ни тем более ее реализовать заведомо не сможет. Им бы "день простоять, да ночь продержаться", да запустить приватизацию того, чем сами управлять не в состоянии.

Новости по теме

Новости других СМИ