Новой девальвации хватит на полгода-год

Владимир Артюгин, bel.biz

Недавно правительство Беларуси "нашло" новый источник дешевых ресурсов для белорусской промышленности – внешние рынки.

Причина понятна – вот уже два года как стоимость рублевых кредитов в 2-3 раза (и даже более) выше стоимости валютных кредитов. И это при практически неизменном курсе! Соответственно доля валютных кредитов в общей массе выросла с трети до половины. А за эти два года их количество в общей массе составило 60% от общего объема.

Учитывая, что значительная часть рублевых кредитов является льготными, можно говорить о том, что белорусские рубли в Беларуси перестали восприниматься субъектами хозяйствования как инвестиционный ресурс, сохранив за собой только функцию оборотных средств.

А еще белорусские рубли превратились в источник заработка для владельцев свободных средств, породив иждивенческие настроения в обществе.
Девальвация "с запасом" 2011 года обеспечила белорусской экономике «задел» на год (до середины 2012 года), еще один год экономика находилась в неустойчивом равновесии, постепенно накапливая негатив от искусственного сдерживания обменного курса. Но после "паники" июля 2013 года стало ясно, что лимит "запаса" исчерпан, и удержание курса стало возможно только с помощью высоких процентных ставок и "перехватывания" Нацбанком валюты на внешних рынках. К тому же, чтобы как-то сократить давление на валютный рынок, рост кредитного портфеля был законодательно остановлен. Вот для того, чтобы обеспечить белорусской экономике возможность хоть как-то работать, и был предложен вариант – "поискать" деньги за границей.


Валютные кредиты сами по себе несут большую опасность

Они связывают руки государству и экономике, резко снижая эффективность такого инструмента, как девальвация. А получение валютных кредитов на внешних рынках опасно вдвойне, так как у государства нет возможности "помочь" своему субъекту хозяйствования. К тому же дешевые кредитные ресурсы облегчают проникновение на чужие рынки, то есть импортеры таким образом получают преимущества перед отечественными производителями. А еще внешние валютные кредиты являются опасным "конкурентом" внутренних валютных кредитов, так как белорусские банки изначально неконкурентны не только с европейскими, но и даже российскими.

Наглядным примером является Россия, где сумма внешнего долга субъектов хозяйствования около 450 млрд. долларов США (для сравнения, ВВП – 2 трлн. долларов США, а ЗВР – около 500 млрд. долларов США). С весны 2013 года в России начался спад экономики, и, чтобы простимулировать производство, "державное правительство" попыталось ослабить российский рубль. Но после того как курс достиг уровня в 33 российских рубля за доллар США, был "включен задний ход". Курс "откатился" до 32 рублей за доллар США. И больше о девальвации, как о способе "разогреть" российскую экономику, ничего не говорится.

Причиной явились большие объемы внешней задолженности у субъектов хозяйствования.

И объяснение этому то же, что и в Беларуси – стоимость рублевых ресурсов в России значительно выше, чем на внешних рынках. Поэтому крупные предприятия и берут внешние кредиты. Вступление России в ВТО еще больше упростило этот процесс. Баланс такие предприятия-заемщики ведут в валюте.

Не все участники рынка в случае ослабления рубля имеют возможность компенсировать свои потери (в валюте) за счет роста цен, к тому же рост цен тут же отразился на инфляции. Из-за ослабления российского рубля доходы предприятий в валюте стали снижаться, что могло сказаться на их отношениях с иностранными кредиторами. Поэтому когда в России началось ослабление российского рубля, то первыми "заволновались" именно они. А так как крупные предприятия имеют возможность оперативно донести свою позицию до правительства, то и ослабление рубля было сразу же приостановлено.

Получился парадокс: в России стоимость российского бензина, полученного из российской нефти на российских нефтезаводах, оказалась привязана к курсу доллара США!


И не только бензин, но и многие другие товары, цены на которые не должны были измениться (или практически не меняться) в случае ослабления рубля на 10%.

В России стоимость рублевых ресурсов составляет 10-15%, и то говорится о высокой стоимости, "убивающей" бизнес. Что говорить о Беларуси, где стоимость рублевых ресурсов превышает 50%? До поры эта проблема не была такой острой, так как многие госпредприятия имели возможность получать рублевые ресурсы по льготным ставкам, привязанным к ставке рефинансирования. Но после ограничений в росте кредитного портфеля не более 1% в месяц, проблемы появились и у госпредприятий.

Конечно, на какое-то время внешние кредиты могут помочь, но что будет дальше? Руководство Беларуси упорно не желает рассматривать девальвацию белорусского рубля как способ вернуть равновесие в разбалансированную экономику. Некие "высшие соображения" вынуждают искать другие решения, позволяющие "решать" проблемы сейчас, пусть и еще большей ценой в будущем.

Сама по себе девальвация не решит всех проблем. Максимум, на некоторое время она сбалансирует валютный рынок, позволит предприятиям разгрузить склады и обеспечит более-менее стабильную работу на полгода-год.

А дальше?

Девальвация должна быть системно увязана с реформой стоимости рублевых ресурсов (ставка рефинансирования или другой ориентир для бизнеса), с обеспечением равных возможностей для предприятий всех форм собственности, со стабильностью законодательства, отменой правила "заднего числа" и др. Иначе периодический кризис можно закладывать в любое планирование.


Справка.

Владимир Артюгин. Главный редактор журнала "Валютное регулирование и ВЭД". Окончил БГУ. Трудовую деятельность начал на Белорусской фондовой бирже, затем работал в экономической сфере на коммерческих предприятиях. Имеет ученую степень кандидата физико-математических наук.

Новости по теме

Новости других СМИ