Почему гендиректор "Уралкалия" уже не нужен Лукашенко

политический обозреватель Вадим Дубнов, РИА "Новости"

Президент Беларуси Александр Лукашенко не исключает экстрадицию задержанного в конце августа гендиректора "Уралкалия" Владислава Баумгертнера при условии проведения необходимых расследований в рамках закона.

"Если российские следователи будут заинтересованы в экстрадиции российского гражданина Баумгертнера, который нами задержан, то я здесь не вижу особых препятствий. Мы за него абсолютно не держимся", — сказал Лукашенко на совещании по внешнеэкономическим вопросам.

Днем раньше первый вице-премьер Беларуси Владимир Семашко заявил: "Белоруссия готова сотрудничать с российской компанией "Уралкалий" при любом собственнике". "Мы имеем позитивный опыт сотрудничества с "Уралкалием", и сотрудничество всегда приносит хороший результат", — сказал вице-премьер.

Судя по этим двум заявлениям, скандал, разгоревшийся после разрыва союза двух калийных гигантов, — российского "Уралкалия" и белорусского "Беларуськалия", — близится к завершению, а имя этого "любого собственника" белорусской стороне уже, возможно, известно.


Политика обид

Владимир Баумгертнер, улетавший в Москву после переговоров с пригласившим его премьер-министром Беларуси Михаилом Мясниковичем, был задержан 26 августа при посадке на рейс в минском аэропорту. Некоторые белорусские наблюдатели объясняли задержание вспыльчивым нравом белорусского президента. Ему, как они полагали, могли доложить о неутешительных для Белоруссии итогах встречи российского топ-менеджера с премьером Беларуси Михаилом Мясниковичем. Возможно, даже передали что-нибудь из сказанного московским гостем, и президент обиделся.
Однако личная и эмоциональная мотивация белорусского президента, как показывает практика, довольно часто оказывается политически выверенной.

Обидеться было, конечно, за что. Объединение экспортных мощностей "Уральского калия" и "Белорусского калия" поначалу происходило в пользу белорусской стороны. В 2005 году, в момент создания совместного и эксклюзивного трейдера, Белорусской калийной компании (БКК), доля белорусов в продажах составляла 60 процентов, россиян — 40 процентов. Это соответствовало производственным мощностям участников: "Беларуськалий" производил тогда 7,9 миллионов тонн хлористого калия в год, "Уралкалий" — 5,4 миллиона тонн.

Однако в 2010 году под контроль "Уралкалия" перешла российская компания "Сильвинит", третий крупнейший производитель калия на постсоветском пространстве, что сделало российскую сторону доминирующей в экспортном соотношении. В 2012 году доля "Беларуськалия" в совместных продажах была уже ниже 48 процентов.


Лукашенко торгуется, но не продает

Белорусская сторона изменением пропорций была недовольна, но полемика на этот счет шла без крайностей. Более того, когда в 2011 году Сулейман Керимов выказал намерение купить контрольный пакет "Беларуськалия", Минск не возражал, выставил цену в 15 миллиардов долларов и даже предлагал кредит в миллиард долларов в счет будущих поставок по фиксированным ценам.

Однако уже на следующий год Минск раздумал продавать "Беларуськалий". А к концу 2012 года Лукашенко и вовсе своим указом отказал БКК в эксклюзивном праве на экспорт.

Впрочем, к этому времени обе стороны своими обязательствами торговать только через БКК уже особенно и не тяготились. Они даже не слишком уличали друг друга в этом, и, по сути БКК свою основную функцию перестал полноценно исполнять уже за год до того, как в июле 2013 года "Уралкалий" заявил о разрыве отношений с "Беларуськалием".

То, что формальной причиной было названо нарушение белорусами своих "эксклюзивных обязательств", обидело Минск куда меньше, чем заявление Баумгертнера о смене торговой политики:

Доля рынка "Уралкалия" будет увеличиваться, и она будет силовым образом отбираться у других игроков за счет наших естественных конкурентных преимуществ — это очень низкая себестоимость, способность расширять наши производственные мощности, привлекательное географическое положение.


Белорусская сторона лучше других понимала, что Баумгертнер знает, что говорит.

Возможно, Керимов играл на понижение в надежде на то, что Лукашенко только бы и оставалось продать ему "Беларуськалий". Керимов был не первым российским олигархом, пренебрегшим печальным опытом российских предшественников, пытавшихся купить у Лукашенко то, что продавать он совершенно не собирался.


Сечин в Минске

Однако, если это и так, то, судя по всему, керимовская составляющая в этой интриге отнюдь не единственная, и, может быть, даже не главная.

Неожиданный отказ от продолжения футбольного чуда "Анжи", которое обошлось Керимову, по самым скромным подсчетам, в сумму около полумиллиарда евро, навел многих наблюдателей на подозрение о проблемах олигарха. Причем отнюдь не только на уровне Дагестана.

Примерно в это же время белорусские наблюдатели обратили внимание на повышенное внимание, которым стала пользоваться республика у руководителя "Роснефти" Игоря Сечина. Сюжет с калием развивался одновременно с переговорами Сечина и Лукашенко в начале сентября. Как говорят местные наблюдатели, "Роснефть" заинтересована в получении права эксклюзивных поставок нефти на белорусский нефтекомплекс, а также в приобретении Мозырского нефтезавода. Кроме того, в планах "Роснефти" — поставки газа на еще один гигант Белоруссии, гродненский "Азот".

Предположения о том, что заинтересованность Сечина белорусской химией может включать в себя и калий, в Минске высказывались еще до ареста Баумгертнера.


Бенефициары

По поводу вызывающего задержания Баумгертнера Москва, которая обычно столь внимательна к юридическим проблемам соотечественников за рубежом, и даже советует некоторым из них сторониться заграницы, была на удивление сдержана. Обещания вице-премьера Аркадия Дворковича снизить (весьма незначительно) поставки нефти в Белоруссию и стандартные для таких историй угрозы санитарного врача Онищенко как-то быстро забылись.

Москва не пошла на обострение, к которому ее приглашал Лукашенко.


Что думают эксперты

Тут ведь наблюдалось и еще одно яркое совпадение. У Беларуси опять заканчиваются деньги. Схема с продажей в Европу российских нефтепродуктов под видом растворителей без уплаты России экспортной пошлины давно разоблачена. Последние деньги от нее, как подозревают белорусские экономисты, идут на то, чтобы максимально оттянуть девальвацию белорусского рубля. Новых схем нет, и под вопросом выделение очередного транша кредита ЕврАзЭС.

Москва в это время вступает в торговую войну с Украиной. А попытки переубедить других постсоветских соседей, намеревающихся в ноябре в Вильнюсе парафировать соглашения об ассоциации с Евросоюзом, вот-вот обернутся очередной ссорой с Европой.

Для Лукашенко время таких ожиданий — время нервировать Москву. Хотя бы самой возможностью сказать, что его тоже не совсем устраивает Таможенный союз. И Москва это, похоже, понимает, и на провокацию не поддается. Зачем скандалить, если в мирном решении предлагается ощутимая выгода, и можно полюбовно решить вопрос с "Уралкалием".

Судя по всему, с кредитом проблем не будет. И, похоже, имя нового владельца пакета "Уралкалия" мы узнаем очень скоро. И Владимиру Баумгертнеру в белорусской тюрьме под названием "Американка" делать больше, действительно, нечего.

Новости по теме

Новости других СМИ