Избежать девальвации любой ценой

Александр Обухович, "БелГазета"

Когда глядишь на судорожные метания нашей власти в попытках вытащить страну из созданного ею же экономического кризиса, первое, что бросается в глаза, - отсутствие какого бы то ни было плана, стратегии страны в столь непростой обстановке. А сегодня вообще все усилия власти направлены лишь на попытки избежать очередной масштабной девальвации.

Казалось бы, научный и интеллектуальный потенциал нашей страны (БГЭУ, 2 экономических НИИ, десятки кафедр экономики в вузах, сотни докторов и кандидатов экономических наук) должен был бы привести к формированию нескольких альтернативных стратегий для страны с последующим их обсуждением и сравнением. Так, чтобы политическое руководство страны могло бы осознанно выбирать.

Только нет ничего. Мантры либералов и ностальгические вздохи адептов Госплана не в счет: за ними нет расчета. Ни хода процесса, ни анализа вероятного воздействия на нашу экономику внешних сил. На пике кризиса президент даже обратился к белорусскому научному сообществу за помощью. Но его "А что если я ошибаюсь?" вполне дезавуировано идеологическими службами, стремящимися не допустить распространения любой критики принимаемых властью решений.

Собственно, в немалой степени виновата в сложившейся ситуации и власть: Николай Снопков, министр экономики, как-то похвалялся, что независимые экономисты не смогут подготовить никаких программ, поскольку не располагают необходимой информацией.

Как всегда, тайна остается основным оружием сохранения всевластия бюрократии. Даже сегодня, когда кризис и отсутствие перспектив выхода из него самой же бюрократии и угрожает.

Как результат - сегодня в стране нет ни одного центра, способного разработать страновую стратегию. Тем более что в погоне за «показателями» статистическая информация Белстата серьезно искажена и, как правило, для расчетов непригодна. И само же правительство, поддерживающее практику рисования показателей, оказывается лишенным объективной информации для подготовки и принятия решений.

Как пример: НИЭИ считает, что импортоемкость продукции у нас колеблется от 35% до 50%, Нацбанк оценивает импортоемкость ВВП в 66%.

Конечно, сам наш кризис, по крайней мере в своей главной части - "валютном голоде", - спровоцирован внешним воздействием.

Частью - стремительным ростом цен на нефть и энергоносители (что привело к росту потребности в валюте, в т.ч. социальной сферы и аппарата госуправления), частью - ростом потребности в валюте населения в связи с ростом его доходов.

Реальный сектор в архаичной, еще советской структуре, с изношенными, остро нуждающимися в модернизации основными фондами покрыть этот рост потребности страны в валюте оказался не в состоянии. Прошлый год показал, что рост объемов производства возможен, но рынков сбыта для дополнительно произведенной продукции нет.

Разумеется, российская нефтегазовая подпитка несколько смягчила потребность страны в валюте. Вероятно, на $2 млрд. в год. При общем дефиците в $9 млрд. Но снизить девальвациями уровень доходов населения не удалось: квалифицированной дешевой рабочей силы в Беларуси мало. Уровень ее оплаты определяется сегодня ситуацией на рынке труда России.

Однако с 2002г. по 2012.г средний уровень оплаты труда в России вырос на 472% (среднегодовой темп роста - +21,1%). Заметим, при очень скромном росте производительности труда! И под это мы вынуждены подстраиваться.

Россия, направив часть природной ренты на повышение доходов граждан, одновременно решала и проблему дефицита трудовых ресурсов в промышленности и строительстве. За наш счет. Правда, теперь Минэкономразвития РФ не прогнозирует роста зарплат до 2030г., но обоснованность прогнозов и там сомнительна.

И что за рецепты в такой ситуации родила наша "экономическая мысль"? "Рост объемов производства и экспорта". В прошлом году попробовали - "с шашками наголо". Получили рост дебиторки и на складах готовой продукции. Заморозили ресурсы. Валютная выручка реально выросла незначительно.

"Жесткая кредитно-денежная политика". Поддерживая завышенный курс рубля к доллару, ужали денежную массу. До 15% ВВП. В России - 45% ВВП, на Западе - более 100% ВВП, в Китае - 200% ВВП. Получили у себя падение объемов, волну неплатежей, рост убытков.

Кстати, не уверен, но думаю, что быстрый рост экономики возможен при денежном агрегате М2 более 100% ВВП и заниженном курсе национальной валюты. Естественно, при поддержке государством совокупного спроса.

"Модернизация". При таких ставках кредитов и при лимитах на кредиты иначе чем издевательством назвать нельзя. Даже те скудные ресурсы, что направляют на модернизацию ведущие экспортеры, используются нерационально. Что и как собираются модернизировать масса убиваемых небольших предприятий, знает только вице-премьер и главный "модернизатор" Петр Прокопович.

"Приватизация". Приватизировать доноров бюджета - без нужды как-то и не хочется. Минэкономики носится с идеей распродать небольшие предприятия - так некому. Да и a priori небольшие предприятия работают на внутренний рынок. А тут волна неплатежей от "жесткой кредитно-денежной политики" разоряет и имеющиеся частные, и госпредприятия.

Вкладывать деньги в покупку и модернизацию убитых предприятий, к тому же уже почти не имеющих квалифицированных трудовых ресурсов, много желающих быть не может.

Последняя "фишка" провластных экономистов - "слишком быстрый рост капитальных затрат". Это - те самые люди, которые в начале кризиса рекомендовали продать БелАЗ угольной компании. А теперь даже не подозревают, что наши капитальные затраты все еще меньше амортизации. Конечно, часть из них используются нерационально. Но чтобы выбраться из кризиса, капитальные затраты необходимо увеличить в разы.

Отсутствие промышленной политики - тоже политика. Только гнилая. Нам не указы и постановления с последующими разносами и увольнениями нужны, а страновая стратегия, промышленная политика, механизм анализа рынков и освоения производств под выявленные ниши. А к такой работе не готовы не только власти, но и наша "экономическая мысль". А волшебников и волшебных "моделей" нам, похоже, уже хватит.

Новости по теме

Новости других СМИ