"Расстреляв в год два-три человека, убийства не предотвратишь"

Александр КОКТЫШ, svabodaby.net

Гражданской кампании "Правозащитники против смертной казни в Беларуси" исполнилось 5 лет.

Почему в нашей стране навязчиво держатся за смертную казнь? Сможем ли мы избежать криминальных смертей сограждан в обозримом будущем? На эти и другие вопросы отвечает известный юрист, правозащитник, в прошлом судья и адвокат Гарри Погоняйло.

При наличии смертной казни дорога в Совет Европы закрыта

– Сравнительно недавно Эдуарду Лыкову, которому инкриминировали убийство в состоянии алкогольного опьянения, вынесли наказание в виде смертной казни...

– Наше государство упорно продолжает практику осуществления смертных казней. И делает это вопреки развитию цивилизации. Уже более 150 стран мира исключили подобную меру наказания из своих законодательств. Скажу больше: Беларусь осталась в "гордом" одиночестве в Европе, практикуя смертную казнь. Сегодня авторитарный режим Беларуси использует эту дискуссионную тему для популистских манипуляций с общественным сознанием и политических спекуляций с европейскими странами.

Но реальность такова, что по указанной причине мы даже формально не можем претендовать на вступление, к примеру, в Совет Европы, куда уже вошли все республики европейской части бывшего СССР, в том числе Россия.

– Основной довод приверженцев смертной казни в Беларуси таков: наказание дает так называемый воспитательный и сдерживающий эффект. Мол, одного расстреляем за особо тяжкое преступление, другим неповадно будет.

– По нашему мнению, при наличии в законодательстве Беларуси ещё одной исключительной меры наказания в виде пожизненного заключения за особо тяжкие насильственные преступления казнь двух-трех осужденных в течение года не влияет ни на криминогенную ситуацию, ни на уголовно-судебную практику. Навязываемый нам миф о том, что смертная казнь является сдерживающим фактором и обладает устрашающим эффектом, не подкреплятся ни статистическими данными, ни научными исследованиями в области криминологии и криминалистики. Об этом говорится и в решении Конституционного Суда Республики Беларусь 2004-го года.

Хочу отметить и другое: с момента проведения в нашей стране ноябрьского референдума 1996 года, на котором граждане в большинстве своем проголосовали за сохранение смертной казни, в настроениях людей по отношению к такому виду наказания произошли существенные изменения. По результатам недавно проведенного в Беларуси (2013 г.) социологического опроса , 31% респондентов однозначно выступили против смертной казни. Исследование проводилось сотрудниками ЧУП "Центр системных бизнес-технологий САТИО" по заказу международной организации Penal Reform International, интервью взято у 1100 граждан разного возраста, национальности, социального статуса и места жительства. Показательно, что в качестве главного аргумента в поддержку введения моратория на смертную казнь или её отмену была указана возможность снижения риска совершения непоправимой судебной ошибки (72,2%). (Электронная версия отчета размещена на сайте)

– Можете подтвердить это конкретными доводами и примерами?

– За двойное убийство, совершенное ещё в 2002 году тем же Эдуардом Лыковым в деревне Новая Гожа Гродненской области, в своё время был осужден невиновный. Он успел уже отсидеть 7 лет, пока сам Лыков не сообщил следственным органам о том, что убийца именно он.

Важным аргументом может служить и то, что 49,4 % респондентов вышеупомянутого исследования рассматривают пожизненное лишение свободы как адекватную альтернативу смертной казни.


"НЕ ГОСУДАРСТВО ДАРИТ ЖИЗНЬ ЧЕЛОВЕКУ И НЕ ЕМУ ЕЁ ОТНИМАТЬ"

– По информации наших правозащитников, первый и единственный случай отмены смертной казни произошел в 2003 году, когда ее заменили обвиняемому на 15 лет лишения свободы.

– Случай, который вы упомянули, действительно имел место и, видимо, речь идет о деле Х. Он был осужден за ряд убийств и приговорен к расстрелу.

Этим делом я занимался, будучи членом РПОО "Белорусский Хельсинкский Комитет". От имени Х. мы подготовили и направили в Комитет по правам человека ООН жалобу на нарушения Республикой Беларусь его прав, в том числе права на справедливый суд. Одним из серьёзных нарушений по этому делу являлось то, что разыскиваемого подозреваемого Х. наши оперативные службы нашли в соседней России и фактически выкрали его, пренебрегая установленной в межгосударственных отношениях правовой процедурой – экстрадицией (выдачей преступника).

Когда жалоба была признана приемлемой, и Комитет по правам человека направил её для комментария белорусской стороне, в Верховном Суде очень быстро (что называется от греха подальше) рассмотрели протест, внесенный его председателем Сукало В.О. Приговор по делу изменили и, не упоминая о допущенных нарушениях, связанных с процедурой экстрадиции, заменили расстрел на 15 лет лишения свободы. Это было максимально возможное наказание вместо назначенной судом исключительной меры – расстрела с учетом действия закона во времени (преступления были совершены ещё до введения в силу норм уголовного законодательства, предусматривавших более длительные сроки лишения свободы, в том числе пожизненное заключение).

К слову сказать, это был один из редких случаев замены смертной казни Верховным Судом.


"У МЕНЯ БЫЛИ СОМНЕНИЯ"

– Скажите, Гарри Петрович, а лично вам как судье приходилось выносить смертные приговоры?

– Будучи народным судьей Быховского района Могилевской области (1971-1976 гг.), я не рассматривал дела об убийстве при отягчающих обстоятельствах, и по этой причине не мог принимать решения как о назначении смертной казни, так и об её отмене.

Безусловно, те судьи, которым приходилось принимать решения о наказании в виде смертной казни, испытывали определенные переживания, эмоции, душевные страдания и просто сомнения в правильности сделанного выбора, по которому человек, пусть и жестокий убийца, будет лишен жизни по приговору суда именем государства.

В связи с этим вспоминается конкретный случай – так называемое "Мозырское дело" (1982-1983 гг.), когда на одном из озер Мозырского района браконьеры убили сотрудника прокуратуры и рыбинспектора. Дело получило всесоюзную огласку. Оперативные и следственные работники хотели раскрыть это преступление как можно быстрее, чтобы виновные предстали перед судом. Вскоре личности шестерых обвиняемых были установлены, и последние оказались на скамье подсудимых.

Дело принял к своему производству Верховный Суд Беларуси. Общественность требовала исключительной меры наказания виновным – расстрела, но суд приговорил основных фигурантов к 15 годам лишения свободы, других – к меньшим срокам. А через некоторое время было установлено, что осудили невиновных, что преступление совершили трое братьев Коновальчуков и двое сыновей старшего из них. На этот раз старшего Коновальчука суд приговорил к расстрелу, а осуждение невиновных стоило должностей Генеральному прокурору республики, Министру внутренних дел БССР и судье, председательствовшему по делу. В интервью корреспонденту газеты "Известия" Николаю Матуковскому судья на вопрос, почему из тех ранее осужденных никто не был приговорен к расстрелу, ответил : "У меня были сомнения".

Напомню: по известному "Витебскому делу" серийного убийцы Михасевича невиновного Тереню успели расстрелять, а ещё 14 человек незаконно отбывали назначенные судами Беларуси длительные сроки лишения свободы, пока в отношении их не были отменены обвинительные приговоры.

– Вы сами присутствовали при выполнении "расстрельных" приговоров?

– Сам я лично при исполнении смертных приговоров не присутствовал. Судей, вынесших подобную меру наказания, слава Богу, на эту процедуру не приглашают. Известно, что е совершают тайно в присутствии начальника СИЗО, прокурора и тюремного врача.

В своих решениях Комитет по правам человека ООН неоднократно отмечал, что существующая в Беларуси процедура исполнения смертной казни является нарушением статьи 7 Международного пакта о гражданских и политических правах. Согласно данной статье, никто не должен подвергаться пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему его достоинство обращению или наказанию.


УСТРАШАЮЩИЙ ЭФФЕКТ НЕ СРАБАТЫВАЕТ

– Сейчас 23-летний житель Вилейки Павел Селюн осужден Гродненским областным судом к смертной казни за убийство двух лиц, совершенное с особой жестокостью (издевательство над трупом). Стоит ли таких миловать?

– Каждое преступление должно быть наказано. Но всегда нужно помнить не только о том, кто совершил преступление, но и том, кто осуществляет возмездие.

Смертный приговор выносится от имени Республики Беларусь, то есть от имени каждого из нас. И я думаю, что мы, люди, не должны, наказывая преступника, наказывать себя, пятнать свою душу, свою личность самым недопустим злом – убийством. Потому что мы люди.

Сейчас мы забываем, что достаточное наказание - это не только то, что обязательно связано со смертью. Пожизненное заключение - это тоже казнь. Несмертная, но адекватная и совсем не легкая мера. Но она допускает возможность раскаяния.

Напомню, в своей истории мы неоднократно отказывались от применения смертной казни, правда, на короткое время: в год Октябрьской революции (1917 г.); в 1920 году — по постановлению Совнаркома; в 1947 году после победы в Великой отечественной войне вплоть до 1950 года, когда она вновь была введена по Указу Президиума Верховного Совета СССР по отношению к "изменникам Родины, шпионам, подрывникам, диверсантам". Во всех уголовных уложениях и кодексах Беларуси смертная казнь предусматривалась. В ныне действующем УК Республики Беларусь (в ред.1999 г.) по 14 статьям за особо тяжкие насильственные преступления, в том числе за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах она также сохранена. Вместе с тем ни белорусские ученые, ни их зарубежные коллеги не смогли доказать, что смертная казнь устрашает. Как я уже упоминал выше, "устрашающий" эффект не срабатывает.


ПОМИЛОВАН ТОЛЬКО ОДИН ОСУЖДЁННЫЙ

– Почему у нас так мало помилованных осуждённых на смерть?

– Право на помилование имеет каждый осужденный, в том числе и приговоренный к расстрелу. К сожалению, за всю историю действия института президента в Республик Беларусь помилован только один такой осужденный, хотя обращений о помиловании направлялось более сотни.

Думаю, что если бы президент, демонстрируя свой христианский подход к жизни и смерти, чаще применял помилование к приговоренным к смертной казни, это было бы серьёзным сигналом для судов использовать альтернативу смертной казни – соизмеримую с ней, и, по закону, такую же исключительную, меру наказания в виде пожизненного заключения. Да и законодатель не указывает на какие-либо критерии, почему при совершении одних и тех же тяжких насильственных преступлений, связанных с убийством, должна применяться именно та, а не иная, исключительная мера наказания.

– Как, на ваш взгляд, нужно проводить профилактику убийств (если так можно выразиться) в нашем обществе?

– Профилактика любых правонарушений очень нужна, как и в целом воспитание законопослушания и соблюдение норм поведения в человеческом обществе. Но, к сожалению, исключить убийство человеком человека не представляется возможным. По крайней мере, в ближайшие 100 и более лет.

– Представим, что вы становитесь Генеральным прокурором или председателем Верховного Суда при этой или другой власти. Что вы будете делать на своем посту со смертной казнью?

– Если такое допустить, то, естественно, я воспользуюсь своим высоким должностным положением и сделаю все, чтобы убедить наших законодателей и общество отказаться от смертной казни. В своем недавнем послании круглому столу "Религия и смертная казнь" почётный Патриарший Экзарх всея Беларуси Митрополит Филарет следующим образом изложил позицию Белоруской Православной Церкви: "Мы, христиане, не можем оправдывать смертную казнь, ибо это грех убийства... Жизнь любого человека принадлежит его Творцу – Богу. Не мы, грешные люди, даровали бытие человеку, не нам и лишать человека существования. Ведь за жизнь каждого из нас Господь Иисус Христос отдал Свою жизнь, претерпев страдания, унижения, издевательства и смерть на Кресте. Государство, казня своих граждан, каждый раз заново распинает Христа"..."Такой была наша позиция в год референдума. На сегодня она осталась неизменной", – подчеркнул Предстоятель Белорусской православной церкви. И я полностью поддерживаю в этом нашего церковного иерарха.


К СВЕДЕНИЮ

Смертный приговор приводит в исполнение засекреченная группа сотрудников внутренней службы МВД. Стреляют из специального пистолета с глушителем и пламегасителем с близкого расстояния в затылок осужденному.

О времени и месте казни родственникам не сообщают и труп убитого для захоронения им не выдают. Раньше расстрелянных тайно хоронили на кладбищенском спецучастке, ныне сжигают в крематории. Справка об исполнении приговора направляется в суд, осудивший к исключительной мере наказания - расстрелу, и хранится в деле. На её основании органы ЗАГС выдают родственникам свидетельство о смерти, в одной из граф указываются причина смерти ("расстрел по приговору суда") и дата приведения приговора в исполнение.


ОБЪЕКТИВКА

"Расстреляв в год два-три человека, убийства не предотвратишь"Погоняйло Гарри Петрович

С 1971 по 1976 гг. работал народным судьей Быховского района Могилёвской области. С 1976 по 1989 гг. занимал различные должности в Центральном аппарате Министерства юстиции Республики Беларусь, в том числе 10 лет – начальника отдела адвокатуры. Был заведующим юридической консультацией Советского района г. Минска (1989–1998). Инициировал создание Союза адвокатов Беларуси и был его первым президентом (1991 – 1993).

В июле 1998 года лишен белорусской лицензии на право заниматься адвокатской деятельностью. Член межтерриториальной коллегии адвокатов Гильдии российских адвокатов (г. Москва).

Заместитель председателя Белорусского Хельсинкского Комитета (с ноября 1998), председатель юридической комиссии, член Рады БХК.

Новости по теме

Новости других СМИ