А вы согласны погибнуть за ту страну?

Стивен Уолт, "Foreign Policy" (перевод Inosmi.ru)

Теперь, когда Россия вернула себе Крым, отобрав ее у Украины, какие долги и обязательства перед Киевом имеются у остального мира?

Естественно, действия России усилили стремление многих (хотя и не всех) украинцев к упрочению связей с Западом. И как божий день ясно, что многие американские политики полны желания пойти им навстречу. Член палаты представителей Майк Роджерс (Mike Rogers) (республиканец из Мичигана) считает, что США должны направить украинцам стрелковое оружие, дабы они могли себя защитить. А сенатор-республиканец от Аризоны Джон Маккейн уже сказал, что пора заняться дальнейшим расширением НАТО. Такого же мнения придерживаются и многие демократы. Например, член палаты представителей Элиот Энгел (Eliot Engel) выступил с заявлением, в котором отметил:

Соединенные Штаты должны встать на сторону народа Украины после российского нападения и оккупации Крыма.


Но поддержка на словах это одно, а конкретные гарантии безопасности – совсем другое. На самом деле, один из самых тревожных аспектов нынешних дебатов по поводу Украины это широко распространенное мнение о том, что если украинцы действительно очень-очень хотят стать частью Запада, то Соединенные Штаты и Европа просто обязаны дать им взаймы деньги, предложить торговые соглашения, а со временем пустить их в НАТО. Поэтому генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен заявил на прошлой неделе:

Мы должны усилить наше содействие Украине, и я уверен, что это произойдет.


Такого рода мышление базируется на фундаментальном непонимании того, в чем состоит суть альянсов. Альянсы призваны выполнять самые разные функции, но в их основе лежит официальная договоренность о сотрудничестве в сфере безопасности между двумя и более странами. Давая государствам возможность объединять свои силы и координировать некоторые аспекты своей внешней политики, альянсы тем самым укрепляют безопасность каждого из членов.

В большинстве случаев альянс подразумевает некие обязательства по совместной обороне. Такие обязательства определенно существуют в НАТО, и об этом предельно ясно говорится в статье 5 устава Североатлантического альянса. Следовательно, когда Соединенные Штаты выступают за принятие того или иного государства в ряды НАТО, они подразумевают, что готовы посылать своих граждан воевать, а возможно и погибать за это иностранное государство. Любое обязательство такого рода должно незамедлительно заставить нас сделать паузу и задуматься. То обстоятельство, что лидеры какой-то страны или ее народ хотят альянса с Соединенными Штатами, вовсе не означает, что принятие ее в такой альянс соответствует американским интересам.

Раньше США были весьма придирчивы при отборе партнеров по альянсам, а также использовали свое выгодное геополитическое положение для того, чтобы не брать на себя дорогостоящие обязательства перед другими странами. На самом деле, до 20-го столетия Соединенные Штаты сторонились "запутывающих альянсов" и считали (совершенно правильно), что так им будет спокойнее и безопаснее. Одной из центральных идей прощального обращения президента Джорджа Вашингтона стало заявление о необходимости избегать постоянных и чрезмерно тесных союзов. Поскольку Америка находится далеко от великих держав, ей разумнее поддерживать с ними добрые отношения, оставаясь при этом в стороне от их ссор и разногласий, и делая упор на наращивание сил в Северной Америке.

Даже после того как Соединенные Штаты в начале 20-го века стали великой державой, они проявляли осторожность и избирательность при взятии на себя обязательств перед другими. Иными словами, когда дело доходило до международных альянсов, США сторонились ответственности и предоставляли возможность другим великим державам бороться за поддержание баланса сил в Европе и в Азии. И лишь когда евразийский баланс сил нарушался (это случалось в ходе двух мировых войн), Соединенные Штаты начинали мобилизацию своих ресурсов, брали на себя обязательства перед партнерами по альянсам и ввязывались в драку. В обоих случаях они вступили в войну последними, понесли меньше потерь, чем любой из участников войны, и оказались в идеальном положении для обеспечения мира после войны.

Конечно, во время холодной войны Соединенные Штаты не могли выступать в качестве стороннего наблюдателя, потому что другие ведущие державы были слишком слабы, чтобы противостоять Советскому Союзу самостоятельно. Но американские лидеры часто проявляли стратегическую дальновидность, вступая в альянсы и беря на себя соответствующие обязательства. И они обычно очень жестко вели себя даже с ближайшими партнерами. В своих обязательствах в рамках альянсов США вначале сосредоточивали усилия на "ключевых центрах промышленной мощи" в Европе и Азии, как их называл дипломат Джордж Кеннан (George Kennan). Дело в том, что недопущение советского контроля над этими регионами обеспечивало Вашингтону благоприятный общемировой расклад сил. В то же время, после войны Вашингтон без колебаний заставил Британию и Францию отказаться от своих колониальных империй и признать американское господство в ведущих международных институтах. Президент Дуайт Эйзенхауэр тоже без колебаний принимал карательные меры против Британии, Франции и Израиля во время суэцкого кризиса в 1956 году. И даже ближайшие союзники США, такие как Западная Германия и Южная Корея, подвергались мощному давлению со стороны Америки, когда она принуждала их к отказу от ядерного оружия.

Однако по ходу холодной войны американские руководители со временем отказались от такого безжалостного и реалистичного подхода к союзнической политике. Вместо того, чтобы сосредоточиться на поддержании прочных союзов с надежными и дееспособными партнерами, Соединенные Штаты стали поддерживать целый ряд слабых, ненадежных и/или коррумпированных режимов, что не прибавило им сил, а в некоторых случаях (как во Вьетнаме) привело к огромным потерями и издержкам. Другие союзники научились ловко манипулировать восприимчивой политической системой США и неизменно находили лоббистов, чтобы проталкивать свои интересы, а также доверчивых политиков, которые с готовностью верили, что эти государства заслуживают американской защиты – вне зависимости от их поведения и стратегической значимости. (К счастью для Вашингтона, Москва еще хуже выбирала дееспособных и преданных союзников.)

То самовосхваление, которым сопровождалось окончание холодной войны, еще больше усугубило данную проблему. Опьяненные своим самопровозглашенным титулом "незаменимой нации", Соединенные Штаты начали с большей охотой и готовностью предоставлять гарантии безопасности, давая их едва ли не любому, кто за ними обращался. Вместо того, чтобы ставить жесткие условия получения таких гарантий и давать их лишь тогда, когда это соответствовало американским интересам, лидеры США начали считать великим внешнеполитическим достижением возможность брать на себя ответственность по защите слабых и/или уязвимых государств-сателлитов, даже если эти государства ничего не могли дать Америке взамен.

К сожалению, американцы не задумывались над тем, укрепляют ли альянсы с такими государствами безопасность США, способствуют ли они процветанию Америки. Они не думали о том, что бесконечное расширение НАТО со временем подорвет отношения с Россией (что в итоге и произошло). Американцы не спрашивали себя, готовы ли они посылать своих сыновей и дочерей на смерть ради защиты этих новых и далеких партнеров. Вместо этого американские президенты исходили из того, что им никогда не придется выполнять взятые на себя обязательства. Украинский кризис напоминает нам о том, что у других государств есть собственные интересы, включая заинтересованность в наличии дружественных стран по соседству – и что иногда отстаивание этих интересов приводит к серьезным конфликтам. А когда это происходит, то обязательства по обеспечению безопасности, которые мы столь щедро и свободно раздавали в прошлом, внезапно перестают быть абстрактными и теоретическими.

Наблюдая за ситуацией на Украине (и в некоторых других местах), американцам следует иметь в виду несколько вещей. Во-первых, Соединенные Штаты исключительно надежно защищены, и то, что происходит в других частях света, не может оказать серьезного воздействия на американскую безопасность и благополучие. Это не аргумент в пользу изоляционизма. Это просто напоминание о том, что другие страны нуждаются в США больше, чем США нуждаются в них. Легко понять, почему украинцы хотят лечь в постель с Евросоюзом и НАТО. Но менее понятно, почему мы должны делить это ложе с Украиной. Страну с разоренной экономикой, со скромными природными ресурсами, с острыми межэтническими разногласиями, со скандально известной своей коррумпированностью политической системой вряд ли можно считать важным стратегическим активом.

Далее, то обстоятельство, что американское ухаживание за Украиной злит российского президента Владимира Путина, это тоже не самый лучший аргумент в пользу объятий с Киевом. Если говорить просто, Россия намного важнее. И длительная грызня не соответствует интересам ни Вашингтона, ни Москвы. Между тем, реальная и серьезная опасность Америке в перспективе будет исходить не от России, а от Китая. Нет сомнений в том, что многие стратеги в Пекине украдкой улыбаются, наблюдая за тем, как Вашингтон приходит в замешательство от очередной распри, в которой он запутался.

Когда потенциальные союзники просят нас о помощи, правильно будет задать следующий вопрос: что мы от этого получим? Что у них есть такого, что нужно нам, и насколько это нам нужно? Американская мощь и защита это по-прежнему очень ценная вещь, и Америка не должна предлагать их каждому встречному по дешевке. По-настоящему ценные союзники обеспечивают Соединенные Штаты разведывательными сведениями, местами для создания баз, передовыми технологиями, а иногда даже войсками, которые воюют плечом к плечу с американцами. И настоящие союзники не впутываются в бессмысленные ссоры со своими соседями (и не поддерживают незаконную оккупацию, из-за которой США выглядят весьма неблаговидно). Есть и другие союзники, ценность которых не в том, что они многое делают для Америки, а в том, что они обладают нужными США ресурсами, в связи с чем Вашингтону приходится мириться с некоторыми их недостатками и причудами. Внешняя политика это не благотворительность, и США не должны бросаться на выручку тем союзникам, которые не могут и не желают давать многое взамен.

И наконец, за редкими исключениями, чем больше нуждается в помощи потенциальный союзник, тем менее он ценен. Сильные, хорошо защищенные, дееспособные и эффективные государства это лучшие союзники, потому что они обычно обладают потенциалом и возможностями, представляющими значительную ценность для их партнеров. И напротив, слабые, изолированные, бесчестные, непопулярные и безответственные правительства зачастую сталкиваются с огромными неприятностями и отчаянно нуждаются в помощи. Но эти качества лишают их стратегической ценности для любого, кому достанет глупости и недальновидности взять их под свое крыло (вспомним Хамида Карзая). Так что когда очередная незадачливая страна постучится в двери Вашингтона, ему следует помнить следующие слова: осторожно, качество не гарантировано.

Новости по теме

Новости других СМИ