Валерий Карбалевич: Лукашенко пошел на крайнюю форму протеста

Юрий Дракохруст, Радио "Свобода" / перевод UDF.BY

Главы государств Евразийского экономического союза в Санк-Петербурге. Без Александра Лукашенко. Фото: sputnik
Почему президент Беларуси не поехал на интеграционные саммиты в Санкт-Петербург? Демарш отсутствия как ответ на четыре вызова: таможенный кодекс, нефтегазовый конфликт, продовольственный конфликт и информационная война.

В дискуссии участвуют политические обозреватели Валерий Карбалевич, Виталий Цыганков, Юрий Дракохруст.

Дракохруст: Глава Беларуси Александр Лукашенко не поехал на саммиты Евразийского экономического союза и ОДКБ в Санкт-Петербург. При этом пресс-служба Лукашенко не дала никакого объяснения этому демарша. В день саммитов он провел в Минске правительственное совещание по вопросам безопасности во время новогодних праздников. Остальные руководители стран ЕАЭС в Петербург приехали и подписали там новый Таможенный кодекс союза.

Однако следует напомнить, что 9 декабря Лукашенко провел специальное совещание, на котором раскритиковал проект нового кодекса и потребовал при одобрении его обеспечить соблюдение национальных интересов Беларуси.

В Петербурге и участники саммитов, и пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков всячески уклонялись от комментариев по поводу приезда Лукашенко.

Карбалевич напомнил, что в прошлый раз так же демонстративно глава Беларуси проигнорировал саммит ОДКБ в 2009 году в разгар продовольственной войны между Беларусью и Россией. Похоже, что и сейчас имел место также именно политический демарш. И отчасти даже понятны его причины.

Одна из причин - новая, уже нынешняя продовольственная война. Совсем недавно Лукашенко и другие чиновники публично и резко высказались о руководителе "Россельхознадзора" Сергее Данкверте за, по их словам, необоснованные придирки к белорусской сельхозпродукции, поставляемой на российский рынок. Все как в 2009 году, тогда "злым гением" белорусских продуктов был Геннадий Онищенко, сейчас - Данкверт. Но ему ли лично были адресованы упреки?

Второй фактор - нефтегазовый конфликт. Кажется, еще в октябре стороны в результате трудных переговоров нашли формулу компромисса. Но соответствующее соглашение подписано не было. Беларусь перевела в Москву авансовый платеж в пределах задолженности за газ, но Россия демонстративно вернула деньги, мол, платите все, что задолжали.

20 декабря посол России в Беларуси Александр Суриков заявил, что между Минском и Москвой в ближайшие дни будет подписан документ, который урегулирует все нефтегазовые вопросы.

Понятие "ближайшие дни" можно трактовать по-разному, но после того заявления прошла неделя. Документа нет, соответственно, нет и урегулирования. Ну и наконец, к продуктовой и нефтегазовой войнам добавилась информационная. И дело не столько и не только в том, что тон российских СМИ массово стал агрессивным по отношкеию к Беларуси. Он может и не очень изменился. Изменилась реакция на него официального Минска: арест авторов агентства Регнум, вызов российского дипломата по поводу белорусофобских заявлений российского генерала Решетникова, наконец, заявление председателя Палаты представителей Владимира Андрейченко на заседании Парламентского собрания так называемого Союза Беларуси и России.

Он раскритиковал экономические порядки в ЕАЭС, а также сказал, что "в российской общественной мысли пытаются переформатировать образ Беларуси и белорусов. Из лучших друзей и преданных союзников нас пытаются представить как неискренних, несамостоятельных партнеров, которые живут за счет России и которые в любой момент могут стать русофобами и повторить путь Украины".

Все вместе - и арест "регнумцев" и нота по поводу Решетникова, и заявления Андрейченко свидетельствует об одном и том же - о крайнем раздражении официального Минска.

Ну и наконец касательно причин неприбытия Лукашенко в Питер. На саммите было сообщено, что белорусская сторона получит документ и будет иметь возможность подписать его дома, позже. Если захочет, добавлю от себя.

Очевидно, что имеет место комплексный конфликт с Россией: таможенный кодекс, нефтегазовые проблемы, продукты, пропаганда. Ну и прямой демарш, демонстрация - отсутствие руководителя Беларуси на саммитах.

Известно, что фирменный стиль Лукашенко - перевод скрытого политического измерения конфликта в четкую, очевидную политическую плоскость. Мол, если к нам так относятся, ну так и не нужны нам такие союзы. Нет, нет, ну не то, чтобы совсем не нужны, но мы не позволим нас обижать.

Ранее такой дипломатией скандала получалось добиться от России многого. Сработает ли это сейчас?

Это вопрос. Но то, что саммиты без Лукашенко - расчет именно на это. Однако следует сказать, что "мягкая сила" Лукашенко в России после Крыма значительно уменьшилось. Это году в 2004-м, даже еще в 2010-м можно было хлестать Кремль, обвиняя в "терроризме на высшем уровне".

Пропаганда, откровения Решетникова, не самый симпатичный образ Беларуси, который "впаривают" россиянам - это производное от политических решений. Это потому, что считают, что Минск недостаточно лоялен, что слишком много хочет денег за недорогие жесты лояльности России. По испанской поговорке, другу - все, врагу - только закон. Лукашенко может, и не враг, но возможно в друзьях уже не числится.

Карбалевич: Я честно говоря, прогнозировал, что Лукашенко поедет на саммит и уже там совершить демарш, отказавшись подписать Таможенный кодекс. Но он пошел дальше, на большее обострение отношений с Кремлем, бойкотируя два саммита. Это крайняя форма протеста, на которую сейчас может идти Лукашенко. Следующий шаг - это выход из интеграционных образований: ЕАЭС и ОДКБ. Но на это Лукашенко не пойдет, это "красная линия", переступив которую Беларусь получит украинский сценарий.

Эксперты уже отметили, что это самый острый конфликт между Беларусью и Россией с 2010 года. Но даже тогда, перед президентскими выборами Лукашенко на саммиты ездил. Тогда, скорее, нападала Россия, Минск слабо отбивался. Теперь удары взаимные.

Причем, происходит эскалация конфликта. Он начался как газовый, потом добавился нефтяной фактор, потом началась информационная война, пищевая война, а теперь еще и финансовая (имею в виду задержку с выделением очередного транша кредита Евразийского фонда стабилизации и развития).

Насколько можно понять из высказываний российского посла Сурикова, переговоры между сторонами идут интенсивно. И если верить газете «Коммерсант» даже на уровне правительств компромисс достигнут. Но соглашение не подписывается. Можно предположить, что когда вопрос выходит на политический уровень, то там и блокируется.

Из публичных заявлений известно, что Москва выставляет предварительное условие: Беларусь должна заплатить свою задолженность за газ, которая накопилась с начала года. А это $ 425 млн. Белорусская сторона, кажется, официально и не отрицает, однако не платит. Наверное, живых денег такого объема в Минске нет. Был расчет на кредит, но его не выделили.

Наверное, есть что-то еще, чего мы не знаем. Обычно, соглашения между Москвой и Минском носят пакетный характер. Возможно, Москва в свой пакет включила какие-то неприемлемые для руководства Беларуси вещи.

Цыганков: Еще 9-го декабря на специальном совещании Александр Лукашенко потребовал обеспечить соблюдение национальных интересов Беларуси при принятии Таможенного кодекса. Он отметил необходимость дать объективную оценку проекту, взвесить все за и против, просчитать последствия и возможные риски.

Тогда даже прозвучал призыв к процессу привлечь всех специалистов, даже оппозиционных. Это нечасто бывало в истории Беларуси, и обычно когда администрация белорусского правителя призывала к диалогу оппозиционных политиков или экономистов, это была хорошая примета, что с их помощью хотят похоронить какое-то соглашение.

Самое последнее противоречие - стремление поставить Беларусь в ряды общей визовой политики под маркой принятия нового Таможенного кодекса. Последние месяцы постоянно возникали проблемы на белорусско-российской границе, даже с иностранными гражданами. Представители белорусского МИД жаловались, что 20 лет все как-то нормально действовало, а сейчас Россия создает проблемы на пустом месте и иностранные граждане имеют проблемы при пересечении белорусско-российской границы, которой формально как бы и нет.

Таким образом, можно сказать, что Лукашенко вернулся к своей дипломатии скандалов, но с другой стороны, кажется, у него не было другого выхода. Но вопрос в том, что дальше.

Если утрировать эту ситуацию и доводить ее до логического конца, тогда Александр Лукашенко просто должен признать, и иногда такие суждения у него уже звучат, что сам этот Евразийский экономический союз Беларуси невыгоден. Пока он говорит о некоторых конкретных соглашениях, ситуации, как с молочной войной, но даже по БТ уже звучат сомнения, а зачем Беларуси такая структура, которая не приносит выгоды, а только проблемы.

Это как раз такая ловушка, в которую упирается эта политика скандалов Лукашенко. Ведь если признавать, что это так, что это невыгодно, то надо выходить из этого союза, но безусловно такую задачу нынешняя белорусский власть себе не ставит, так как она достаточно радикальная.

Ставится задача этими скандалами выбить какие-то улучшения в договорах и конкретных соглашениях. Россия все это понимает и уже научилась реагировать на такие демарши Лукашенко. Мол, ну хорошо, сделает демарш, но все равно подпишет.

И за последние годы так называемой интеграции так обычно все и заканчивалось - обратных примеров нет. Нет такого, чтобы Лукашенко в результате вышел из какой интеграционнрй структуры и развернулся на Запад. Понимание этого ослабляет позицию Александра Лукашенко. Россия сейчас более чем когда-либо понимает это.

Новости по теме

Новости других СМИ