Павел Северинец: Положение политзаключенных еще хуже, чем раньше


Сопредседатель партии Белорусскоая христианская демократия Павел Северинец, отбывающий наказание на "химии", впервые за 7 месяцев побывал дома.

В интервью charter97.org он рассказал, почему не надеялся на освобождение по амнистии и что, по его мнению, нужно делать белорусам для изменения ситуации в стране.

- Вам отказали в амнистии. А вы на нее рассчитывали?

- Нет, потому что знал, что Евросоюз не сотрудничает с режимом. ЕС не дал новые кредиты и Лукашенко не освободит политзаключенных. Даже Дашкевичу продлевают заключение.

- Некоторые люди не понимают, что такое "химия", насколько это сложно. Кто-то считает, что это почти как на свободе. Вы можете развеять этот миф?

- Дело в том, что "политические" на "химии" – отдельная категория. Если обычным людям с этим наказанием можно и домой отскочить, и рыбу половить, то с "политическими" все очень строго. На 50 метров от ворот можно отойти, только предупредив дежурного. Чтобы отойти дальше, нужно письменное разрешение начальника. Один раз в неделю отпускают в церковь. Один день раз в полгода провожу дома. Остальное время я нахожусь в комнате за решеткой или на работе. Готовлю сам. Есть мобильник, но компьютер иметь запрещено. Когда гости приезжают, разрешают встречи, это приятно. Можно писать письма.
"Химия" – это что-то среднее между условным арестом и тюрьмой. Тут, конечно, легче, чем на зоне, но ты все равно всегда под надзором. И в любой момент тебя могут перевести в тюрьму за любые нарушения. Большинство людей с "химии" отсюда ушли не на свободу, а именно на зону за нарушения.

На огороженную территорию спецкомендатуры можно выйти только с разрешения дежурного, а за территорию только по письменному заявлению.

- Как вы относитесь к тому, что Европа требует освободить политзаключенных, но не предпринимает жестких мер в отношении диктатуры?

- Евросоюз занял принципиальную позицию, достаточно простую. Договариваться с режимом он устал. С Лукашенко нельзя договориться, он действует только по понятиям. Не заплатили – не выпустил. А у него в стране десять миллионов человек товара. Позицию ЕС я уважаю. Евросоюз мог бы принять какие-то конкретные меры, но я не уверен, что это реально возможно и что это даст результат. Есть Россия, которая проспонсирует Лукашенко в большей мере, чем Европа.

- Как вы можете прокомментировать положение политзаключенных в тюрьмах?

- Оно очень плохое. Еще хуже, чем раньше. Власти стали использовать статью 411 – которую предъявили Дашкевичу. Также используют разные методы давления. От провокаций заключенных, которые сотрудничают с администрацией тюрем и до прямых физических пыток. Я уверен, что люди, принимающие во всем этом участие, ответят и перед людским судом и перед божьим.

- Можно ли сейчас легально заниматься оппозиционной деятельностью, когда большинство лидеров оппозиции находятся в тюрьмах или их свобода ограничена?

- Можно и нужно. В той степени, как Бог дает. Для кого-то это распространение информации через интернет, для кого-то работа с людьми на улице, для кого-то распространение Евангелия. Ведь люди, которые верят, куда более настойчиво борются с диктатурой. Делать работу нужно не так, чтобы десятки страдали за миллионы, а чтобы действовали именно миллионы граждан. Нужно разговаривать с людьми, переубеждать их. Делать хоть маленькие шажки, но чтобы они были массовыми и дружными. Это улучшит и состояние политзаключенных и приблизит победу в Беларуси. Наши люди, которые сейчас в тюрьмах, герои, но они одни не смогут победить. Нужно, чтобы действовал каждый. Чтобы каждый читатель независимых СМИ, участник демократических акций, комментатор на новостных сайтах понимали это, задумывались. Чтобы действовали хоть чуть-чуть.

- Насколько, на ваш взгляд, изменилась ситуация в Беларуси после 19 декабря 2010 года?

- Сложно сравнивать. 19-го был критический момент, а сейчас все в стагнации. Режим загнил, но и общество запугано и обескровлено. Это итог и неадекватности власти и ошибок, которые допустили демократические силы. Но при этом действовать сейчас возможности больше, чем в прошлом году. Сейчас давление перенесено на политзаключенных. Проблема в том, что многие не готовы идти даже на маленькие шаги. Нет понимания, что делать. А именно мы, демократически силы, отвечаем за это понимание.

- Как вы считаете, стоит ли оппозиции осенью участвовать в парламентских выборах?

- Выборов нет и никакого участия в них быть не может. Тысячи людей заняты фальсификациями – это преступление. Нужно раскрывать эти преступления и бойкотировать "выборы". Во-первых, нужно зафиксировать настоящую явку. Сколько людей пришло, кого пригнали, сколько проголосовало досрочно. Второе – дать информацию в интернет, чтобы люди все это знали. У нас 5 миллионов интернет-пользователей в Беларуси. И третье – надо формировать альтернативу власти. И туда не войдут те, кто участвовал в выборах "до конца".

Напомним, Павел Северинец 16 мая 2011 года был осужден на три года ограничения свободы за участие в протестах против фальсификации выборов. 26 июля 2012 года Северинцу было официально отказано в амнистии.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров