Анатолий Лебедько: У Лукашенко резко сузилось пространство для маневра


Председатель Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько заявил в интервью DW, что Александр Лукашенко в отношениях с Евросоюзом постарается вернуться к ситуации, существовавшей до декабря 2010 года.

"В оппозиции к Лукашенко. Возможности политических партий в Беларуси" - так называлась публичная дискуссия, проведенная 23 октября в Берлине Фондом имени Конрада Аденауэра. Один из ее участников, председатель Объединенной гражданской партии (ОГП) Анатолий Лебедько заявил в интервью DW, что не считает белорусскую оппозицию слабой и что при условии проведения честных и свободных выборов власть в стране поменялась бы.

- Многие наблюдатели считают, что белорусская оппозиция допустила ошибку, не выработав единую тактику участия в парламентских выборах. А вы что думаете об этом?

- Есть с чем сравнить. В ходе парламентской кампании 2008 года оппозиция выставила единый список. Казалось бы, это огромный успех. А в ходе последних выборов такой консолидации вроде бы не было, но энергетика кампании оказалась сильнее. Это значит, что далеко не всегда простое математическое сложение дает высокий результат и повышает эффективность. Сейчас произошло главное: та часть оппозиции, которая использовала эту кампанию для жесткого послания власти и обществу, отразила настроения людей.

Такую же параллель можно провести с президентскими выборами 2001 и 2006 годов, когда оппозиция выдвигала единого кандидата, и выборами 2010 года, где было 10 кандидатов. Энергетика в последнем случае была тоже сильнее.

- То есть вы считаете, что разобщенность белорусской оппозиции не свидетельствует о ее слабости?

- Такой тезис - преувеличение. У оппозиции есть, безусловно, проблемы. Есть амбиции, есть нестыковки. Есть результаты деятельности власти, которая не спит. Против оппозиции работают профессионалы, различные структуры, что также надо принимать во внимание. Но отчасти утверждение о слабости оппозиции - это стереотип. Он появился в то время, когда в Европейском Союзе обозначилась надежда на возможность перевоспитать Лукашенко, преподать ему несколько уроков демократии. И вот, чтобы объяснить, почему в приемную Лукашенко начали заезжать Ферреро-Вальднер, Солана, Сикорски и Вестервелле, появился стереотип о разрозненности белорусской оппозиции. Работать, мол, не с кем, только с тем, кто де-факто управляет страной.

- Выступая здесь в Берлине, вы сказали, что оппозиция могла бы показать какая она сильная, если бы в Беларуси проходили свободные и честные выборы. Но как этого добиться? И что для этого может сделать Евросоюз?

- Действительно, честные выборы расставили бы все по своим местам. В 1994 или в 2001 году Лукашенко еще поддерживало большинство людей. Сейчас - даже при всех сложностях проведения социологических опросов и с учетом фактора страха - больше 30 процентов у Лукашенко не получается. С таким рейтингом выиграть президентскую кампанию невозможно…

- Я спросил вас о том, как добиться проведения честных выборов…

- Надо использовать предыдущий опыт. Выступая здесь, я не случайно привел пример Ханса-Георга Вика, который в 1999 - 2000 годах организовал прямые переговоры между властью и оппозицией по двум вопросам: о доступе оппозиции к СМИ и о свободных и честных выборах…

- Но ведь для танго нужны двое. Тогда - при Вике - имелось согласие и оппозиции, и власти сесть за стол переговоров. Сейчас со стороны Лукашенко такой готовности явно нет.

- А хорошо ли и уютно ли Александру Лукашенко в небольших, но крепких объятиях Путина? Лукашенко перед президентской кампанией 2010 года имел благоприятную для себя ситуацию. Тактика двойного шантажа работала. Ему удавалось производить впечатление на Запад и одновременно шантажировать Кремль тем, что если не будет дешевых энергоносителей, рынка сбыта для белорусских товаров, то он уйдет в Европу. Присутствие в его приемной большого числа европейских чиновников подтверждало, что это не блеф.

Сейчас у Лукашенко резко сузилось пространство для маневра. Ему нужно - кровь из носу - возвращаться в ту нишу отношений с Брюсселем, которая существовала до последней президентской кампании. Несмотря на всю его риторику и браваду, последние сигналы официального Минска свидетельствуют о том, что Лукашенко хотел бы реанимировать ту ситуацию. Так что есть основа для прямого переговорного процесса.

- И что в такой ситуации следует делать Европейскому Союзу: усиливать давление или начинать диалог с минским режимом?

- Иногда лучше не делать ничего, чем метаться из одной крайности в другую. ЕС четко обозначил свою позицию и консолидировано ее придерживается. Предварительным условием остается освобождение политзаключенных. Без этого невозможно движение вперед. Второе - это стандарты ОБСЕ при проведении избирательных кампаний. Это тяжело и сложно, но за честные правила проведения выборов можно и нужно бороться. Я не надеюсь, что у нас в скором времени будут стандарты Германии или Польши, но надо попробовать вернуться хотя бы к ситуации накануне распада СССР, когда в 1990 году многие демократы оказались избранными в парламент и, кстати, сам Лукашенко тогда был избран, являясь представителем оппозиции.

- То есть, экономические санкции со стороны ЕС - как опция - вас не устраивают?

- Не пугайте людей в Беларуси. Слово санкции изначально несет очень негативную нагрузку.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров