Эксперт: "Диалог о модернизации" власти нужен совсем не для модернизации


Эксперт:
euroradio.by

Конференция "Диалог о модернизации с белорусским обществом", которая прошла 9 апреля в Европарламенте, и вокруг которой ломается сейчас столько копий: кто за санкции, а кто против — по большому счету имела только один результат. Результат этот заключался в том, что Директор департамента по вопросам России, "Восточного партнерства", Центральной Азии, регионального сотрудничества и ОБСЕ Европейской службы внешнего действия ЕС Гуннар Виганд сообщил, что в Тбилиси состоялась встреча, в ходе которой Штефан Фюле и Владимир Макей договорились о присоединении к "Диалога о модернизации" официального Минска. При этом Виганд дал понять, что диалог с властями будет происходить не вместе с гражданским обществом, а параллельно.

Таким образом, по большому счету, все эти споры о санкциях сейчас неважны. "Лоббист режима", как теперь называют Александра Милинкевича — никакой не лоббист. К принятому в Тбилиси решению он никакого отношения не имеет. Европа просто проинформировала белорусскую оппозицию: не удивляйтесь, если мы дадим визу Владимиру Макею.

Однако в этой ситуации есть и другой аспект. И аспект этот заключается именно в самой программе, о присоединении к которой белорусских властей договорились Макей и Фюле.

Стоит отметить, что программа "Европейский диалог для Беларуси" была ответом на фактическое прекращение в отношении страны программы "Восточное партнерство". После ее краха Европе надо было показать, что она не отвернулась от Беларуси, и сохранить "белорусский вопрос" на достаточно высоком уровне. Для этого программа была придумана срочно и не продумана до конца.

В частности, многие говорили о том, что она не была "институализирована" у нее не было четкой программы, четких целей, к ее работе не привлекались государственные эксперты, у нее, в конце концов, не было бюджета. Все эксперты работали в ней на добровольных началах.

Тем не менее, были определены четыре направления этой программы, наработки по которым должны были, по ее задумке, подготовить почву для дальнейших белорусских реформ. Эти четыре направления включали в себя политический диалог и политическую реформу, реформу юстиции и внутренних дел, экономические, социальные реформы и приватизацию и реформу торговли и рынка. Во всех этих областях и работали эксперты.

Откровенно говоря, работа государственных экспертов в этих областях представляется довольно смутной. Как задумка романа писателя Банева в произведении Стругацких "Гадкие лебеди" о пришествии Христа в наш мир в наше время: "Христос приходит в Генеральный штаб и предлагает: любите, мол, ближнего. А там, конечно, сидит какой-нибудь юдофоб…"

Точно так же получается с "Диалогом о модернизации": приходит европейский чиновник к Лозовику, или, не дай бог, Ермошиной, и начинает говорить о реформе избирательной системы в соответствии с европейскими стандартами… Или кто-то с председателем Верховного суда Сукало начнет говорить об открытости и независимости судей… Это к Сукало-то, который десятки раз отказывался принять группу женщин, жаловавшихся на несправедливые приговоры!

Политолог Александр Класковский в интервью корреспонденту сайта "Товарищ.online" заявил, что власти отнюдь не склонны участвовать в таком диалоге. "Во-первых, власть в этот диалог о модернизации пока не вступила. Во-вторых, договоренность, насколько нам известно, она какая-то неформальная и устная. Ну и в-третьих, работа общественных экспертов и провластных экспертов будет идти параллельно, не пересекаясь", — отмечает эксперт.

По его мнению, власть использовала "Диалог о модернизации" в данном контексте, как "еще одну лазейку для того, чтобы расширить контакты с Европой".
"И "Диалог о модернизации", и "Восточное партнерство" много денег не дают. А власть стремится использовать эти программы, чтобы хоть по мелочи, как изюм из булки, получить деньги. И поэтому настоящий диалог о модернизации им сто лет не нужен", — говорит Класковский.

Кроме того, по его словам, у власти присутствует и некоторая ревность по отношению к негосударственным экспертам. "Сам факт того, что власть была "выключена" из этой программы в самом ее начале, больно ударил по самолюбию. Отсюда и обличительные сюжеты по БТ о программе, как о финансировании "пятой колонны", хотя в ней не участвуют оппозиционеры, а лишь экспертное сообщество. Этот имиджевый, и болезненный пункт для властей", — считает политолог.

Поэтому, по его словам, "Диалог о модернизации", — это один из немногих пунктов, через которые власть может попытаться найти хоть какой-то путь в Брюссель для дальнейших разговоров с европейскими политиками.

Что же касается самой программы, то, если власть все-таки примет в ней участие, это будет даже полезно: "Это может поспособствовать "институализации" программы. Хоть в этом вопросе мяч, как говорят, на стороне Брюсселя. Программа действительно была "сырой", эксперты работали на энтузиазме, и кто-то действительно работал, а кто-то достал старые папки со своими предложениями, сдул с них пыль и пошел со старыми идеями в новую программу".

И еще один важный момент, по его мнению: в результате участия экспертов со стороны власти независимое экспертное сообщество поймет, "как вертятся колесики" в современной государственной машине. "Независимым экспертам в этом не хватает знаний. Сейчас экспертами выступают те, кто выпал из властной обоймы уже давно. Вряд ли Станислав Богданкевич знает, какими соображениями сейчас руководствуется в своей политике Нацбанк, или Андрей Санников может рассказать о внутренней политике МИДа. Эти знания эксперты могут получить в результате втягивания властей в диалог", — считает Класковский.

Но пока же неопределенный формат участия властей в "Диалоге о модернизации" является всего лишь тропинкой белорусского МИД в Европу.

поделиться

Новости по теме

Новости партнёров