Юстас Палецкис: Я не знаю никакого лорда Белла


Докладчик делегации Европарламента по Беларуси прокомментировал свои выводы, сделанные в отчете о ситуации в стране.

Давая рекомендации по поводу отношений между Евросоюзом и Беларусью, докладчик делегации Европейского парламента по Беларуси Юстас Палецкис ссылается на то, что в 2012 году в Беларуси прошло "заметное улучшение ситуации с соблюдением прав человека".

"Радыё Свабода" спросило Палецкиса, на основании каких сведений он сделал такой вывод.

- В основном я работаю в Брюсселе и Страсбурге и, разумеется, дома в Вильнюсе, и мне трудно самому судить, улучшается или ухудшается ситуация с правами человека в Беларуси. В таком случае приходится опираться на данные тех организаций, которые этим занимаются. Когда я был в Минске в марте, я провел очень обстоятельные беседы с руководителями организации "Весна" и Хельсинкского комитета, которые занимаются правами человека. Они сказали, что по их наблюдениям, в 2012 году, по сравнению с предыдущим годом, уровень репрессий - как они выразились, имея в виду, видимо, аресты, обыски, вызовы в определенные инстанции - уменьшился в три раза. Во-вторых, они мне сообщили, что в прошлом году не было вынесено ни одного смертного приговора, хотя было исполнено несколько таких приговоров. Это они оценили как возможные попытки Беларуси вернуться в Совет Европы.

- Хотим напомнить, что глава "Весны" как раз находится в тюрьме, его считают политзаключенным.

- Я хорошо это знаю, и самое главное в докладе - как предпосылка для любого диалога, любого улучшения отношений - это безусловное освобождение и политическая реабилитация всех политзаключенных. Но «Вясна» действует и не снижает своей активности.

- А с чем вы и ваши собеседники связываете уменьшение уровня репрессий? Не с тем ли, что снизился общий уровень политической активности в связи с прежними репрессиями?

- Все-таки мне надо доверять кому-то, и я доверяю представителям оппозиции, гражданского общества, экспертам, с которыми я говорил. В Минске у меня было 25 встреч - 4 с официальными лицами, 21 встреча была с послами, с руководителями неправительственных организаций, политических партий. Вот из этой мозаики у меня сложилось впечатление.

Почему так получилось? Вы назвали одну из причин, но их много. И заявления основных политических партий, работающих в Беларуси, о путях развития отношений между Беларусью и ЕС как раз совпадают с тем, что я положил в основу своего доклада. Что все-таки период 2008-2010 годов, когда было улучшение отношений между ЕС и Беларусью - это было наиболее благоприятное время для действий оппозиции, для укрепления гражданского общества, и хотя это было кратковременно и остановилось, все мы знаем, как хотели бы вернуться к такой ситуации представители политических партий и гражданского общества.

Но только от их желания это не зависит. Кроме того, я получил явные сигналы и от представителей власти - и это было подтверждено экспертами - что власти Беларуси, несмотря на участие в Евразийском союзе, все же никак не отказываются от возможности балансировать и иметь возможность возобновить диалог с Евросоюзом. Однако в ходе тех встреч я также говорил, что без освобождения политзаключенных это, конечно, невозможно.

- Вы слышали твердые заверения в том, что это освобождение может произойти?

- Да, несомненно. Были заверения, что в этом направлении движутся, но, конечно, стопроцентных обещаний никто не мог дать. Кроме того, представители оппозиции также говорили, что это освобождение, по их наблюдениям, не за горами.

- И последний вопрос, касающийся вас лично. По сообщению некоторых белорусских СМИ, ваше имя фигурировало в плане лорда Белла по спасению репутации Лукашенко: лорд Белл якобы включил вас в план, который предусматривал влияние на режим через конкретных европейских политиков...

- Я не знаю никакого лорда Белла и никаких планов. Я впервые об этом слышу.

Заявления Палецкиса, сделанные в этом интервью, прокомментировала Татьяна Ревяка, член Совета правозащитного центра "Весна":

"Я знаю, что Валентин Стефанович, как и другие правозащитники, встречался с Палецкисом в марте. Сегодня ситуация уже иная, чем в марте. Но после этого уже был вынесен и смертный приговор. За это время также произошли изменения, которые можно назвать тенденцией к ухудшению. Если еще в то время можно было говорить о каком-то застое в ситуации с правами человека, то сейчас мы фиксируем тенденцию к ухудшению. То, что в 2012 году не было смертных приговоров - это правда, но оставались политзаключенные и оставались люди, которые отбывали наказание в виде ограничения свободы. Некоторых из них еще ждет суд. Говорить о том, что на наших словах построен вывод Палецкиса об улучшение ситуации с правами человека - не совсем справедливо, учитывая нашу достаточно твердую позицию по вопросам, касающихся прав человека, политзаключенных, свободы выражения, свободы собраний, смертной казни. Мы говорим, что сегодня стало хуже".

Новости по теме

Новости других СМИ