Успешное посредничество в кофликте на Украине может обеспечить Лукашенко легитимность пятого срока

Андрей Суздальцев, politoboz.com

Шанс – очень легко продать или купить, но очень не просто использовать. (Лада Вульф)

На прошлой неделе нежданно-негаданно Александр Лукашенко и Минск оказались на мировой ленте новостей. Причем белорусский президент и сама республика оказались в медиа-пространстве в формате вполне позитивном, что, в принципе, уже неплохо, так как за последние 20 лет мир привык получать из Беларуси исключительно негативные новости. Но факт остается фактом: А. Лукашенко попросили помочь в организации встречи международной контактной группы «Украина – ОБСЕ – Россия».


Комментарии

По вполне понятным причинам данное событие принесло целый букет зачастую прямо противоположных комментариев, которые требуют определенного анализа. В частности, государственные СМИ и проправительственные аналитические группы охватили своими комментариями вполне широкой информационный фронт. ГосСМИ, прежде всего электронные, поспешили сообщить о том, что президент Украины обратился к А. Лукашенко с просьбой о содействии в организации заседания группы (белорусский президент с апреля текущего года публично всячески открещивается от функции посредника, о чем стоит поговорить отдельно) в формате слегка выше традиционного самовосхваления. В информационный «бульон» влили немного пафоса и получилось довольно забавно: предложение президента Украины подавалось, как естественное и понятное проявление уважения к А. Лукашенко, свидетельство его значимости на международной арене и востребованности его опыта, а также авторитета в разрешении международных конфликтов. Но выдержать такой формат, видимо наиболее подходящий для будущих выборов, госСМИ оказалось чрезвычайно сложно, так как сам факт такого внешнеполитического «прорыва» видимо приводил государственный пропагандистский аппарат в исключительно пафосное торжествующее состояние, что периодически и прорывалось с экрана или из динамика.

В этом плане невозможно обратить внимание на ликование депутата белорусского парламента Николая Самосейко: «Беларусь — это чуть ли не единственная страна на постсоветском пространстве, и даже европейском, у которой хорошие отношения и с Россией, и с Украиной, и с Евросоюзом. Это та страна, которая выступает за мир, за стабильность. Политика добрососедства является одной из составляющих многовекторной внешней политики РБ, основа которой в том, что мы всегда выступали за диалог, добрососедство и мирное сосуществование (http://www.ctv.by/zasedanie-kontaktnoy-gruppy-po-uregulirovaniyu-situacii-na-vostoke-ukrainy-prohodit-v-minske). Единственное, что упустил депутат это то, что республика при нынешнем руководстве может быть «многовекторна» даже к тем, кто ведет яростную политику против официального союзника РБ, в ежедневном режиме обстреливая российскую территорию. Но вот «кормится» Беларусь исключительно с одного российского «вектора».

Печатные госСМИ и лояльные белорусскому президенту комментаторы имели возможность использовать временной лаг в пару дней, что позволило им проинформировать своих читателей в относительно сдержанном формате. Однако появившиеся в Интернете материалы проправительственных источников разочаровали, так как касались в основном поиска возможностей для белорусского руководства нормализовать отношения с Западом в преддверии предвыборного 2015г.: «Однако украинский кризис все же заставил американское военно-политическое руководство временно сфокусировать внимание на процессах, происходящих в нашем регионе. Как только украинский кризис затихнет, интерес к этому региону у администрации Барака Обамы охладеет. Именно поэтому нынешняя ситуация – шанс для нормализации белорусско-американских отношений» (http://csfps.by/new-research/kak-belarusi-razrubit-gordiev-uzel-v-otnosheniyah-s-ssha). В общем, кому война, кому – мать родна. Чем больше народу погибнет в Донбассе, тем нужнее будет А. Лукашенко Западу на посту президента. Власть на крови…

Интересный разброс мнений обнаружился в потоке комментариев, обрушившемся со стороны оппозиционных сил, партий и движений. Часть политических лидеров сосредоточились исключительно оценке личности А. Лукашенко, с одной стороны справедливо отмечая его неспособность к доверительному и добросовестному посредничеству и честному миротворчеству, а с другой стороны отмечая «рабский» по отношению к Москве статус белорусского президента, хотя это, видимо, все-таки не соответствует действительности. В данном случае Минск выстраивал собственную политику в отношении украинского кризиса, ведь ни для кого не является секретом, что белорусский президент имеет просто паталогическую страсть к самопиару и обладает абсолютной физиологической неспособностью держать язык за зубами

Однако большая часть комментариев не отвечает на главный вопрос: почему вдруг за многие десятилетия внимание мира, пусть на пару дней, но все-таки сконцентрировалось на Минске?

Успех или поражение?

Напомним, что последнее упоминание белорусской столицы в мировом дипломатическом процессе связано с появлением т.н. Минской группой ОБСЕ, созданной для урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Беларусь, как участник данной группы, в процессе её создания (1992 г.) предложила белорусскую столицу в качестве места саммита для заключения окончательного соглашения по урегулированию конфликта в Нагорном Карабахе, что являлось удачном ходом дипломатии молодого независимого государства. К сожалению, достичь столь важного соглашения по поводу судьбы армянского анклава в Азербайджане, уже свыкшегося со статусом непризнанного государства, так и не получилось. Зато 29 июля у Минска возник шанс выступить в роли не просто переговорной площадки, но даже в роли модератора-посредника в разрешении крайне тяжелого и опасного кризиса, который после катастрофы с малазийским авиалайнером приобрел международный характер.

Именно в таком ракурсе было воспринят звонок экс-президента Л. Кучмы в резиденцию А. Лукашенко. Нет, автор этих строк не ошибается. Звонку президента Украины П. Порошенко в Минск предшествовал звонок второго украинского президента, которому как раз и поручено председательство контактной группы с украинской стороны. И тут что-то произошло… Возможно, что сработало правило «испорченного телефона», но белорусский президент вдруг решил, что именно ему будет поручена роль миротворца в украинском кризисе.

Можно только представить суету, которая охватила в выходные (26 – 27 июля) основные государственные структуры республики. Сотрудники ведущих ведомств в тридцатиградусную жару остались без отдыха, выездов на дачу, шашлыков и прочих летних забав. Вместо этого пришлось сочинять сценарии выхода из кризиса и политические формулы компромиссов, т.е. верхушка аппарата А. Лукашенко занялась тем, к чему она не была пригодна генетически, так как компромиссы вообще не приняты в белорусской политической жизни. Еще в 1996 году А. Лукашенко заявил, что он готов к компромиссам, но на его условиях.

Автор этих строк, учитывая кадровый состав государственных аналитических структур и уровень их продукции, все же сомневается, что сформированные предложения белорусской стороны были реалистичны. Но это, естественно, предположение… Любопытно другое: Минск составлял предложения по разрешению конфликта на востоке Украины в изоляции от своего союзника – России. Соответствующие ведомства даже не консультировались с Москвой, уклоняясь от содержательного разговора с российскими коллегами по этой теме. В понимании белорусской стороны именно в таком формате Беларусь должна была продемонстрировать свой «нейтральный статус».

С другой стороны, стоит вспомнить, что 7 июня А. Лукашенко публично призывал окончательно расправиться с Сопротивлением Новороссии: «Боевиков, которые воюют против украинцев, нужно уничтожать» (http://slon.ru/fast/world/lukashenko-prizval-unichtozhat-boevikov-na-yugo-vostoke-ukrainy-1110452.xhtml). Кроме того, с учетом наличия Союзного государства Беларуси и России и членства республики в ОДКБ, широко рекламируемый «нейтральный статус» Минска вызывает определенное непонимание. Это непонимание еще более возрастает на фоне традиционных уже «союзнических» требований белорусского руководства к Москве по увеличению дотаций для поддержки экономики республики. В данном случае перед нами со всей очевидностью предстает традиционная двурушническая внешняя политики официального Минска.

Тем не менее, от факта обращения Киева к Минску, т.е. иными словами Брюсселя и Вашингтона к А. Лукашенко, так как без согласования с Западом руководство Украины не делает ни одного шага, никуда не деться. Является ли появление в Беларуси переговорной площадки по украинскому кризису успехом белорусской дипломатии?


Успех налицо

Безусловно, сам факт привлечения Минска, пусть и в качестве отельера, является индикатором того, что Минск не находится в непроницаемой международной изоляции, во всяком случае, с Запада. Примером является посещение белорусской столицы министром иностранных дел Литвы – страны, которая наравне с Польшей фактически возглавила настоящий крестовый поход против России. Безусловно, свою роль сыграла и весьма лицемерная украинская политика официального Минска по отношению к украинской трагедии.


В. Макей, Л. Линкявичюс и Ш. Фюле во время министерской встречи «Восточного партнерства» в г.Брюсселе. 22.08.2014, Фото: Пресс-служба Совета Европейского Союза

Можно с огромной степенью уверенности говорить, что в данном случае мы видим плоды неустанной работы министра иностранных дел РБ. Именно В. Макей практически навязал Евросоюзу услуги Минска, активно используя в целом антироссийскую позицию, занятую белорусским руководством в украинском кризисе. Именно в этом ключе проходили все встречи В. Макея с коллегами на встрече глав МИД стран-участниц программы СЕ «Восточное партнерство» (22 июля 2014 г., Брюссель). В Брюсселе и было сформировано общее мнение Евросоюза о востребованности Беларуси в быстроменяющейся геополитике Восточной Европы. В итоге, Минск получил статус благожелательного «запасного» игрока, которым можно в случае необходимости воспользоваться. Как оказалось, место встречи потребовалось очень быстро, но сам А. Лукашенко с его разработанными предложениями оказался за дверьми. Так, кофе принести… подмести…


Новая пауза

Почему именно сейчас Западу потребовался переговорный процесс на любом, пусть и весьма незначительном, уровне по украинской проблеме? Дело в том, что есть серьезные основания подозревать, что мы сейчас сталкиваемся с новой паузой в украинском кризисе, которая, как и предыдущие (17 апреля – Женевские соглашения и 27 июня – 72-часовое перемирие в связи с подписанием полного соглашения об ассоциировании Украины с ЕС и необходимостью перегруппировки войск) связана как с ситуацией вокруг карательной операции на востоке, так и изменением на международной арене.


Война

Война в Донецкой и Луганской областях приобретает крайне ожесточенный характер. Части АТО воюют в полную силу, но со второй половины июля война превратилась из маневренной в позиционную. Не помогает ввод в бой огромных бронетанковых соединений (до 200 танков), дальнобойной артиллерии, включая реактивную. То, что, украинская армия пустила в «дело» советскую технику 70-х годов, говорит о том, что ресурсы и резервы исчерпаны. Это особенно заметно на активности украинских ВВС. Снова, как это было в конце июня, на фронте возник своеобразный паритет на фоне почти ежедневной сдачи подразделений украинской армии российским пограничникам.

Срочное выделение Вашингтоном и Брюсселем финансовых средств на обеспечение украинской армии, о чем было объявлено 1 августа, свидетельствует о том, что операция на востоке Украины начинает снова буксовать и решение проблемы территориальной целостности постмайданной Украины вновь отодвигается.


Мир без России

Меняется и ситуация на мировой арене. Украинский кризис, переросший в гражданскую войну, оказался стимулом для целой дуги кризисов. Помимо незатухающей войны в Сирии, буквально за несколько недель оказался расколот Ирак, где США вновь столкнулись с проблемой негативных последствий собственной политики. В частности, пока повстанцы-сунниты воевали против Башира Асада, то они были «хорошими парнями», достойными получать американскую и европейскую поддержку, включая оружейную. Однако когда эти же повстанцы «Исламского государства», включив в свой состав суннитов Ирака и террористические группировки Аль-Кайды, захватили половину Ирака, то они сразу превратились в «плохих парней». Как с ними справиться, в Вашингтоне не знают. Правительство в Багдаде опирается на помощь Ирана и военные поставки из России.

Разгорающаяся синхронно с украинским кризисом настоящая бойня в секторе Газа обозначила не только провал всей стратегии Б. Обама на Ближнем Востоке, но грозит общей дестабилизацией в регионе. ХАМАС и население сектора Газа буквально взывает к арабским странам, которые пока находятся в каком-то оцепенении, но, понятно, что долго игнорировать разворачивающуюся на их глазах войну ни в Аммане, ни в Каире, а также в Эр-Риаде, долго не смогут.

Ливия фактически потеряна. Эта страна разваливается на отдельные племенные союзы, что является несомненным следствием международной операции против Триполи.

Неожиданно проснулся карабахский конфликт. В субботу в Нагорном Карабахе погибло 12 человек. В общем, идет настоящая глобальная волна дестабилизации, охватывающей все новые и новые регионы Евразии.

США, связав Россию санкциями, остались в данных пылающих районах мира в полном политическом одиночестве, с отсутствием перспективы разделить с кем-то ответственность, но зато с ощущением надвигающейся целой серии региональных конфликтов. Евросоюз, в данном случае не способен чем-то посодействовать Вашингтону. «Гасить» новые «костры» придется администрации Б. Обамы или деньгами или жизнями своих солдат. Как правило, потребуется и первое и второе.

Выпадение из мирового контекста целой мировой державы, имеющей серьезные позиции в самых «горячих» регионах мира, оказалось в целом крайне негативным итогом западной стратегии против Москвы.

Именно в этом контексте можно рассматривать диалог между руководством США и Россией. В частности, стоит обратить внимание на телефонный звонок госсекретаря США Дж. Керри министру иностранных дел России С. Лаврову (28 июля). Несмотря на то, что по традиции Дж. Керри не принял аргументов С. Лаврова в отношении снабжения ополченцев Донбасса российским оружием, но согласился со своим коллегой о необходимости «при всех расхождениях в подходах важно добиться незамедлительного прекращения огня в зоне внутриукраинского конфликта и начала переговоров между противоборствующими силами» (http://ria.ru/world/20140728/1017770069.html). Стоит напомнить, что переговоры, правда по крайне узкой тематике, действительно начались на следующий день в Минске. А за сутки до звонка, находясь в Киеве, Дж. Керри публично заявил о готовности Киева к немедленному прекращению огня, чем, видимо, поразил украинские власти…

Но наибольший интерес вызывал телефонный звонок президента США президенту России, который случился уже 1 августа. Суть разговора заключалась не только в одобрении состоявшегося в Минске заседания международной контактной группы, но и в том, что Б. Обама объявил, что санкции в отношении России будут сняты, если Москва перестанет помогать повстанцам на востоке Украины: «Откажитесь от поддержки сепаратистов, санкции будут сняты, и экономика вновь будет расти» (http://www.bbc.co.uk/russian/rolling_news/2014/08/140801_obama_ukraine_russia.shtml). Стоит напомнить, что в настоящее время в российском истэблишменте существует устойчивое мнение, что Украина является лишь поводом для организации полномасштабного давления Запада на Россию. Видимо, данный факт, как и то, что санкции приводят к заметному укреплению позиции правительства В. Путина и мобилизации российского общества, не укрылись от Вашингтона.

Кроме того, ситуация с малазийским «Боингом» начинает претерпевать постепенную эволюцию. Вашингтон и Лондон, конечно, продолжают поддерживать позицию Киева о том, что лайнер сбили «пророссийские террористы», но реальных и неопровержимых доказательств нет. Более того, нет и ответов, на вопросы, которые поставила российская сторона. До настоящего времени Киев так и не назначил официального расследования в международном формате… Все это позволяет Москве утверждать, что Вашингтон знает, кто действительно сбил малазийский «Боинг», но сказать правду не в силах. Более того, возникло ощущение, что США что-то утаивают и в отношении судьбы первого пропавшего малазийского авиалайнера… А ведь судьба второго погибшего самолета заслонила судьбу исчезнувшего лайнера. Неужели это было кому-то выгодно?

Кроме того, на Западе есть понимание: рано или поздно санкции должны подойти к пределу возможностей, после достижения которого у России окажутся развязаны руки. На самом деле санкции не бесконечны и могут иметь катастрофические последствия. Ведь Москва не уступит ни сантиметра. Действительно, что еще можно придумать после секторальных санкций, если от ряда позиций российского экспорта Европа обойтись не сможет? Тем более, что Россией уже приняты первые ответные меры.


Странная война

Россия закрыла свой рынок от польской аграрной продукции по причинам невыполнения польской стороной санитарных норм. Возмущения поляков не принимаются в Москве, так как именно Варшава выступала самым ярым сторонником санкций против Москвы. В понимании польского политического класса, санкции налагает Евросоюз и это его священное право, а вот Польша от ответным мер России страдать не должна, так как имеет в «имперской» и «агрессивной» (оценки РФ в польских СМИ вообще-то феноменальные) России собственные экономические интересы.

Между прочим, такая же любопытная ситуация сложилась и в отношениях между Москвой и Киевом. Украинская пропаганда ведёт против России оголтелую и очень грязную, националистическую унизительную для русского народа информационную войну. Россия трактуется в Киеве, как страна, развернувшая против Украины агрессию, но при этом посольства двух стран работают в обоих столицах. Дипломатические отношения сохранены. Летают самолеты, ходят поезда. Никакого визового режима нет, люди переходят границу. Более того, идут поставки в рамках тех статей экспорта, которые не блокированы, проходят денежные транзакции, заключаются договора и соглашения. Очень странная «война» в понимании Киева.


Определенные итоги

В целом, надежды А. Лукашенко оказаться ключевым игроком в постепенно и очень медленно создающейся пока почти неуловимой «ткани» контактов между Вашингтоном, Киевом, Москвой и руководством ДНР и ЛНР, оказались иллюзорными. Конечно, А. Лукашенко постарался подстраховаться и во время встречи с Л. Кучмой в очередной раз заявил о неприемлемости для него роли арбитра («Вы не читайте и не слушайте, что тут всякие говорят о каком-то пиаре, имидже. Нам ничего этого не надо… Посредничество я не терплю вообще. Мы будем вместе с вами делать для нашей Украины все необходимое, чтобы хоть как-то снизить накал противостояния на востоке Украины. Мы в этом крайне заинтересованы» http://inforesist.org/lukashenko-kuchme-belorus-pomogaet-ukraine-ne-radi...).

Однако, разочарование белорусского президента было столь огромным, что отразилось даже на его ближайшем окружении.

А. Лукашенко прекрасно понимает, что успешное посредничество в крайне опасном и кровопролитном конфликте на Украине могло принести не только разблокирование контактов Минска с Западом, но и обеспечить легитимность пятого президентского срока в 2015 году. Ставки были огромны…

Но еще не все потеряно для А. Лукашенко в украинском кризисе. Есть ряд вопросов о реальной политике белорусского руководства по отношению не только к Киеву, но и к ДНР и ЛНР. Интересно было бы уяснить, какие перспективы видит для себя официальный Минск после завершения конфликта, какие сценарии готовят белорусские правительственные аналитики, как моделирую политическую ситуацию в России, если Донецк и Луганск будут заняты украинской армией? Как собирается Минск воспользоваться закрытием российского рынка для украинских и молдавских товаров в свете намеченного визита А. Лукашенко в Кишинев и т.д.? Все эти чрезвычайно интересные вопросы получат свое освещение в ближайшее время.

Новости по теме

Новости других СМИ