Неожиданный эффект

Константин Скуратович, "Белорусы и рынок"

Определившись в вопросе, что делать с тунеядцами и какие меры применять против них, правительство отнюдь не исчерпало перечень стоящих перед ним проблем.

В частности, в феврале потребность в рабочей силе, заявленная нанимателем через государственную службу занятости, резко уменьшилась, а количество зарегистрированных безработных увеличилось.

Еще совсем недавно чиновники Минтруда настойчиво зазывали незанятую часть населения в отделения государственной службы занятости. Мол, каждому, кому положено, полной мерой отмерят материальную помощь, нуждающимся предоставят работу, а тех, кто ничего не умеет или нуждается в переквалификации по востребованной рынком труда профессии, направят на учебу и выдадут им стипендии.

На самом деле получилось одновременно и так, и не так.


Разнонаправленные тенденции

Как сообщает статистика, в нынешнем феврале средний размер пособия безработного составил 197,8 тыс. BYR, или 13,5% от бюджета прожиточного минимума в среднем на душу населения. Как обычно, по-божески, дабы материальные потребности безработной души не подвергались скоромным соблазнам. Иными словами, чиновники мудро отказываются повышать пособия, дабы набежавшие за помощью безработные не повысили регистрируемый уровень безработицы.

Как показала практика, на сей раз эта мера не сработала.

С одной стороны, по словам начальника управления политики занятости Минтруда и соцзащиты Олега Токуна, количество высвобожденных работников, обратившихся в службу занятости за трудоустройством, сократилось на 14,3%. И действительно, массовых высвобождений рабочей силы не было и в ближайшее время не ожидается.

С другой стороны, служба занятости регистрирует всплеск безработицы. На 1 марта численность зарегистрированных безработных (из которых пособие получают только 16,1%) увеличилась до 35,9 тыс. - на 54,9% больше, чем на конец февраля 2014 года, и на 17,1% больше, чем на конец января текущего года.

При этом уровень зарегистрированной безработицы составил 0,8% от экономически активного населения (на конец февраля 2014 г. - 0,5%). На первый взгляд обычная для бюрократии "лукавая цифра", о которой еще 30 лет назад писали Василий Селюнин и Григорий Ханин.

На самом деле в рыночной экономике напряжение повышается до опасного уровня, когда безработица достигает 5% и не останавливается в росте. Но у нас реальная безработица определяется по принципу "один записывается, а два-три-четыре учитываются в уме". И больше. Теперь это "больше" проявляется как безусловный факт, который подрывает все прежние представления о реальном положении дел даже на регистрируемом рынке труда.

Еще в сентябре, когда потребность в рабочих местах определялась в 21,7 тыс. зарегистрированных безработных при наличии 53,5 тыс. вакансий, любой чиновник мог обещать трудоустройство каждому "тунеядцу". Еще в декабре служба занятости имела 33,6 тыс. заявленных нанимателем свободных мест на 24,2 тыс. безработных, но в январе т. г. спрос и предложение уравновесились, а в феврале предложение сократилось до 26,5 тыс. вакансий - на 35,9 тыс. безработных.

Таким образом, в административно регулируемом сегменте рынка труда образовались своеобразные ножницы. По сравнению с сентябрем предложение сократилось в 2 раза, а спрос увеличился в 1,65 раза.

Подчеркнем, речь идет об административно регулируемом сегменте, что указывает на опасные тенденции, проявившиеся на относительно свободном рынке труда. Если вспомнить заявление г-на Токуна, речь о котором шла выше, можно предположить, что и правительство, и предприятия, и официальные профсоюзы оказались не готовыми к такому повороту дел. И фактически, и концептуально.

Например, насущный вопрос: проводить массовые сокращения или любой ценой поддерживать высокую занятость?

Сокращения необходимы для оздоровления экономики, высокая реальная безработица чревата опасным ростом социальной напряженности. Стратегические цели экономики, страны, общества нуждаются в оздоровлении трудовых отношений. Тактические цели, сиюминутные политические соображения им препятствуют.

Поэтому властям хочется обойтись полумерами, погасить неизбежное социальное недовольство за счет сокращения рабочего времени, административного деления рабочих мест и умеренного сокращения заработной платы.

В январе т. г. 103,5 тыс. работников организаций (3,3% среднемесячной численности) трудились в режиме вынужденной неполной занятости (в январе 2014 г. - 57,4 тыс. человек, или 1,8%). Общее количество неотработанного времени по этой причине составило 416,9 тыс. человеко-дней (в январе 2014 г. - 227,1 тыс. человеко-дней), что равнозначно ежедневному невыходу на работу 20,8 тыс. человек (в январе 2014 г. - 10,8 тыс. человек).

Из общего числа неотработанных человеко-дней на предприятия обрабатывающей промышленности приходилось 75%, на строительные организации - 15,2%.


Опасная концентрация

Кроме того, 72,2 тыс. работников (2,3% среднемесячной численности) находились в целодневном (целосменном) простое. Продолжительность простоя составила 249 тыс. человеко-дней, или 3 дня на одного работника, находившегося в простое.

Прямым следствием стало сокращение реальной средней заработной платы. В целом по стране в январе - феврале она сократилась на 3,2% по сравнению с январем - февралем прошлого года. Но в промышленности это сокращение составило 9,1%, в том числе в легпроме - 12-13%, в строительстве - 10,2%.

На 1 марта в 510 организациях образовалась просроченная задолженность по заработной плате перед 87,3 тыс. работников, что составило 2,8% работников (кроме микро- и малых организаций без ведомственной подчиненности). Сумма просроченной задолженности составила 300,6 млрд. BYR, или 1,7% от фонда заработной платы по стране за январь.

Мелочь? Но из 510 организаций, имеющих задолженность, абсолютное большинство - сельскохозяйственные организации и их сервисные предприятия. Таким образом, без зарплаты остались именно сельскохозяйственные работники, средняя зарплата которых составляет всего 70% от средней зарплаты по стране.

Если учесть, что в сельском хозяйстве занято порядка 330 тыс. человек, то можно сказать, что без зарплаты остался практически каждый четвертый работник.

Как всегда, кризисы начинаются в городах, но первыми бьют наших кормителей.

Новости по теме

Новости других СМИ