Андрей Суздальцев: Лукашенко остается уверенным в том, что ему все сойдет с рук

Андрей Суздальцев, politoboz.com

Поездка президента Республики Беларусь А. Лукашенко на саммит Организации исламской солидарности (ОИС) в Стамбул неожиданно совпала с очередной «прямой линией» В. Путина для граждан РФ.

Прямой связи между этими двумя событиями, естественно, нет, но сочетание оказалось интересным. Оба уже состоявшихся мероприятия готовились заранее, но если о сборе вопросов для президента России стало известно почти за две недели до начала трансляции в прямом эфире, то бросок президента Беларуси на юг оказался совершенно неожиданным для всех, включая Москву. Во всяком случае, минский истеблишмент узнал об отъезде главы белорусского государства в Турцию, когда «первое лицо» уже оказалось на борту президентского «Боинга».

Есть и еще одно совпадение: в дни визита А. Лукашенко на берега Босфора как бы закончился правительственный кризис на Украине, и в Киеве появился новый премьер-министр – Владимир Гройсман, что, судя по всему, должно порадовать «украинскую» группу в белорусском руководстве.


Что бы это значило?

Несмотря на то, что прелюдия белорусского «Восточного экспресса» пока остается во многом неизвестной, некоторые детали посещения главой белорусского государства Стамбула, а также определенные моменты в состоявшемся десять дней назад московском интервью министра иностранных дел РБ В. Макея, позволяют выстроить определенную парадигму в поведении официального Минска.

Прежде всего, обратила на себя речь А. Лукашенко, произнесенная на форуме ОИС, где ключевой фразой оказалось мнение белорусского президента о «мусульманском» выборе Беларуси: «Стремление укреплять связи с исламским миром – абсолютно осознанный выбор, который Беларусь постоянно придерживается» (http://www.sb.by/prezident-belarusi/news/lukashenko-ukreplenie-svyazey-s-islamskim-mirom-yavlyaetsya-osoznannym-vyborom-belarusi.html).

Учитывая расширяющиеся год от года позиции турецкого бизнеса в экономике РБ (прежде всего, в гостиничном бизнесе), то слова А. Лукашенко являются, в общем-то, правдой. Однако, в данном случае А. Лукашенко фактически дал арабскому миру и Западу политический сигнал в формате «свой-чужой», пытаясь доказать Р. Эрдогану, а вместе с ним и тем державам, которые гласно или негласно поддерживают турецкое руководство (США. Саудовская Аравия, Катар и т.д.) в том, что Минск, несмотря на сохраняющий актуальность российско-турецкий кризис, является для Анкары «своим».

То есть А. Лукашенко старается не упустить случая, с одной стороны, продемонстрировать Западу свой «независимый» от России внешнеполитический курс, а с другой -- реально уклониться от единой на внешней арене политики с Россией. Правда, белорусские высшие должностные лица в данном случае заявляют, что их «не просят» и к ним «не обращаются» за поддержкой, что является какой-то крестьянской хитростью. Понятно, что если Москва будет каждый раз обращаться к Минску за поддержкой, то никаких российских ресурсов не хватит для удовлетворения аппетита «единственного союзника». Это стало понятно еще после дискуссии по признанию Беларусью независимости Абхазии и Южной Осетии.


Что искал А. Лукашенко на берегах Босфора?

Традиционные цели белорусской дипломатии и лично белорусского президента на международной арене – это расширение международной поддержки белорусского политического режима и деньги. Безусловно, данные цели друг с другом тесно связаны, так как сложно представить инвестиции в белорусскую экономику без поддержки белорусских властей. Стоит напомнить, что начиная с октября 2015 г. навстречу Минску пошел Евросоюз и Вашингтон, что вылилось в обещание предоставить кредит МВФ, т.е. политика в отношении Минска неуклонно заканчивается денежным вопросом.

Сложнее с другими столь необходимыми стагнирующей экономике РБ новыми товарными рынками для белорусских товаров. На саммите в Стамбуле формально именно этим вопросам были посвящены встречи А. Лукашенко с лидерами Казахстана, Катара, Пакистана, Индонезии и Афганистана.

Так что внешне основные усилия официального Минска на международной арене, направлены на поиски финансовых ресурсов или, как следствие, рынков для белорусского экспорта. По традиции именно в таком формате и был представлен белорусскими официальными СМИ визит А. Лукашенко в Стамбул. Так что, если опереться на белорусские официальные источники, никакой политики в визите белорусского президента вроде и нет, если, конечно, не считать того, что в глазах основного белорусского союзника (России) Эрдоган является лютым врагом Москвы… Однако никто в Минске и не скрывал, что встреча президентов Турции и Беларуси оказалась стержневой в рамках визита А. Лукашенко в Турцию.


Политический контекст

Безусловно, политический аспект белорусского «Восточного экспресса» превалировал. Причем он касается и сугубо экономических целей визита. Дело в том, что экспорт продукции белорусских предприятий традиционно носит важный политический характер, так как должен демонстрировать не только вовлеченность республики в международное разделение труда, но и востребованность белорусских товаров на мировых рынках, что, как следствие, должно подразумевать успехи внутренней экономической политики белорусского руководства.

Но добиться данного успеха сочетанием «цены и качества» продукции, произведенной в Беларуси, почти невозможно. Отсюда и задача, поставленная еще в 2011 году практически перед всеми белорусскими ведомствами, включая силовыми, по продвижения белорусского экспорта.

Естественно, как только у России начинаются проблемы на тех или иных рынках, тут же, из-за спины Москвы появляются белорусы, чтобы использовать освободившиеся от российского бизнеса рыночные «ниши». Так в свое время произошло с рынком стран Прибалтики, затем Молдовы, потом Грузии, Украины, а сейчас и Турции.


Главный лоббист

Естественно, самым сильным лоббистом на внешних политических и товарных рынках может считаться сам А. Лукашенко, хотя, несмотря на то, что все его визиты, как правило, широко рекламируются республиканскими СМИ именно в формате продаж белорусских тракторов, грузовиков и сметаны, но, на самом деле, поездки, как правило, экономически не оправдываются («туризм»). Тем не менее, за долгие годы своего бесконечного правления, А. Лукашенко объехал почти весь мир.

Встречи в Стамбуле, как широко их не рекламируй, все-таки оставляют ощущение какой-то декоративности. Понятно, что много в Афганистане не заработаешь, Турции нужны миллионы туристов, которых в Беларуси просто нет, в Индонезию А. Лукашенко уже летал, а лидер Пакистана посетил в прошлом году Минск. Иными словами, на примере визита белорусского президента в Стамбул, в очередной раз возникает ощущение, что А. Лукашенко играет какую-то выбранную им самим театральную роль, пытаясь, по традиции, решить две взаимоисключающие задачи – не прогневить Москву и задобрить Запад.


«Свет в конце туннеля»?

Прежде всего, необходимо напомнить, что после начала перевода российского кредита (в Минск уже пришел первый транш в 500 млн. долларов), А. Лукашенко получил столь ожидаемую им передышку. До момента решения судьбы кредита белорусский президент демонстрировал образец лояльности Москве, сдержано отреагировав как на состоявшийся в конце марта нефтяной кризис (запрет А. Дворковича на поставки российскими компаниями нефтепродуктов на белорусский рынок), так и на перспективы востребованности белорусского ВПК для российской оборонки (российские заказы для Минского завода колесных тягачей).

Сейчас, после того, когда вопрос о кредите в 2 млрд. долларов для Минска Москва решила, А. Лукашенко мгновенно переориентировался на другой кредит – от Международного валютного фонда. Это сразу проявилось в международной активности официального Минска. Москва уже не нужна…

Понятно, что сейчас все силы белорусского руководства будут брошены на то, чтобы получить кредит МВФ. Иными словами, повторяется ситуация января-февраля текущего года, когда власти республики боялись любым неосторожным делом или словом спугнуть снятие европейских санкций с республики. Но есть и что-то новое…

Стоит напомнить, что визиту в Стамбул, помимо менее значительных встреч с представителями европейского истеблишмента, предшествовали переговоры А. Лукашенко с министром иностранных дел Польши Витольдом Ващинским (21-22 марта 2016 г.) и с заместителем помощника министра обороны США Майклом Карпентером (28-30 марта 2016 г.). Данные мероприятия в белорусском руководстве записали на счет, естественно, В. Макея – главы т.н. «западной группы» в белорусских правящих кругах. Стоит отметить, что А. Лукашенко после вышеупомянутых встреч ощутимо изменился.

Специфика личности А. Лукашенко заключается в том, что, учитывая его психологический тип (типичный холерик), ему крайне сложно держать себя в руках и демонстрировать невозмутимость. В этом плане он резко отличается от «удава» В. Путина.

Российский президент может годами, а то и десятилетиями, сидеть в «засаде», ожидая возможности для атаки, сохраняя при этом полную невозмутимость и демонстрируя внешнюю незаинтересованность.

А. Лукашенко, в свою очередь, после бесед с гостями из Варшавы и Вашингтона, словно обрел второе дыхание. Внимательное наблюдение за ним позволяет утверждать, что А. Лукашенко увидел некий «свет» в конце «туннеля», видимо рассчитывая на всемерную поддержку Запада и, в первую очередь, Евросоюза. Но что это за свет? Видимо, скоро мы разберёмся в его природе, хотя уже сейчас невольно возникают ассоциации с украинским вариантом и судьбой В. Януковича…

В любом случае, понятно, что главная проблема официального Минска заключается в том, чтобы «туннель» не превратился в «тупик». Завалить «туннель» в силах только один из участников белорусского «ребуса» - Москва.


Танец на углях

8 апреля В. Макей провел пресс-конференцию в Москве, что явилось важным событием не только для российско-белорусских отношений, но и в целом для оценки как эффективности российской внешней политики на постсоветском пространстве, включая её интеграционный вектор, так и перспектив официального Минска и дальше балансировать между Москвой и Западом.

Стоит сразу отметить, что активно используя в своем выступлении понятие «национальные интересы», В. Макей попытался убедить приглашенных журналистов, что Беларусь и дальше в силах проводить собственную внешнюю политику, но, как ни странно, за счет России и зачастую против уже российских национальных интересов. При этом глава белорусского МИДа попытался доказать недоказуемое – антироссийская внешняя политики Минска, по версии В. Макея, едва ли не выгодна Москве.

Отсюда и вывод, что «трений» между Россией и Белоруссией нет («Я хочу, как Министр иностранных дел Беларуси ответственно заявить, что между Беларусью и Россией в области внешней политики осуществляется самая тесная координация на системной основе. И каких-либо трений, недопонимания с российскими коллегами -- у нас абсолютно нет»). http://www.politforums.net/belorussia/1460136349.html).

Иными словами, исходя из логики белорусского министра иностранных дел, Москва должна только приветствовать, к примеру, отказ белорусских властей выполнить союзнический долг и разместить в Беларуси российскую авиабазу.

В тоже время, обратило на себя внимание то, что все ответы В. Макея по поводу как раз весьма насущных и напряженных проблем в российско-белорусских отношениях почему-то создавали впечатление, что их сконструировали так, чтобы излишне не раздражать Запад и Киев.

В частности, вопрос о признании Беларусью присоединения к России Крыма, В. Макей переформатировал в традиционную для Минска формулировку в духе Льва Троцкого: «Беларусь исходит из того, чей Крым де-факто». Признать уход Крыма в результате референдума от Украины де-юре белорусские власти не в силах, что, однако, не мешает белорусским экспортерам расширять поставки белорусских товаров на полуостров. Любопытного то, что сделал бы официальный Минск, если бы вдруг, чисто теоретически, Крым вернулся бы в Украину? В. Макей тоже бы заявил, что Крым де-факто в составе уже Украины? Вот так проверяются союзники…

Между прочим, уверения В. Макея, что «пока Крым — это не государство, поэтому признавать здесь ничего не надо» (там же) ему следовало бы переадресовать США и Евросоюзу, которые как раз очень четко связывают статус Крыма с санкциями против России.

Вопрос о российской базе, как оказалось, «уже не стоит»( «Вопрос о размещении на территории Беларуси российской военной авиабазы пока не стоит, но республика не исключает возможности возвращения к этой теме»), но при этом В. Макей не разъяснил, кто решил – Москва или Минск, что вопрос о базе «не стоит»?

Судя по всему, за Россию в данном случае решил А. Лукашенко, который, естественно, не откажет себе в удовольствии активно поторговаться с Россией по вопросу о размещении базы. Вот только Москва не хочет торговаться с «союзником» не только об авиабазе, но и о Крыме, считая, что торговаться с «союзником», третье десятилетие сидящим на российской энергетической и финансовой поддержке, унизительно для России. А в Минске, как намекнул В. Макей, продолжают ждать, что им что-то опять предложат…

Любопытно то, что на фоне демонстрации приоритета «национальных интересов» В. Макей вдруг раскрылся на вопросе о цене за поставляемый в Беларусь российский газ (Минск требует снизить цену на газ на 10 долларов за тысячу кубов). В данном случае модно сказать у белорусской стороны сработала формула «Беларусь ничего России не должна, а вот Россия должна и обязана безропотно и безусловно обеспечивать и снабжать Беларусь». Иными словами, Крым признать Минск не может, базу разместить не хочет, но при этом требует себе новых энергетических преференций.

Сочетание демонстративного нежелания хоть в чем-то пойти навстречу союзнику («Москва остается главным стратегическим партнером Беларуси», там же) с жестким требованиям к Москве пойти на ценовые уступки выглядели в устах В. Макея чудовищно, что никак не смущало главу белорусского МИДа. В. Макей в очередной раз продемонстрировал то, что иждивенческий подход к России настолько укоренился в сознании белорусской высшей номенклатуры, что они могут даже в чем-то превзойти своих украинских коллег, второй год сочетающих обвинения России в агрессии против Украины с требованиями снизить цены на газ и допустить украинские товары на российский рынок.

Разница с Киевом лишь в том, что официальный Минск продолжает позиционировать себя как «союзника» России…


Реплика

Своеобразным итогом пресс-конференции В. Макея стал традиционный для маргинальной части белорусского экспертного сообщества тезис о том, что «Мы же не высказываем претензий, когда руководство России встречается с представителями ЕС или НАТО. Мы считаем, что это нормальный диалог. Здесь тоже не надо рассматривать это (визит Карпентера, как выпад против России (https://cont.ws/post/243314).

Признаться, автор этих строк не поверил своим ушам, когда услышал этот «тезис» из уст главы белорусской дипломатии. Как-то рассчитывал на большее понимание В. Макеем современного положения Беларуси и её роли на региональной арене, но видимо не перевелись еще в белорусском руководстве люди, уверенные, что мир – Москва, Вашингтон, Пекин, Берлин и т.д., начинает утро с вопроса: « А что сегодня сказали в Минске?».

Хотя с другой стороны, ведь действительно, Минск не только настаивает на равноправном диалоге между белорусским и российским руководствами, но и на своем праве проводить такую же независимую политику на мировой арене, что и Москва. По идее необходимо это только приветствовать, но вот только есть некоторые реальности, которые затрудняют получение Минском столь высокого статуса реального субъекта мировой политики. И речь не идет о постоянном месте в СБ ООН или ядерном потенциале (45% от мирового, как у той же России), а о более простых вещах.

В частности, для того, чтобы Минск мог реально отмахиваться от подозрений Москвы, ему, для начала, стоило бы перестроить свою экономику, дифференцировать рынки сбыта, перейти к покупке российских энергоносителей по мировым ценам и перестать жить от одного российского кредита до следующего, прикрывая своё иждивенчество имитацией участия в очередном интеграционном проекте.

Можно пойти иным путем – покупать газ у Словакии и приглашать министров из Литвы, а молодежь отправить поскакать на площадь. Потом можно «на равных» поговорить с НАТО и Евросоюзом, попутно продавая в Германию и Францию тракторы, МАЗы, а в Южную Корею «Горизонты»… Итог известен заранее.

Так что то, что может позволить себе Россия, которой, как не раз отмечал автор этих строк, никто скидок на импорт не делает и кредиты не реструктуризирует, пока вряд ли может себе позволить Беларусь, третье десятилетие живущая в долг…


Задание В. Путина?

Главная задача пресс-конференции В. Макея в Москве не вызывала сомнений – замаскировать маневры А. Лукашенко на Западе. Сам А. Лукашенко публично тоже продолжает неустанно успокаивать Москву, подвергая анафеме, как и В. Макей, «некоторые российские СМИ», которые клевещут на «верную союзническому долгу Беларусь». Более того, для того, чтобы прикрыть неожиданный визит белорусского президента в Стамбул, белорусские службы оперативно осуществили информационный вброс о том, что визит был согласован с В. Путиным (варианты: «Лукашенко полетел с поручением Путина», «Лукашенко выступит посредником между Эрдоганом и Путиным» и т.д.).

Автор еще с времен ареста в Минске экс-главы «Уралкалия» В. Баумгертнера утверждал, что какие-либо закрытые договоренности между президентами России и Беларуси в принципе невозможны. Напомню, что осенью 2013 года белорусское Интернет-пространство было переполнено вбросами, что арест российского топ-менджера был произведен А. Лукашенко по просьбе В. Путина. С одной стороны было понятно, что белорусские власти трусливо «переводят стрелки» на Москву, стремясь избавиться от ответственности за содеянное, а с другой стороны «вбросы» сразу выдавали минское происхождение «новости», так как у российского истеблишмента нет ни у кого иллюзий в отношении договороспособности А. Лукашенко.

Но в данном случае все инсинуации в отношении «задания Путина» развеял сам В. Путин. Получилось так, что в то время, когда А. Лукашенко беседовал с Р. Эрдоганом президент России, выступая в рамках «Прямой линии» отметил, что турецкий народ остается дружественным российскому (фактически Турция – друг России), но турецкому народу не повезло с несколькими неадекватными руководителями (http://regnum.ru/news/international/2119847.html). Это был прямой намек Кремля, что уход Р. Эрдогана будет означать прекращение российско-турецкого кризиса. Понятно, что в данном случае встреча белорусского президента с «неадекватным» лидером Турции никак не может быть в интересах России.


Что это было?

В данном случае и в данной внешнеполитической ситуации необходимо учесть, что сам факт встречи А. Лукашенко и Р. Эрдогана важнее, чем её содержание. Ведь то, о чем говорили белорусский и турецкий президенты не является тайной. Во всяком случае, в Анкаре и турецком медиа-пространстве… Важнее то, что А. Лукашенко в очередной раз продемонстрировал Западу свою способность реагировать на любые финансовые приманки (кредит МВФ) и готовность мгновенно сдать любого своего союзника, если ему в данное время это будет выгодно. При этом поражает то, что белорусский президент остается уверенным в том, что ему все сойдет с рук…

Новости по теме

Новости других СМИ