"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет

Адарья Гуштын, Naviny.by

Ключевым свидетелем по делу Дениса Купреенко был оперативник ГУБОП Константин Денисевич. Он и сам сейчас на скамье подсудимых — по громкому «делу семнадцати».

Проходящего по громкому «делу семнадцати» бывшего оперативника ГУБОП Константина Денисевича обвиняют в том, что он «крышевал» наркодилеров в Минске: делал по их просьбе экспертизы в лаборатории, убирал с их пути не только конкурентов, но и бдительных правоохранителей, которые задерживали торговцев спайсом. Одним из таких бдительных правоохранителей был Денис Купреенко.

В однокомнатной квартире, где Денис жил с родителями, висят его фотографии в форме, дипломы и грамоты об отличной службе.

«После колледжа, он сам написал заявление, чтобы его забрали в армию, — рассказывает Дмитрий Купреенко, отец Дениса. — Попал в часть 3214 (спецназ МВД. — ред.). Отслужил, и ему предложили остаться. Два года отработал в части».


«По службе его характеризовали только с положительной стороны, — отмечает мать парня Ирина Купреенко. — Он участвовал во всех соревнованиях. Даже на параде, когда приезжал президент, выступал перед ним на площади. В феврале министр вручил нам благодарственное письмо за хорошую службу сына. А в апреле (2013 года. — ред.) его назвали бандитом».


"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет

"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет


В феврале 2015 года Денис и еще двое сотрудников ОМОН были приговорены к длительным срокам заключения. Купреенко признали виновным в грабеже, разбое, похищении человека, превышении власти и получении взятки. Итог — 11 лет колонии.


Перед увольнением предложили за деньги замять дело

По версии следствия, Денис вместе с товарищами самовольно задерживал торговцев спайсом, забирал у них товар, вывозил лес и угрожал пистолетом. Задержания были самовольные, иногда в выходной день.

Это было время, когда многие спайсы считались легальными. Распространителей задерживали, забирали в участок, но после проведения экспертизы были вынуждены отпускать на свободу.

«Денис говорил, что очередь за наркотиками стояла, как за хлебом. А так как он был при погонах, не мог пройти мимо. Рассказывал: «Я их задерживаю, привожу в опорник, их оформляют, а через час они опять стоят на том же месте», — вспоминает мать парня. — С ним парень служил, который подсел на спайсы и в итоге умер. Он эти наркотики просто ненавидел».


По одному из эпизодов в материалах дела отмечается, что Купреенко сразу после задержания наркодилеров позвонил своему командиру. Тот приказал доставить нарушителей в РОВД.

Выходит, начальство знало, пусть не обо всех, но о некоторых попытках молодых сотрудников «навести порядок». Почему не остановили?

«Никто с ними беседы не проводил, — говорит отец Дениса Купреенко. — Они ведь думали, что действуют в интересах закона, хотели, как лучше. В суде один из начальников ОМОН сказал, что ребят якобы сгубили большие деньги. Но на нашего Дениса повесили взятку 100 тысяч рублей, это же просто смешно! А командир роты, где служил сын, сказал: «Такого парня, как Денис, я не встречал. Если его оправдают, я буду просить, чтобы он вернулся ко мне работать».


"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет


Сотрудники ОМОН, конечно, могут задержать человека и вне службы. Но в таком случае должен быть составлен рапорт, протокол задержания, протокол личного обыска. Понятно, что ни Денис, ни другие обвиняемые по делу этого не делали. На вопрос судьи, почему, последовал ответ: «Не хватило опыта». Хотя в органах ребята служили не первый день.

Уголовное дело против них было возбуждено в августе 2013 года. Написать заявление на увольнение их попросили еще в апреле.

«Сказали, что вы, ребята, залезли не туда, куда надо, — вспоминает мать Купреенко. — Мы тогда и подумать не могли, что наш сын перешел дорогу Денисевичу и его людям. Предлагали ведь заплатить, чтобы замять дело. Но сын сказал: я ничего не нарушал, платить не буду, потому что и дальше будут шантажировать. И уехал домой, в Бобруйск».


Здесь его через несколько месяцев и задержали. Приезжал сам Денисевич с бойцами «Алмаза».

"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет

Денис Купреенко с мамой

«Он говорил им, что Денис — наркоман, опасный преступник, — вспоминает Дмитрий Купреенко. — А ребята из «Алмаза» поверить не могли. Говорили: «Да ладно, мы же вместе служили! Он же нормальный парень».


Закрыть вопрос за деньги предлагали не только Денису, но также Богдану Жакуну, еще одному фигуранту дела. Его приговорили к 9 годам колонии.

«Когда Богдан уже был в СИЗО, предлагали за 50 тысяч долларов замять дело, — вспоминает его супруга Илона. — Конечно, у нас таких денег нет. Да и за что платить? Да, может быть, ребята не оформили задержание, может быть, преступили закон, но они никого не похищали и пистолетом не угрожали. Богдан — нормальный семейный мужик, ему проблемы не нужны были. Он сам бы не трогал этих распространителей, это была инициатива напарника (Ксензова, скрылся от следствия. — ред.). По-хорошему, он, конечно, должен был доложить о задержании, но сработала солидарность, не сдал своих. А в итоге сам поплатился. Сейчас, конечно, у него разочарование, хотя раньше работа ему очень нравилась, и он всегда был на хорошем счету».


"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет

"Не мог смотреть, как продают спайсы". Бывший сотрудник ОМОН получил 11 лет

Денис Купреенко проходил отбор на получение крапового берета (на верхнем фото крайний слева)


Денисевич оказался в одной камере с Купреенко

Константин Денисевич был тем самым оперативником, который разрабатывал дело Купреенко. Из материалов дела следует, что 22 апреля 2013 года в ГУБОП поступила информация, что в Минске несколько человек под видом сотрудников ОМОН задерживают и угрожают продавцам «незапрещенных курительных смесей». Однако оперативное сопровождение (то есть слежка и прослушка, которую вешали на распространителей) началась еще 12 апреля.

Потерпевшие не сразу написали заявление на обидчиков, да и побои снял только один распространитель — у него зафиксировали легкие телесные повреждения. Он также предоставил оперативникам фото и аудио, как их задерживают сотрудники ОМОН в гражданском. Снимки сделал знакомый распространителя, но следствие так и не установило, что это был за человек, в суд его также не вызвали.

О том, как торговцы спайсом по указанию «сверху» писали заявления на конкурентов, давали против них показания и превращались в потерпевших, звучало и на процессе по «делу семнадцати».

«Когда сын задержал первых распространителей и вез их в участок, они ему сразу сказали: «Ты не знаешь, с кем связался. За нами стоят такие люди, что тебе несдобровать», — вспоминает слова Дениса его отец. — На суде вину никто не признал. Да, ребята не отрицали, что задерживали этих торговцев, что вывозили их за город. Но насилие никто не применял и пистолетом не угрожал. Просто хотели, чтобы «точка» хотя бы немного без них постояла».


Ключевым свидетелем по делу был Константин Денисевич. Правда, на суде он изменил свои показания.

«Сначала его всё не могли вызвать в суд, — говорит Дмитрий Купреенко. — Судья даже сказала, что он, мол, уехал в Россию, поэтому доставить его невозможно. Но мы точно знали, что он задержан и находится в Беларуси. Его же подсаживали в камеру к Денису! Сын сразу же написал начальнику СИЗО, ведь это нарушение. После этого его перевели в камеру к другому обвиняемому. Тот парень, к сожалению, не подал жалобу».


«В камере был Денис и еще один оперативник, по другому делу, — говорит Ирина Купреенко. — Он дружил с Денисевичем, они соседи по даче. Поэтому когда и его привели в эту камеру, то парень ему сказал: «Я бы тебе руку не подал, если бы знал, как ты наших ребят подставляешь». А Денисевич просто плакал и говорил: «Денис, извини». И на суде он действительно рассказал правду — что никаких похищений не было, что распространители работали на LegalMinsk (интернет-магазин по продаже спайсов. — ред.). Но суд не принял это во внимание».


В приговоре отмечено, что показания Денисевича о том, что он ранее оговорил обвиняемых, признаны несостоятельными, поскольку на день допроса свидетель сам находился под следствием. Кроме того, содержался в одной камере с обвиняемыми.


Распространители спайсов требовали выплатить им компенсацию

Некоторые из потерпевших по делу Купреенко дали показания и по «делу семнадцати» — как свидетели. Родители Дениса говорят, что в суде они вели себя нагло, все время требовали деньги.

«Потерпевшие нигде не работали, некоторые состояли на учете у нарколога, — отмечает Ирина Купреенко. — При этом они рассказывали, что снимают квартиры по 350 долларов, на «Вольво» разъезжают. А мой сын работал и получал пять миллионов, мы ему помогали! Нет машины ни у нас, ни у Дениса».


«Они все время требовали денег, — вспоминает Дмитрий Купреенко. — Один прямо говорил, мол, на точке в день миллион зарабатывает, пятый день ходит в суд, поэтому мы как родители должны ему компенсировать заработок».


Родители Дениса в итоге заплатили 8 млн рублей потерпевшим за курительные смеси.

«Наше дело не единственное, — говорит Ирина Купреенко. — Сослуживцы Дениса задержали распространителей, посадили в троллейбус и завезли в опорник. В итоге этих торговцев освободили, а милиционерам дали по 9 лет за похищение, грабеж и еще целый ряд статей. Пачками сажали тех, кто мешал продавать спайс».


«Когда последний раз ездили к сыну, встретили там парня, который делал экспертизы по наркотикам, — вспоминает Дмитрий Купреенко. — Денис ему говорит: «Дима, объясни моим родителям, как так получилось — ты делал экспертизы, а сам сюда попал». Просто анекдот!»


И сам Денис, и его родители пристально следят за процессом по «делу семнадцати». Они надеются обжаловать приговор в Верховном суде.

«Может быть, наш сын где-то нарушил закон, превысил полномочия, — признает мать. — Но он не совершал того, что на него повесили: грабеж, взятки, похищения. И он не заслуживает такого сурового наказания. Для него всегда было слово начальника — закон. Он свято верил, что милиция должна бороться с беззаконием. Вот с такими продавцами наркотиков, которые убивают людей! Сейчас он, конечно, во всем этом разочаровался. Но мы надеемся на отмену приговора».

Новости по теме

Новости других СМИ