Как Грузия не умерла в руках коррупции

Александр Коктыш, для UDF.BY

Звиад Девдариани. Фото из социальных сетей
Исполнительный директор грузинской неправительственной организации «Агентство гражданского развития» Звиад Девдариани о роли гражданского общества Грузии, «свете» и тенях Михаила Саакашвили, противоборстве и примирении «отцов» и «молодых реформаторов», шансах Беларуси сохранить баланс между «восточным» и «западным» направлениями.


Сейчас только 7 процентов граждан считают, что в стране есть коррупция

— Вы довольно долгое время работаете в различных общественных структурах, активно борющихся с коррупцией. Насколько за этот период Грузия избавилась от взяточников?

— Я двадцать лет работаю в неправительственном секторе, сейчас — в Агентстве гражданского развития (CiDA). А работа, о которой вы говорите, велась до Революции роз в ноябре 2003 года. Мы участвовали в программах, упор в которых делался на прозрачность государственных структур и реформирование общества за счёт возможности участия грузинских граждан в принятии серьёзных государственных решений. В частности, тогда бурно обсуждался проект закона о свободе информации. И велись жаркие дискуссии о том, какая информация считается открытой, а какая закрытой, могут ли люди принимать участие в открытых совещаниях на республиканском, местных уровнях. Мы пытались обучать общественность и госслужащих, которые не понимали этот закон…

— Неужели всё было так печально?

— Был период, когда Грузия буквально «умирала» в руках коррупции. Потом всё-таки в стране произошли серьёзные позитивные преобразования, направленные на то, чтобы грузинские граждане могли участвовать в принятии государственных решений. Появилось много соответствующих проектов, в том числе был создан Дом юстиции, который может одновременно обеспечивать множество необходимых и востребованных электронных сервисов. И любой гражданин может прийти в этот Дом и получить эти сервисы.

О том, что наблюдается прогресс в течение последних десяти лет, свидетельствуют различные международные рейтинги. К примеру, в рейтинге Doing business, формируемый Всемирным банком http://www.doingbusiness.org/rankings (данный рейтинг измеряет степень свободы ведения экономической активности в стране) Грузия занимает 16 место в мире, и только два постсоветских государства находятся впереди. Отрадно и то, что несколько ступеней вверх мы прошли именно в последние годы.

Кстати, совсем недавно TRANSPERENTY INTERNATIONAL провела опрос в мире, в том числе в Грузии с целью узнать, сколько граждан в процентном отношении считает, что у них в стране развита коррупция. Оказалось, что в Грузии только 7 процентов разделяют данное мнение.

«Раньше к гражданскому сектору вообще относились как к клубу по интересам, который не воспринимался как что-то полезное для страны».


— Во время недавней поездки в Грузию я видел огромное количество молодых, энергичных, а главное — болеющих за свою страну чиновников. Скажите, это уже постоянный тренд вашей страны?

— Такое стало возможным после Революции роз. Тогда была изменена государственная система, причём, на всех уровнях, что помогло активно провести назревшие реформы, авторы которых понимали: это ИХ реформы, Их шанс, Их будущее.

С одной стороны, привлечение молодых новых госслужащих очень поддерживало темпы реформирования страны. С другой, у них не было необходимого институционального опыта. И горечь от этого ощущалась в нашем обществе. А сейчас у нас состоялись парламентские выборы, в которых доминирующую роль сыграли молодые политики, получившие преимущественно западное образование. То бишь тренд очевиден. Вместе с тем в наши институты государственной власти часть людей старой закалки вернулась


«Мы максимально заинтересованы в том, чтобы нас понимали простые люди»

— Практически во всех странах постсоветского пространства к гражданскому обществу относятся, мягко говоря, настороженно…

— Я уже 20 лет в гражданском секторе. Раньше к нему вообще относились как к клубу по интересам, который не воспринимался как что-то полезное для страны. Потом нас увидели госструктуры, медиа, бизнес-круги. Это приятно, но мы максимально заинтересованы в том, чтобы нас больше понимали простые люди. Чтобы они видели нас не только в телевизионных ток-шоу, интернете, но и в живую; делились с нами своими РЕАЛЬНЫМИ проблемами.
Во время развития неправительственного сектора Грузии эти так называемые простые люди свыклись с мыслью, что этот сектор больше сориентирован на получение грантов от доноров, чем на решение актуальных проблем нашей страны.

Наша организация старается больше работать в регионах и по вполне КОНКРЕТНЫМ программам. В частности, помогаем бывшим заключенным, вернувшихся из тюрем, экомигрантам, бедным, вынужденным переселенцам после войны России и Грузии; решаем и другие социально значимые для Грузии проблемы. Стараемся работать вместе с госструктурами. Если же не находим с ними понимания, критикуем, протестуем, что главное, пытаемся объяснить грузинскому обществу, почему-то или иное не получается и кто в этом виноват.

— Насчёт понимания: во время моих разговоров с грузинами, где-то половина собеседников высказывалась за реформы, проведенные бывшим президентом Грузии Михаилом Саакашвили, вторая – резко против…

— Нельзя сказать, что проведенные Саакашвили реформы принесли нечто однозначно хорошее или однозначно плохое. Я уже говорил выше о более упрощённых правилах ведения бизнеса, борьбы против коррупции, институциональных реформах, развитии инфраструктуры в стране, реформах в сфере образования. Так вот всё это и связано с именем Саакашвили, с одной стороны. С другой стороны, при нём у нас появились и большие проблемы: сфера демократии, сфера прав человека, где, что называется, перегнули палку. К примеру, прежние владельцы многих влиятельных грузинских масс-медиа не допускали на своих телеканалах, радиостанциях, в газетах и журналах даже малейшей критики в адрес Михаила Саакашвили. А без этого не было дискуссий и возможности различным политическим группам публично высказывать свое мнение, что породило немаленькие проблемы в грузинском обществе.

— Но Саакашвили, условно говоря, «ушли», и проблемы растворились?

— Я бы не стал утверждать так категорично. Например, какая-то не совсем понятная политика проводится в отношении телеканала «Рустави-2», позволяющего себе критику в отношении властей. Как неправительственная организация мы считаем на данном примере, что тем самым проводится политика против свободы масс-медиа. Однако мы и не ощущаем такого давления на бизнес, как это было при Саакашвили.
Вместе с тем, мы научились мирно передавать власть. До этого все смены руководства страны заканчивались революциями. 2012-й год, когда власть мирно перешла к другой команде, показал, что уровень развития грузинского общества повысился. Хотя это не значит, что мы не должны развиваться дальше.
У нас проходит и запланировано очень много реформ. К примеру, есть договор об ассоциации Грузии и Европейского Союза. В Грузии общество наконец-то сошлось во мнении, что все реформы проводятся ни для какого-то дяди, а для ГРУЗИНСКОГО ОБЩЕСТВА.

«Я знаю, как трудно вам сохранять баланс в этом геополитическом раскладе, но мне кажется, что вы придёте к тому, что надо больше поддерживать своё гражданское общество».


— Так вы уже навеки связали себя с гражданским обществом?

— Если говорить про мой выбор сферы деятельности, то скажу, что это уже жизненный выбор. Мне важно, что я могу приносить реальную пользу людям.
Тем более что сейчас в Грузии время от времени проводится кампания против гражданского общества – мол, это не всегда собственно грузинские организации, которые недостаточно эффективны и вообще не работают на нашу страну. Безусловно, это не соответствует действительности. К тому же в нашем парламенте очень мало представителей оппозиционных партий, что не очень хорошо. И при таком раскладе роль гражданского общества вырастает.

— В чём, на ваш взгляд, Беларусь может сблизиться с Грузией? Или, наоборот, — Грузия с Беларусью?

— Уровень европейской интеграции у наших стран, наверное, разный. Для нас приоритет — европейский рынок. Мы уже подписали соглашение с ЕС о свободной торговле, которое касается в том числе и простых граждан.

Ваша страна активно сотрудничает с Россией, другими странами СНГ, но вместе с тем хотите плодотворных отношений и с Европой, в любом случае не хотите терять уже налаженных с ней контактов. Я знаю, как трудно вам сохранять баланс в этом геополитическом раскладе, но мне кажется, что вы придёте к тому, что надо больше поддерживать своё гражданское общество и в целом больше стремиться к европейским стандартам и подходам. На каком уровне и насколько интенсивно это делать, решать только вам.

— Совсем недавно по приглашению SYMPA (Школы молодых менеджеров публичного администрирования) вы провели два мастер-класса в Минске и Витебске. Как вам современная белорусская «продвинутая» молодёжь?

— Несколько месяцев назад мы встречались с SYMPA в Грузии. Вас интересовала тема местного самоуправления. Я поделился опытом CIDA (Агентства гражданского развития). Потом я получил приглашение от белорусской стороны приехать в Минск и Витебск, чтобы провести мастер-классы по адвокатированию. Что могу сказать… Прекрасные организаторы, заводная группа участников, которая не только хочет побольше узнать о гражданском обществе, но и участвовать в его отстраивании в Беларуси. Один из участников тех мастер-классов уже мне прислал письмо, в котором пишет, что хотел бы найти для стажировки НГО, работающую в сфере прозрачности государственных институтов. Так что наши отношения с SYMPA не только продолжаются, но и развиваются, что не может не радовать.


Справка.

Звиад Девдариани.

Агентство гражданского развития (CiDA) - директор с 2002- по нынешнее время.

Грузиno-Azerbaijanskaia Газета 'Таймер' - директор 2006- 2008.

Ассоциация ООН Грузии - учредитель с 1998.

Агентство гражданского развития - учредитель с 2002.

Ассоциация ООН Грузии - исполнительный директор 2001-2002.

Ассоциация ООН Грузии - координатор программы 1997-2001.

Фонд "Открытое общество - Грузия" - член комиссии 1998-2000.

Фонд "Горизонты” - представитель в регионе Квемо Картли 1998-1999.

Новости по теме

Новости других СМИ