Лукашенко надеется на самый оптимистический для себя сценарий

Ярослав Романчук, "Белгазета"

Снимок носит иллюстративный характер
Очевидно, у руководства Беларуси и России разная математика. Каждый настроил свой калькулятор под себя и тыкает партнеру в лицо полученным результатом.

Интеграционные проекты «Союзное государство» и «ЕАЭС» захлестнули эмоции и узкокорпоративные интересы. Порвалось там, где было узко.

Гремучая смесь газовых, нефтяных, продовольственных конфликтов и противоречий накалила ситуацию до предела. Откладываются встречи президентов. Срываются заседания наднациональных органов. Молчат межпарламентские комитеты и комиссии. От решения конфликта традиционно отстраняется гражданское общество обеих стран.

Послушаешь российские СМИ – единогласная лавина обвинений в адрес Александра Лукашенко и правительства Беларуси. Мол, не платят по долгам, срывают подписанные соглашения, игнорируют интересы брата-союзника и паразитируют на добро­те Кремля и топливных монополистов.

Послушаешь Лукашенко и белорусские СМИ – почти такое же единообразие, только в прямо противоположную сторону. Мол, обещали равенство, а душите дискриминационными практиками. Дали слово снять торговые барьеры, а возводите границу. Взяли обязательство покупать белорусское на таких же условиях, как российское, но своя рубашка оказалась гораздо ближе к телу.

В общем, гремучая смесь мух и котлет, зерен и плевел, воя и соплей окончательно забродила. Кажется, в нынешнем ее состоянии она неудобоварима ни для руководства Беларуси, ни для Кремля.

ЧЕТЫРЕ АНТИИНТЕГРАЦИОННЫЕ МИНЫ ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ

В фундамент белорусско-российских интеграционных отношений были заложены несколько мин замедленного действия. Сегодня все они взорвались, вызвав острую боль и гнев руководства Беларуси и России. Причем эти бомбы закладывали обе стороны.

Первая мина – отсутствие независимых, пользующихся доверием обеих сторон судебных органов. Суд Евразийского экономического союза не подходит для решения серьезных споров и противоречий. Иначе стороны бы согласились придать его решениям совсем другой вес. К сожалению, власти обеих стран выбирают басманное правосудие, в котором у большого, сильного и богатого всегда больше прав.

Можно сколько угодно говорить о преимуществах белорусско-российской интеграции, но когда любой спор, будь то по поводу газа, нефти, разбавителей, яблок, сахара, креветок или говядины заканчивается политическим, информационным и дипломатическим накалом, эмоционально окрашенными потоками взаимных обвинений, то дефицит правовой культуры и институтов, обеспечивающих верховенство права, не вызывает сомнений. Иначе мы бы гораздо чаще слышали решения суда по разным спорам, а не субъективные мнения Сергея Данкверта, Аркадия Дворковича, Михаила Мясниковича или Александра Лукашенко.

Вторая мина – наличие в подписанных договорах и соглашениях сотен изъятий, ограничений и особых режимов в перемещении товаров, услуг, денег и рабочей силы. Президенты, парламенты и мощные лоббисты обеих стран узаконили разные режимы производства и торговли. Они предпочли работу по понятиям – и предсказуемо нарвались на разные интерпретации, коннотации и смыслы.

Например, в газовом споре белорусская сторона делает акцент на равнодоходность, а российская – на контрактной цене, которая была зафиксирована до снижения цен на нефть. В товарных поставках полярные разночтения происходят при интерпретации страны происхождения товара, установлении производителя и доли добавленной на территории Беларуси стоимости в товар, поставляемый в Россию.

Третья мина – акцент на порочные практики в экономической политике. Речь идет об импортозамещении, господдержке номенклатурных фаворитов (льготные кредиты, налоговые и таможенные льготы, субсидии, гарантированный спрос и т.д.), олигополистических практиках, вытеснении открытой рыночной конкуренции олигархическими сговорами.

Белорусские власти хотели убедить Кремль внять их модели промышленной и аграрной политики, но только с учетом того, чтобы в России не создавались параллельные белорусским заводам и фабрикам производства. Кремль не захотел возвращаться к такой модели централизованного Госплана для двух формально независимых стран.

Белорусские власти не захотели включать российских производителей в обязательные ассортиментные списки для розничной торговли. Отсюда пошли обиды, разочарования и претензии.

Четвертая мина – выбор единообразия и централизма вместо конкуренции и децентрализации. В условиях значительного присутствия контрабанды и контрафакта на товарном рынке России белорусских производителей заставляют работать по единым сертификатам качества, стандартам ЕАЭС, на которые плевать хотели большинство участников рынка в России.

Российские предприниматели хотели бы составить конкуренцию белорусским на разных сегментах рынка, но наши исполкомы, министерства, концерны и холдинги в едином протекционистском порыве закрылись от конкуренции с чужаками. Единообразно и централизованно.

Регионы России хотели бы торговать с Беларусью на двусторонней основе, но Кремль четко расставляет приоритеты: «Сначала мы решим газовый и нефтяной споры, а потом посмотрим».

ТАКИЕ РАЗНЫЕ КАЛЬКУЛЯТОРЫ

За последние 20 лет белорусско-российской интеграции все 4 мины периодически взрывались, но так, чтобы все одновременно…

Сегодня руководство Беларуси и России ведут себя так, как будто завтра война. Это очень опасно во всех отношениях. Каждая из сторон считает себя обиженной и настаивает на справедливости.

Президент РБ говорит о потерях десятков миллиардов долларов. Кремль подкрепил свою позицию цифрами: «С 2011г. по 2015г. беспошлинно ежегодно поставлялось 18-23 млн. т нефти Белоруссии. Всего за этот период российский бюджет недополучил $ 22,3 млрд. Все это является не чем иным, как прямой и косвенной поддержкой союзного белорусского государства».

И это не считая выделения Беларуси более $ 6 млрд. кредитов.

Очевидно, у руководства Беларуси и России разная математика. Каждый настроил свой калькулятор под себя и тыкает партнеру в лицо полученным результатом. Единой, научно обоснованной метрологии не существует.

Тот факт, что после 20 лет интеграции руководители страны не удосужились определиться в базовых терминах, методиках и механизмах координации, кооперации и конкуренции, подтверждает гипотезу о том, что интеграционные проекты РБ и РФ стали проектами только VIP-номенклатуры, олигархов, монополистов и контрабандистов.

ФАЗА ПОЛУРАСПАДА?

Белорусский президент надеется на самый оптимистический для себя сценарий. Газпром «проглотит» старые обиды и согласится на цену $ 83 за 1 тыс. куб. м газа; сделает скидку на газовый долг и утвердит график его погашения на 3 года. «Роснефть» нажмет на горло собственной песне и продаст Беларуси 24 млн.т нефти по $ 25-28 за баррель. При этом Игорь Сечин и его нефтяные собратья не будут особо следить, куда и на каких условиях белорусские трейдеры продают нефтепродукты. Ведомство Сергея Данкверта без инспекций и проверок примет на веру белорусские сертификаты на продтовары и закроет тему реэкспорта через Беларусь продовольствия из третьих стран. Да, еще Евразийский фонд стабилизации и развития выдаст Беларуси несколько миллиардов долларов кредитов, чтобы правительство нашей страны исправно рассчиталось по старым долгам.

Вероятность реализации такого сценария близка к нулю.

Не менее утопичным выглядит умозрительно оптимальная позиция Кремля: Беларусь в феврале 2017г. признает и полностью оплачивает газовый долг ($ 550 млн.); соглашается с ценой $ 120 за 1 тыс. кубов газа; принимает российский нефтяной маневр (потеря для белорусского бюджета – примерно $ 1,5 млрд.) и поставки 16 млн.т нефти; обязуется поставлять получаемые нефтепродукты в России по льготным ценам, а также признает правоту Россельхознадзора.

* * *

Трудно сказать, на каких точках сойдутся переговорщики Беларуси и России по всем горячим точкам общей повестки дня. Для начала нужно было бы отказаться от категорического убеждения обеих сторон в своей правоте и справедливости своей позиции.

Это начало наступит только тогда, когда Александр Лукашенко и Владимир Путин добьются следующего консенсуса: издержки конфронтации для них лично, а также для VIP-номенклатуры и ее «придворного» бизнеса выше, чем выгоды от достижения договоренностей и установления союзнического мира.

Новости по теме

Новости других СМИ