Дело "рэкетиров" в Марьиной Горке. Экс-начальник ОБЭП объяснил, почему не считает себя виновным

TUT.BY

Обвиняемые. На первом плане — Артур Зинович, за ним — Дмитрий Саникович и Андрей Мазаник. Евгений Козырь освобожден из-под стражи, поэтому не находится с остальными в клетке. Фото: TUT.BY
31 января в суде над «рэкетирами» из Марьиной Горки давал показания бывший начальник Пуховичского ОБЭП Евгений Козырь. Он настаивал на своей невиновности, отказывался от дружбы с главным обвиняемым Саниковичем и рассказывал о давлении со стороны ГУБОП и Следственного комитета.

Напомним, Евгения Козыря обвиняют в превышении и злоупотреблении властью или служебными полномочиями (ч. 2 ст. 424 и ч. 2 ст. 426 УК). В 2013 году из дружеских чувств к «рэкетиру» Дмитрию Саниковичу он якобы помогал выбивать долг у его бывшего бизнес-партнера Владимира Луда.

Так, Козырь сперва забрал у Луда электронный ключ от счета его фирмы, позже провел в отношении него доследственную проверку по заявлению Саниковича. Согласно обвинению, Козырь отказал в возбуждении дела против Луда только после того, как тесть бизнесмена продемонстрировал ему деньги, подготовленные для Саниковича.

Козырь отрицает свою вину и утверждает, что действовал в рамках закона. По его словам, с Саниковичем познакомились еще в 90-х, но регулярно общаться начали в 2013 году — якобы Козырь пытался получить у Саниковича информацию по линии БЭП. Козырь не считал Саниковича своим другом.

— Моя работа заключалась в получении оперативной информации. У меня было больше 100 человек в организациях различной формы собственности, с которыми я работал. Практически на каждом предприятии Пуховичского района, имеющем госсобственность, находился человек, с которым я общался не раз и не два в неделю, — объяснял Козырь характер своих отношении с Саниковичем.

При этом он отказался прямо отвечать, был ли Саникович его агентом, сославшись на то, что это секретная информация.

Напомним, Луд рассказывал в суде, что в октябре 2013 года Козырь по просьбе Саниковича забрал у него электронную цифровую подпись для доступа к счету его фирмы и пообещал посадить, если предприниматель не отдаст долг Саниковичу.

Однако по версии Козыря, Луд сам передал ему флешку — на хранение. Бизнесмен объяснил: он опасался, что работники (вероятно, Луд задолжал им зарплату — Прим. TUT.BY) отнимут у него ключ и снимут деньги со счета. Уже на следующий день Луд забрал ключ, сказал Козырь. При этом экс-начальник ОБЭП не смог внятно пояснить следователю, зачем согласился взять флешку. «Ни с какой целью, у меня цели не было», — зачитала прокурор его показания из уголовного дела.

Вскоре после инцидента с электронным ключом, напомним, Владимира Луда по указанию Саниковича отвезли на кладбище копать себе могилу. Это был акт устрашения, чтобы заставить его вернуть деньги, рассказывал Луд. Точно так же бизнесмен воспринял начавшуюся в его отношении доследственную проверку, которую проводил Козырь.

Сам экс-начальник ОБЭП объяснил, что начал проверку, потому что глава РОВД поручил ему заявление, которое Саникович написал на Луда. Это не было спланировано — оно могло попасть на проработку и в другие подразделения, объяснил Козырь.

— Это была рядовая проверка, которой я не придавал значения. У меня не было личной заинтересованности. Саникович не просил оказывать давление на Луда, — утверждал Козырь. По его словам, о том, что Луда возили на кладбище, он узнал только в январе 2016 года.

На вопрос, почему не сообщил начальству о своем знакомстве с Саниковичем и возможном конфликте интересов, Козырь пожал плечами:

— Если бы я говорил о всех, кого знаю, я не мог бы ни один материал разрешать. Мне бы присылали материалы из Минского района. Как можно не знать людей, проживающих в зоне своего оперативного обслуживания? Это нормальная работа милиции, тем более для оперативной работы, для получения информации от того или иного человека.

Козырь настаивал, что не стал возбуждать уголовное дело в отношении Луда, потому что Саникович письменно отказался от претензий к бывшему партнеру, а не потому, что Луд и его тесть показали ему деньги, подготовленные для уплаты Саниковичу. Он сказал, что не знал, отдал ли Луд деньги: его это не интересовало.

Козырь отметил, что после проверки никто не обжаловал его действия ни в адрес руководства РОВД, ни в прокуратуру, ни в управление собственной безопасности.

— Во время допроса Луда в кабинет заходил его брат, работник органов внутренних дел. Он мог ему заявить, что его тут удерживают незаконно или оказывают на него давление. И, я думаю, второй брат Луда, работающий в службе собственной безопасности, с удовольствием в течение часа надел бы на меня наручники.

Козырь уверен, что Владимир Луд и его тесть Кирилл Бочков лжесвидетельствуют против него. Одной из причин он назвал желание придать резонанс делу.

— Чтобы это все завертелось, нужен был резонанс, должен был быть представитель власти или органов внутренних дел. На нашей первой очной ставке Луд говорил, что, кроме меня, ему угрожали [начальник РОВД] Сечко, представители райисполкома, налоговой инспекции. Тогда они еще выбирали жертву, как я понимаю.

Евгений Козырь работал в органах внутренних дел с 1998 года, ОБЭП возглавлял с 2011 года. В феврале 2016 года уволился — исключительно, по его словам, по собственному желанию.

— Мне надоело такое отношение к сотрудникам органов внутренних дел. Как мне говорил один руководитель подразделения, начальство должно защищать подчиненного, не бросать его.

— Вас кто-то бросил? — спросила прокурор.

— Не принимали никаких мер. В других подразделениях, если на сотрудника органов внутренних дел пишут заявление в совершении преступления, то человек, его написавший, автоматически проходит полиграф. В данном случае почему-то такого не произошло.

Козырь также отметил, что во время следствия на него оказывали давление.

— В ГУБОП предлагали: «Хочешь домой, дай показания на Сечко, дай показания на начальника УБЭП УВД Миноблисполкома». Я сказал, что я ничего не знаю. «Мы тебе напишем, только подпиши». Когда я отказался, мне ответили: «Сейчас мы поднимем все твои материалы, пройдемся по ипэшникам, и все подтвердят, что ты брал взятки». Они подняли все материалы, по которым я проводил проверку, и никто такого не сказал.

В Следственном комитете давление уже было физическое, продолжил Козырь:

— Все время нахождения в изоляторе на Окрестина мне не предоставляли еду, увозили рано, привозили поздно, на обед не отпускали. В здании Следственного комитета я находился у Довгулевича (следователь — Прим. TUT.BY) без выхода, пить нельзя, в туалет нельзя. Когда, грубо говоря, моча подкатывает к горлу, думать, какие показания даешь, не представляется возможным.

Новости по теме

Новости других СМИ